Три правила ангела
– Сколько ты ей дал?
– Да всего две таблетки.
– «Всего две», – не без здоровой язвительности передразнил первый. – Я же говорю: идиот. Ты бы поинтересовался, что за препарат спёр. Вон хоть в интернетах, вы же теперь все интернетами наученные, вот и поинтересовался бы. Не думал, что она у тебя помереть может?
– Что ей сделается, здоровая же кобыла, – несколько смущённо пробормотал Андрей.
Ну да, Андрей и есть, а вот первого Ленка так и не узнала. Честно говоря, по голосу-то она и красавца бы не разоблачила, но тут уж догадаться не сложно. Правда, было б неплохо, включись соображалка пораньше, только чего уж сейчас горевать. Теперь бы сообразить, как разогнуть полусогнутые, начавшие уже затекать, ноги и на пол не свалиться – коленки, распорками упёршиеся в диван, распрямляться никак не желали.
– Кобыла не кобыла, а этот препаратец, друг мой, здоровенным мужикам осторожненько дают, по полтаблеточки, чтоб не буянили, – наставительно изрёк неопознанный. – Иначе остановка дыхания и всё, готовь речь для апостола Павла. Ну да ладно, теперь твоя красотка до завтрашнего вечера продрыхнет, коли уж сразу богу душу не отдала. Хотя подставить ты меня мог по-чёрному, Андрэ.
– Да виноват, виноват!
– Не виноват, а должен. Должок за тобой запишу. Теперь давай по делу и без выкрутасов. Зачем тебе эта барышня нужна?
– Валить мне надо и валить срочно. Я не думал, что Макс так быстро выкрутиться, всё же надёжно было.
– Думать вообще полезно, друг мой. Попробуй на досуге, вдруг увлечёшься? И надёжно всё было исключительно в твоих щенячьих фантазиях. – Первый то ли кашлянул, то ли хихикнул, но получилось у него сухо и невнятно, будто кто-то смятой газетой шелестнул. – Но суть я понял. Тебе срочно надо выехать из страны. Что дальше?
– Да понимаете, с бабками… То есть, с деньгами у меня не очень. Есть, конечно, кое-что, но на безбедную жизнь у тёплого моря не хватит. Я думал… Я хотел всё-таки попробовать с этой доверенностью дело закончить. Но это так, на нервах, всё равно не успею толком ничего сделать. А тут осенило, надо эту девку продать.
– В гарем суданского шейха? – снова шелестнул неопознанный. – В турецкий бордель?
– Какой бордель? Максу я её продам!
– А если он не захочет покупать? Поправь, если я ошибаюсь. Вроде бы ты говорил, что он с барышней рассорился?
– Макс со своими… барышнями не ссорится, а сразу разбегается в разные стороны. Она с какой-нибудь цацкой подороже, он с воплями, что больше никогда. А тут другое, сразу же видно.
– Кому видно, тому видно, – непонятно протянул первый. – И ты думаешь, Максимушка тебя вот так просто отпустит?
– Отпустит, никуда не денется, – огрызнулся Андрей. – Не всё же ему сливки снимать, надо и с другими поделиться. Короче, это моя проблема. Я всё давно продумал.
– Оно и видно.
– Ну да, накосячил! – Ленка, конечно, этого видеть не могла, зато хорошо представила, как красавец раздражённо откидывает чёлку. – Пришлось на ходу тапки менять, вот и растерялся. Да тут Лёлик ещё с панталыку сбила, начала истерить… Но я всё исправлю, клянусь. Девку ближе к утру увезу, вы только проследите, чтобы тут никаких следов не осталось, ладно?
– Это уж не твоя забота, чай сам соображу. И на Лёлика много не вали, не по-мужски это. Ну да мелочи всё, решим. Ты мне вот что скажи, Андрэ. С девочкой нашей всё понятно, Господь женщинам в наказание за первородный грех мозгов не даёт, но ты то зачем в эту историю ввязался?
