Научи меня желать

– Кадет, учитесь слушать. Я уже говорил…
– Милорд, прочистите уши, – без всякого почтения перебила его Леора. – Я тоже говорила. Вот скажи, что такое любовь?
– От конкретных планов на будущее переходим к пространному философствованию? – хмыкнул Редиш.
– Нет, к логике, – мотнула головой Недил. – Я думаю, что мы заранее собираем для себя любимого человека. Определяем общие характеристики, если хочешь. Пусть неосознанно, но всё равно. Вот это мне в папе, дяде, соседе нравится – берём. Это не нравится – отбрасываем. Понимаешь? Дело не в росте или цвете волос, а в том, соответствует он ожиданиям или нет. И когда встречаем того, кто соответствует пусть не всем, но большинству этих самых характеристик, – Леора хлопнула в ладоши, – получается любовь.
– Хочешь сказать, я соответствую? – Иронии в голосе Редиша было столько, что на пять законченных стерв бы хватило.
– Именно, – кивнула кадет. – Сначала, конечно, детским представлениям. Настоящий герой: пришёл, спас, всех злодеев победил, ушёл. Ведь герой ещё и недостижимым должен быть, иначе какой это герой? Потом, понятно, кое-что прибавилось.
– И что именно?
– На комплименты напрашиваешься?
– И в мыслях не было! Я серьёзен, как жрец на поминках.
– Ладно, попробую сформулировать, хоть это трудновато. Я же не специально эти характеристики подбирала, – Леора подтянула колени, обняла руками, пристроив на них подбородок. – Только по важности расставлять не буду, как соображу, так и скажу.
– Я ошибаюсь или сначала на ум как раз и приходят самые важные? – снова съехидничал Редиш.
– Ты слушать будешь?
– Весь внимание, леди.
– Не называй меня леди, – поморщилась Недил. – Значит так. Ответственность. Та история с дуэлью. Конечно, в ней было много и самцового, вроде: «Как этот щенок посмел на меня тявкать!» Но ты ведь на самом деле его вытащил из куда более лихих неприятностей, даже позволил лицо сохранить. Проигранную дуэль, да ещё и хорошему фехтовальщику, Барт пережил, а вот если бы…
– Барт? – уточнил маркграф. Леора в ответ только глянула на него исподлобья. – Ладно, осознал, вы добрые друзья. Что там дальше с ответственностью?
– С ней всё, она есть. Все твои благородные поступки перечислять не собираюсь.
– Понял, наказан за неуместные намёки, – усмехнулся Редиш, – на Ба-арта, – имя Брадила он протянул так мерзко, что оно больше мяуканье кота в гоне напомнило.
– Перестань, – насупилась Недил. Правда, смешок, не слишком удачно замаскированный под кашель, впечатление, наверное, подпортил. – Потом, значит, идёт забота. Знаешь, не мелочная заботливость, а именно забота, – Леора пришёлкнула пальцами. – Ты знал, что мне очень нужны деньги, от тебя я их не возьму и сделал так, чтобы сама заработала.
– Шулерством, – напомнил маркграф, выломив бровь.
– Ты же мне это и подсунул! Фактически заставил!
– Истинной ле… Прошу прощения, благовоспитанной девице только от предложения подработать таким способом полагается в обморок упасть.
– Боюсь, благовоспитанная девица из меня уже не получится.
– Об этом я догадывался и, поверь, скорблю об упущенных тобой возможностях.
– Ты можешь не язвить?
– Кажется, об этом ты уже спрашивала.
– Не помню твоего ответа.
– А что, это в твой список характеристик возлюбленного не входило?
– Вот уж точно, без вечных шпилек я бы обошлась, – фыркнула Леора.
И вдруг поняла, что ей очень, ну просто очень легко. Осознание на самом деле пришло вдруг, почти походя. Думала совсем о другом и откуда-то сбоку вынырнула мысль-утверждение: ей легко, да так, как даже с сестрой не бывало и вообще ни с кем.
– Знаешь, как называется то, чем мы с тобой сейчас занимаемся? – тихо спросила она.
– Знаю, – серьёзно кивнул генерал, – трёп. Болтовня.
– Это…
– Легко. Непривычно. Странно, – закончил он так же негромко.
Недил приподнялась, забралась на диван. Легла на бок, глядя в его глаза, но до маркграфа не дотрагиваясь, хотя и очень хотелось. А Редиш смотрел на Леору, не прикасался к ней, даже чуть отодвинулся, хотя кадет прекрасно знала, он тоже…
Это не было похоже ни на что. Не спеша, позволяя распробовать на вкус, давая возможность ощутить не только губами, а всей собой, нежно, почти робко, словно знакомясь. И всё менялось неторопливо, потихоньку: сначала узнавание, потом привыкание – не привычка нет, а просто губы должны сойтись именно так, не иначе; и дышать в такт; и чувствовать вместе, чтобы всё одно на двоих. Потом сладостью на горле и теплом пришло удовольствие. Которое тоже плавилось, менялось, превращаясь в желание. А оно, в свою очередь…
Редиш болезненно охнул, когда Леора его руку сжала, и всё волшебство разлетелось на куски.
– Прости, – пробормотала Недил.
– Вот тебе стотысячная причина. – Маркграф не отстранился, продолжая гладить её щеку большим пальцем, едва касаясь, чуть щекотно и очень приятно. Кадет чувствовала жёсткую ладонь на своей шее, под волосами – и это тоже было приятно. – Ты всегда будешь помнить этот подвал, мужика, которого спасла. Между прочим, во второй раз. И винную вонь.
– Буду, – согласилась Леора. – Кроме вони, у меня обоняние напрочь отшибло. Ты же уже сдался.
– Сдался.
– Ну так не ной.
– Эй, дева, вы вообще-то с самим Чёрным маркграфом разговариваете. Побольше почтения, – хмыкнул Редиш, притягивая её голову к себе на плечо.
Устроиться так, чтобы не беспокоить его раны с ушибами, оказалось делом непростым, но когда это получилось, Недил ещё разок осенило: вот её место, созданное и предназначенное Отцом специально для неё. И плевать на всё! Просто потом, когда они отсюда выберутся, будет ещё лучше, а пока и того, что есть достаточно.
– Скажи, о чём ты мечтаешь, – выдохнул теплом ей в макушку маркграф.
– Я же уже говорила.
– Это планы, а не мечты.
– Ну-у, ещё хочу сестёр…
– Это тоже планы. Кстати, они в столице, одна в монастыре, другая в пансионате. Не понимаю, почему ты решила, будто так для них лучше. По-моему, оставить всё, как есть, было б милосерднее. А так в итоге получишь двух избалованных штучек, способных лишь на то, чтобы самого Отца капризами замучить. Но не мне спорить.
– Ты?..
Леора попыталась поднять голову, но Редиш не дал, надавив ей ладонью на затылок.
– Я, – серьёзно подтвердил он. – Но мы говорили о твоих мечтах.
– Да вроде всё, – пожала плечами Недил.
– Хочешь сказать, ты никогда ни о чём не мечтала? Не фантазировала?
– Разве что тебя заполучить хотела, – буркнула в ямку под его шеей кадет.