Хочу тебя… сжечь!

– Не передумала? – тихо спрашивает материализовавшийся передо мной мужчина.
Я машу головой из стороны в сторону, безмолвно утверждая: конечно, нет!
Он ведёт меня в свою спальню, беззвучно скользит ладонями по коже, стягивая мое платье, нежно касается губ.
– Будь тихой, – не просит, требует.
Я киваю.
Сердцебиение разгоняется.
Помогаю ему избавиться от футболки – в этот раз выходит почти безболезненно – а затем и от штанов. Несколько минут мы просто стоим в темноте комнаты и позволяем нашим пальцами считывать друг друга, словно владеем шрифтом Брайля.
Он укладывает меня на прохладную постель, перевернутую нами часами ранее, и всю покрывает поцелуями.
Жадными. Легкими. Горячими. Мягкими.
Я уплываю в другое измерение. Там супергерои живут среди нас, темный рыцарь бессмертен, а я – настоящая женщина-кошка.
И мы идеальная пара.
    
Глава 39. Баран и старые ворота
Яна
– Чувствую себя использованным! – усмехается голый мужчина, садясь в постели.
Зажигается настольная лампа, облегчая мои поиски одежды, темный взгляд скользит по моему телу, вычерчивая карту и ставя визуальные отметки о местах его пребывания на нем сегодня.
– Отвернись, бессовестный! – кидаю в Дьявола его же штаны.
– Ни за что, – усмехается тот в ответ.
Отворачиваюсь к нему спиной, ощущая горячий взгляд, скользящий вдоль позвонков вниз, и быстро натягиваю платье. Где-то здесь ещё были мои колготки, которые я не нашла в прошлый раз перед неожиданным приходом Полины. Опускаюсь на четвереньки и осматриваю пространство под стулом, столом, кроватью.
– Ладно, уговорила, – хмыкает Артур, резко соскакивает с дивана, пристраивается ко мне сзади и обхватывает бедра руками, прижимая к себе.
Я смеюсь и бью его по рукам, уже задирающим кромку платья.
– Это не было приглашением! – пытаюсь отползти. – Мне правда надо домой.
– Сейчас второй час ночи, оставайся, – горячо шепчет мне на ухо, впиваясь губами в шею.
– Что подумает Полина, если увидит меня с утра?
Артур замирает, прижимается лбом к моему затылку, а затем неспешно отодвигается чуть назад, садясь позади меня на пол. То-то и оно. Никто из нас не готов так сразу в омут с головой и объяснить ребенку то, что мы даже между собой еще не обсуждали.
– К тому же мне нужно будет переодеться перед работой, привести себя в порядок. Я, знаешь ли, не сразу такой красивой просыпаюсь!
Смешок немного разбавляет напряжение, создавшееся после моего упоминания дочери Артура. Я разворачиваюсь и сажусь на коленки перед все ещё обнаженным мужчиной. Ох, в приглушенном свете спальни он настоящий Люцифер: умопомрачительно красив и невозможно опасен для моей души. Невольно скольжу взглядом вниз и расплываюсь в улыбке.
– Все-таки ты меня используешь! – вновь усмехается он, тянется за штанами, свисающими с кровати, и прикрывает свой стратегически важный объект.
– Конечно. Сегодня трижды. Можно я использую тебя и завтра?
– Посмотрим на твое поведение.
Красивые мужские губы растягиваются в улыбке, голова снова наполняется образами, чем можно скрасить время до утра, но я их гоню, призывая свое либидо к ответственности. О, а вот и колготочки!
Вытягиваю из-под стола темный клубок, который можно было бы принять за кошку, если бы такая имелась в этом доме, и выворачиваю их. Под пристальный взгляд заканчиваю сборы и поднимаюсь на ноги. Артур следует моему примеру, встаёт и надевает штаны, чтобы меня проводить.
Заглядываю на кухню, чтобы взять телефон со стола и сразу же лезу проверять сообщения. На экране высвечивается целый ряд пропущенных звонков от Дианы, тети и даже парочка от мамы. О, нет, они там весь город что ли подняли, разыскивая меня? За весь вечер ни разу о телефоне не вспомнила и даже не подумала предупредить сестру, что задержусь. И чёртов вибровызов! Надо возвращаться в обычный режим, чтобы не попадать вот в такие ситуации.
Отправляю несколько сообщений, что цела, невредима и уже еду домой, на всякий случай, если эти радеющие за меня женщины все ещё не спят. А они не спят, информация проверенная. И вызываю такси.
Срываю парочку ярых поцелуев перед выходом и со слегка пришибленной улыбочкой уезжаю домой.
Квартира погружена в темноту, как и ожидалось. Дианка спит на диване в гостевой комнате, ее учебники раскиданы по полу. Ну хоть у кого-то здоровый сон. Мама и Кристина уже прислали мне голосовые сообщения, отличающиеся всего парой нецензурных слов от последней. Кажется, они забыли, что сами же и горели желанием устроить мою личную жизнь. Что ж, время поздравлений, им удалось.
В смысле мне, конечно. Все это дело чисто мои рук. Ну и совсем капельку Кристины, если быть совсем уж честной. Ее заговор на кофе – работает!
Ложусь в свою холодную кровать все с той же дебильной улыбочкой на губах и тут же засыпаю.
Утро встречает разрывающей мозги мелодией будильника и шоркающими звуками на кухне. В первое мгновение я даже не понимаю, где я, что, кто. Сознание просыпается далеко не сразу. Буквально сползаю с кровати и плетусь на звуки.
Дианка, в смешной пижаме с клубничками, делает чай, параллельно сооружая трехэтажный бутерброд.
– Тебе сделать? – кидает через плечо.
– Угу, – бурчу я, приземляясь на кухонный стол. – И кофе. С сахаром. Много, много сахара, – потираю заспанные глаза.
Что-то мне не нравится мой режим, надо его пересмотреть. Или нет. Скоро же выходные, отосплюсь на них. Наверное.
– Во сколько вчера пришла? – нарезая ветчину, спрашивает сестра.
– Признайся, тебя заслали во вражеский тыл шпионить? – прищуриваюсь, рассматривая пухлощекую предательницу, сдавшую меня вчера родне.
– Я просто беспокоилась, – тут же краснеет она. Отходит к закипевшему чайнику, заливает две кружки.
– Да я шучу. Прости, что не предупредила, что задержусь. Ты как тут, норм? Позанималась?
– Ага. Мама вчера весь вечер названивала. Моряк свалил, ей одиноко, зовёт блудную дочь назад. Хотя блудная из нас не я, – хмыкает Ди и ставит передо мной дымящуюся чашку с напитком богов.
– Эй, а кто будет кормить меня завтраками, если ты уедешь? – поднимаю на сестру взгляд и улыбаюсь.
– Наверное тот, у кого ты ночевала? – подтрунивает она.
– Я у него не ночевала! – возмущаюсь, сдавая себя с потрохами.
– Так и знала! – подпрыгивает на месте Диана. – Ну расскажи, расскажи.
– Нечего рассказывать. Пока, – прячу улыбку за кружкой, делаю глоток сладкого кофе.
– Ну хотя бы как его зовут? – ноет сестра.