Драконы космического флота

Но раз они обратились к землянам, значит, должны быть схожими с нашей расой. Боже…
Интересно, врачебный кабинет здесь имеется? Вроде бы корабль ультрасовременный, даже лучше наших кораблей. Значит, и медицинское оборудование должно быть на уровне. Ох-ох-ох, как бы не вышло наоборот.
Как же я тогда анализы у них просить буду? Объявление на дверь клеить? «Кровь и моча – всё для врача?»
Что-то мне эта идея «Космос любой ценой» уже не нравится.
Моя космическая служба ещё даже не началась, а уже растеряла почти весь свой романтический ореол.
Проклятье. Никогда не думала, что я такая трусиха.
А ещё на корабле драконов великолепная шумоизоляция. Ничего не слышно из соседнего помещения.
Почти до паники накручиваю свои мозги на бигуди, как вдруг, шлюз с лёгким шорохом открывается, и мой провожатый громко произносит:
— Доктор Мэй! Входите!
Нервно сглатываю, переступаю с ноги на ногу, опускаю руки по швам и, сделав глубокий вдох и такой же выдох, делаю шаг…
Стильная гостиная с самым настоящим баром. За барной стойкой стоит самый настоящий бармен и… Чёрт возьми, натирает белым полотенцем бокалы!
Полотенцем? Зачем? Есть же отличные сушилки!
Но не позволяю себе залипнуть на уверенных и привычных действиях бармена.
У барной стойки возле крутящихся кресел устроились с весьма недовольными лицами трое мужчин в белых кителях и белых брюках. Все трое рыжие, но совсем не похожи друг на друга.
На угловом диване никто не сидит. Кресла тоже пустуют.
Все мужчины стоят. Все великолепны, все в белом и выглядят, как сошедшие мачо с обложки глянцевого журнала.
Все члены экипажа буравят меня настороженными, недовольными и даже будто бы обвиняющими взглядами.
Мой провожатый, заложив руки за спину, отчего-то хитро усмехается. Стоит за спиной ещё одного дракона.
Сглатываю вязкую слюну, и слышу, как кровь несётся в моих венах, как колотится сердце.
Этот дракон в центре всей комнаты выглядит как-то особенно.
Одежда другая. Хоть и белая, но со знаками отличия и более роскошная.
Но не одежда меня заставляет каменеть перед этим мужчиной.
Он сверлит меня тяжёлым взглядом. И он меня до жути пугает.
Всё, меня уже всё и все бесят.
Надо было скальпель с собой захватить. Он придал бы мне уверенности в себе.
— Подойдите, — приказывает дракон. Наверное, это и есть самый главный.
Мне бы подойти, да ноги что-то отказываются подчиняться. Остаюсь стоять на месте, будто корни решила пустить. И таращусь на мужчину. Он на меня.
— Я не повторяю свои распоряжения и приказы дважды, — негромко, но с ощутимой угрозой произносит дракон.
И о чудо! Мои ноги возвращают способность ходить!
Делаю три шага вперёд и останавливаюсь в метре от дракона.
Он с ног до головы осматривает меня, чем сильно нервирует. Но смотрит как-то жёстко, строго и не так как мужчина смотрит на женщину. Скорее как на оборудование, которое он решает приобрести для корабля и раздумывает, а надо оно ему?
Другие драконы тоже впились в меня взглядами и явно тоже думают, а надо ли им на корабле такое сомнительное Чудо-юдо в моём лице?
Да уж, отличное место. Душевная команда.
В ответ рассматриваю дракона.
Высокий. Я ему едва до ключиц буду.
Выправка у мужчины военная. Он стоит передо мной в белом кителе с длинными фалдами, позолоченными лацканами и золочёными застежками. Стройные и сильные ноги плотно обтягивают белые брюки. Довершают наряд высокие, почти до колен белые сапоги на рифлёной подошве. Красота, да и только.
Лицо дракона правильное с благородными чертами. Кожа смуглая, мерцает под корабельным освещением. И я вижу на висках и скулах тёмные чешуйки. Обалдеть.
Тёмные волосы средней длины красивого шоколадного оттенка с несколькими серебристыми прядями зачёсаны назад.
Глаза… Глаза дракона цвета жидкого серебра с чёрным вертикальным зрачком. И в его глазах пепел прожитых лет.
На вид ему около сорока. Но опять же мы ничего не знаем о драконах. Именно этому мужчине может быть и сорок лет, и восемьдесят, и сто восемьдесят, и даже больше.
Если ему много лет, то он прекрасно сохранился.
А ещё невооружённым глазом видно, что физической силы дракону не занимать.
Дракон рассматривает меня непозволительно долго, как будто что-то решает для себя.
— Я убежден, что лишние недосказанности только вредят, — говорит он, наконец. — Доктор Мэй, вы – женщина.
Ха! Спасибо, что заметили.
— Великий Рой, — шёпотом произносит кто-то из команды. — Женщина на корабле не к добру.
Что за дикие предрассудки?
— Мне приходилось работать с землянами, и я наслышан о людской… несобранности в высоких структурах. Следствием чего возникают разного рода ошибки.
Знал бы он, чья «несобранность» тут замешана. И вообще-то я не ошибка. Я осознанно пошла на этот шаг.
И тут мне в голову закрадывается мысль: «А драконы могут считывать мысли?»
Если могут, то беда-беда.
— В вашем ID указано не полное имя, доктор. Ваша фамилия ввела меня в заблуждение, — продолжает… капитан?
Я переступаю с ноги на ногу и неожиданно понимаю, что мне срочно надо в туалет. Что-то перенервничала я.
— Но я также наслышан о земной медицине, — продолжает свою речь дракон, — и раз мы потеряли товарища-медика и оказались поблизости от Земли, я принял решение взять на борт человека с медицинским образованием, хирурга. Но для начала у меня есть к вам несколько вопросов, доктор…
Голос дракона мне нравится. Хороший голос – низкий, ровный, уверенный. Именно его я слышала по громкой связи.
Разлепляю губы и глухо произношу:
— Какие у вас вопросы?
— Вас выбрали среди лучших.
Ага. Лучших с конца списка. А то я не видела имён, которых предложил ЗС. Изучила данные пока летела в космопорт.
— Поскольку здесь вы единственный хирург, то я надеюсь, вы представляете, что нужно делать и как поступать в критических ситуациях?
И что именно он предполагает под фразой «Критические ситуации»? Если он думает, что я упаду в обморок при виде оторванной ноги, распоротого живота или вытекшего глаза, то разочарую, не упаду. Меня даже не стошнит.
— Два года назад я входила в группу лучших хирургов. В специально открытом госпитале мы оперировали доставленных из космоса военных после их неудачной встречи с селтами. Поверьте, я знаю, что нужно делать, когда доставляют смертельно раненных пациентов. И принимаю адекватные и правильные решения, когда время стремительно утекает.