Красавчик отвечать не спешил, пауза затягивалась. Где-то вдалеке яростно, до хрипа, разлаялась собака, что-то металлически грохнуло – гаражные ворота, что ли? И снова всё затихло.
– Не-на-ви-жу, – чётко, по слогам, наконец, выговорил блондин. – Вот кого-кого, а его бы собственными руками удавил. Мразь! Сволота поганая.
– Да с чего бы такие горячие чувства? – мягко удивился первый.
– Ему всё, а мне только хрен в грызло? Ну уж нет!
– Хозяин! – вклинился невесть откуда взявшийся третий. – Там…
– Ну что? В этом доме будет покой или нет? Без меня ничего решить не можете? Хорошо, хорошо, пойдёмте. Андрэ, давай за мной, нам надо ещё…
***
Те, кто за стеной говорили, решили убраться невероятно вовремя. Дядя, конечно, был несомненно прав, и Ленка отличалась не просто удручающей, а невероятной, может даже, с жизнью несовместимой глупостью, зато удача её не покидала, зря она на своего ангела клепала, не дремал он, сердешный. Наоборот, наверное, уже умаялся за своей подопечной приглядывать, иначе б она давно…
В общем, как только дверь в соседней комнате мягко хлопнула, тут-то страшное и содеялось. Ну, может, не страшное, а лишь опасное, но только зазевавшаяся Старообрядцева выпустила обмусоленную пуговицу и богатство, которое у неё снизу и сзади располагалось, перевесило-таки, стянув хозяйку с надоевшего дивана. Слава всем, что на полу оказался толстенный ковёр и грохота не случилось, но сотрясение вышло знатным.
Ленка полежала, до зелени перед глазами вглядываясь в полумрак, подгребла под себя разъезжающиеся, как у новорождённого жеребёнка ноги. Не сразу, не с первой попытки, но встала, больно приложившись бедром о какой-то здоровенный стол. Коленки дрожали и держали неуверенно, да ещё руки окончательно онемели, Старообрядцева их вовсе чувствовать перестала, но в остальном жизнь начала налаживаться. Лене даже удалось обойти подлый стол, оказавшийся бильярдным, почти не шатаясь и совсем бесшумно.
За столом в специальной такой стойке торчали кии, на вид массивные, грозные, вполне способные сойти за оружие. Ленка даже пригорюнилась, в каком-то японском мультике она видела, как герой очень даже эффективно сражался, держа меч зубами, но её боги таким талантом обделили, вон даже пуговицу упустила, так что оставалось лишь одно: выпутываться, как есть, безоружной. Зато рядом со стойкой обнаружилась очередная портьера, до смешного смахивающая на оконную, даже шнур с кистями имелся, за ней незапертая, услужливо приоткрытая дверь. Дальше зала или не зала, а словно сцена для кино: тлеющий камин, тусклые чудные лампы, кресла с гнутыми спинками, низкие столики, а на них солидно поблёскивающие хрустальные бокалы.
Старообрядцева, конечно, полюбовалась эдакой красотищей, но не долго и бочком, бочком – тоже как в фильме, только в другом, не про английских сыщиков, а про американский спецназ – двинула на выход.
Там кино продолжилось, но уже про террористов, потому что поперёк почти тёмного коридора лежал мужчина в такой специфической форме охранника, даже при кепочке и бронежилете. Впрочем, это мог быть просто жилет, Ленка в них не разбиралась. Только вот лицо лежащего охранника было уж очень бледным, синеватым даже, а из-под кепочки натекла лужица подозрительно тёмного.
Старообрядцева придушенно пискнула и попятилась, только вот пятиться было некуда: сбоку глухая стена, позади зала, а там комната с бильярдным столом, впереди мертвый, кажется, мужик. Ну, вот хоть под пол проваливайся, честное слово!