Домик под скалой
– Не флиртуйте со мной, киви. Вы мне почти в сыновья годитесь.
Он рассмеялся:
– Разве что вы гораздо старше, чем выглядите, Анна Кэмпбелл. Давайте так: я принесу вам кое-что из завтрашнего улова, а вы угостите меня одним из ваших мишленозвездных блюд. Это будет честный обмен?
– Не будет никакого обмена. – Анна тоже рассмеялась. – Во-первых, мы не знакомы. К тому же у меня больше нет места за столом. Раз вы знаете, кто я, значит, знаете, где я живу, и не стоит питать иллюзий на этот счет.
– Поставьте стол на улице, – посоветовал он. – Так будет больше места.
– Да уж, – усмехнулась Анна. – Представляю себе картину: я запихиваю стол для пикника в машину и тащу его вдоль моря к дому. Разговоров всему побережью хватит не на один год, не думаете?
– Вам потребуется большой и сильный мужчина, – сказал он.
Анна сочла (или хотя бы понадеялась), что это ирония.
– Спасибо, в моей жизни хватало больших и сильных мужчин, – парировала она, – но опыт подсказывает, что все заканчивается разочарованием.
Рыбак снова улыбнулся, вскинув одну бровь:
– Тогда я готов предположить, что среди них не нашлось того, кто вам нужен, Анна Кэмпбелл.
Она вздохнула и покачала головой, изображая досаду:
– Ладно. И на том спасибо, киви. Найду рыбу в другом месте.
– Подождите, – остановил он Анну, которая уже отвернулась, собираясь уйти, и, перепрыгнув через леер траулера, приземлился на набережной. – Я могу привезти вам часть улова. Только это будет завтра не раньше шести утра. Подойдет?
– Да, – сказала она, – но вам не обязательно это делать. Я с удовольствием сама сюда приду.
– Не проблема, – успокоил ее он. – Мне так даже проще.
Анна нахмурилась:
– Но это законно, да?
– Я похож на пирата?
Анна не сомневалась, что его гнев притворный.
– Честно говоря, похож.
– Все будет абсолютно открыто и честно. Обещаю. Хотите, чтобы я ее выпотрошил?
– Кажется, мы уже выяснили, кто из нас двоих лучше обращается с ножом.
– Справедливо, – с легкостью согласился он. – Договорились. Буду у вас завтра, avec le poisson [3].
Анна хотела спросить, как его зовут, но потом решила, что забавнее будет не знать.
– Спасибо, киви.
Он рассмеялся:
– На здоровье, Анна Кэмпбелл.
– О… – сказала Рона. – Значит, вы познакомились с чудом по имени Лиам Харпер. Настоящая отрада для глаз, не находите?
– Угу, – подтвердила Анна, – и ему это прекрасно известно.
Рона рассмеялась:
– Точно. И он очень мил. Когда он с вами разговаривает, его внимание направлено только на вас, что бы ни происходило вокруг. Насколько я знаю, это очень редкая особенность.
Анна оказалась в мастерской Роны, рассудив, что раз уж она добралась до Гарденстауна, можно и в гости зайти. Рона жила в двухэтажном доме на главной улице, которая вилась по склону холма. «Мастерская», совмещенная с демонстрационным залом, размещалась в перестроенном гараже, выходившем прямо на оживленную улицу. Как говорила сама Рона, в высокий сезон это идеальное место, чтобы привлечь внимание проходящих мимо туристов.
– Все так красиво, Рона, – сказала Анна, с восхищением разглядывая неглубокую миску, покрытую светлой глазурью с синими, охряными и сине-зелеными пятнышками, как на песчаном пляже во время отлива. – Даже не верится, что вы занимаетесь этим лишь несколько лет.
Рона улыбнулась:
– Забавно, правда, когда находишь дело, для которого родился? Как будто тебя внезапно осеняет, и ты недоумеваешь, почему не понял этого раньше.
– Я бы купила у вас несколько глубоких и мелких тарелок, а еще пару мисок, если смогу все унести, – решила Анна. – Пригласила бы на завтрашний ланч и вас, но у меня в доме мало места. Заглянете как-нибудь?
– Не волнуйтесь, днем я все равно не выберусь. И конечно, загляну с удовольствием, но торопиться некуда. Похоже, вы отлично справляетесь, учитывая, сколько вы живете в «Счастье рыбачки». Когда я переехала сюда, то несколько месяцев пребывала в полной растерянности.
Анна задумалась:
– Гм… Мне и вправду кажется, что я живу здесь гораздо больше трех недель. Наверное, привыкаю.
– Может, это признак того, что вы остаетесь? – улыбнулась Рона.
– Не стоит спешить с выводами. – Анна рассмеялась. – Но возможно, я задержусь тут еще на пару недель. Или на месяц. Посмотрим. Дело в том, что мне некуда больше идти.
– Вы не торопитесь? – спросила Рона. – Могу я предложить вам джин с тоником? Как говорят моряки, солнце уже давно закатилось за рею, и я сегодня не собираюсь садиться за руль. Грех не воспользоваться такой прекрасной погодой. Здесь она быстро меняется, вы уже знаете.
– Даже и не припомню, когда я в последний раз пила днем!
– Тогда вам точно стоит выпить. Кроме того, уже почти вечер, черт возьми.
Они передвинули стулья к краю мастерской, где проникавшие через порог солнечные лучи грели их колени и плечи.
– Я видела первый эпизод нового шоу Джеффа Роклиффа. – Они уже болтали достаточно долго, и за второй порцией джина с тоником Рона отважилась затронуть щепетильную тему. – Совсем неплохо. Он, как всегда, довольно мил, хотя и производит впечатление придурка.
Анна удивленно рассмеялась, едва не поперхнувшись напитком.
– Прошу прощения, но так оно и есть, – настаивала Рона, тоже рассмеявшись. – И я должна перед вами извиниться. Думаю, я основательно села в лужу, когда заговорила о нем в тот вечер у Фрэнка и Пэт.
– О чем это вы? – переспросила Анна. – Нет, вам не за что извиняться.
Рона пожала плечами:
– Сдается мне, то, что в Криви вдруг появился повар высшей квалификации, как-то связано с тем, что другой известный повар, у которого она раньше работала, расстался со своей неназванной спутницей после двадцати лет совместной жизни.
Анна поморщилась:
– Вы прямо-таки Шерлок.
– Я не собираюсь ничего выпытывать. – Рона предупреждающе вскинула руку. – И все же… я хочу извиниться. За бестактность.
– Если кто и проявил бестактность, так это я, – фыркнула Анна. – Бедный Старый Робби – абсолютно незнакомая женщина грубо напоминает ему о жене.
– Вы же не знали.
– Тем не менее.
– В любом случае, – добавила Рона, – ему пора двигаться дальше. Он слишком красивый мужчина, чтобы вечно оставаться одному. Кэсси бы этого не хотела. Может, со временем вы с ним поладите, Анна.