Тропы Подземья

— Задержи их, говорю, пока я сваливаю. — тут же изменил план человек, осознав то же, что и я.
— Еще чего!
Тум.
Существам было плевать на силу молнии, а без нее оружие Сайриса приносило немного пользы. Крохотные металлические трезубцы впивались в плоть монстров, однако те даже не замечали ран.
Ненастоящий ворон вытащил меч и попытался подрубить ноги одному из уродов. Это действие наконец заставило монстра обратить на него внимание. Тонкая нога твари оказалась достаточно прочной и рубилась как очень крепкая древесина. Но рубилась! Опасность, исходящую от человека враг почуял, и переключился на него.
Монстр атаковал. Чудовище повернуло свое светящееся лицо в сторону Сайриса, и прямо сквозь свет принялись воплощаться из сырости острые ледяные сосульки.
— Аф! — засмотревшись на бой напарника, я не заметил, как и сам получил ледяной сосулькой в плечо. К счастью, мой хоори уже был на мне, и плотные белые лепестки не пропустили укол. Но долго травяной пончо не выдержит, а враг атакует непрерывно, стоит лишь оказаться в поле его зрения. Благо каждый раз оказываясь в радиусе атаки водяни, я хорошо видел под собой световое пятно и легко уклонялся.
Главное, не зазеваться в бою. Даже неуклюжему в сравнении с сиин Сайрису это удается. Зрение позволяет ему замечать опасность еще раньше, чем мне. Но и мы не можем нанести им почти никакого вреда!
Ледяные сосульки вновь чиркнули по одежде, и одна из них сумела-таки пробить прочную ткань. Хоори окрасилось в запретный цвет, а травяные клинки начали свой танец по кривым тонким рукам обитателя Подземья.
Еще одна ошибка. Запас прочности оружия отца резко пополз вниз. Существо обладало магической защитой, а против нее мои зачарованные травяные клинки становились самыми обычными, которые разведчики-сиин брали в бой сразу десятком, с расчётом на постоянную замену.
— Ваш дом — Пустота! — послышался крик ненастоящего ворона. Похоже, он решил применить силу проклятого бога, чтобы уравнять шансы. Разница в уровнях между ним и чудовищами была слишком велика, а обо мне и говорить не приходится.
Первая тварь занялась лиловым пламенем. Этот прием я уже видел в исполнении Сайриса. Волшебный огонь с настоящим имел очень мало общего, игнорируя воду. Да и выглядело это иначе — пламя было медленным, вялым и каким-то вязким, словно бы состояло из кусочков слизи.
Следующая серия сосулек зацепила голень. Я успел завершить прыжок и уклониться, но скорость у меня теперь будет заметно ниже.
Словно бы издеваясь, именно там, где я приземлился, сошелся свет от лиц сразу двух чудовищ, и мне вновь пришлось уходить прыжком.
Может, получится хотя бы повалить водяни на землю? Высокий и тонкий монстр с непропорционально длинными руками и массивной головой, вросшей в туловище, лишенное шеи. Выглядит не очень проворным.
Оказавшись рядом с ногой монстра, я подпрыгнул вновь и попытался накрест ударить где-то в районе паха. Травяной клинок чуть погнулся и оставил заметную зарубку на теле чудовища, но не более того. Падать вниз водяни даже и не подумал. Более того, его сородич не стесняясь направил свой сияющий лик в нашу сторону, не задумываясь атакуя своего собрата. Вот только ледяные сосульки только бессмысленно чиркнули о плоть монстра, не причинив вообще никакого вреда.
Оба водяни посмотрели на меня. Во всяком случае, направили на меня свои лица, потому как разглядеть их я не мог из-за яркости света.
Маназмей! Я вовремя вспомнил о волшебной веревке, вылавливая ее словом силы и бросая под ноги противнику. На этот раз пользы было больше. Веревка принялась опутывать лапы чудовища, и на сей раз оно действительно грозилось упасть. Артефакт трещал, но держался. И выдержал. Водяни повалился на холодный каменный пол.
Уклоняясь от новой порции водяных игл, я из последних сил подлетел к упавшему противнику, вгоняя травяные клинки в источник теплого и чуждого этому холодному миру света.
 
Получен новый уровень. Текущий уровень — 16.
 
Спасибо, отец.
Спину обожгло льдом, и застрявшее в погасшей морде водяни оружие выпало из рук. Хоори опять защитил от смерти, но не от силы удара.
Сделав сальто, я приземлился на голову. Перед глазами заплясали искры, и на мгновение я забыл, как пользоваться конечностями. А когда попытался встать, сразу же был ослеплен светом морды водяни.
Ну уж нет, так просто я вам не дамся. Должно быть, сами забытые боги помогли мне увернуться, избежав столкновения с облаком острых ледяных осколков.
— Минус один! — рыкнул я.
В этот момент безнадежной схватки в меня будто бы что-то вселилось. Изо рта вырвался первобытный рык, который никак нельзя было отнести к ничтожной белой белке, чья судьба — развлекать и кормить ворон.
— Пусть я умру, но не струшу! — прорычал я боевой клич, вычитанный когда-то в книжке о давно канувшем в лету забытом народе.
Взгляд водяни вновь скрестился на мне. Ледяные сосульки разорвали хоори, с силой срывая травяное пончо. Травяной клинок вошел в деревянное тело монстра, позволив мне подтянуться выше. Сиин не очень сильны, но у нас есть свои хитрости. Вырвав оружие, я сменил форму и юркнул вверх по телу чудовища в виде зверя. Острые коготки позволили легко взлететь вверх, как белке, с которой нас сравнивают. Длинные ноги, продолговатое тонкое туловище, плавно переходящее в лишенную шеи голову.
Удар.
Травяной клинок входил внутрь, окончательно обламываясь и навеки застревая там. Тело твари принялось крениться в бок.
— Минус два, ворон!
Прикончив первого, пылавшего лиловым пламенем монстра, он безуспешно теснил второго. Призванная им лиловая пасть-рука проклятого бога, наносила заметный урон врагу, но не давала никакой защиты от еще трех чудовищ, поливавших его шквальным огнем сосулек и градин. Не смотря на куда меньшую, чем у меня, ловкость, человек легко уворачивался. Похоже, более чувствительные чему у нас, глаза людей, могли почти что предсказывать атаки врага. Не просто уходить, оказываясь в световом пятне, но заранее замечать траекторию взгляда водяни и вообще не попадать под удар.
Но… сразу четыре врага!
Вновь зарычав, я, окончательно не осознавая своих действий, спрыгнул с высоких плеч умиравшего монстра на того, что теснил Сайриса в ближнем бою. Не понимаю, почему мой народ так трусит выйти в бой против вороньего племени? Точно рассчитанный прыжок позволил когтями вцепиться в противника, и рвануть вверх, вновь меняя форму и выхватывая лезвие из прессованных трав и лепестков церу.
— Тормозишь, ворон! — рыкнул я, спрыгивая вниз, прямо под взгляды двух водяни.
Уйти из-под такой атаки — почти предел моих возможностей. Но я справлюсь!
По нервам прошелся удар боли, словно от электрического тока сорами. Тело предательски выгнулось, и вместо прыжка, я лишь неуклюже повалился рядом с едва не пронзившей мне лоб сосулькой. Проклятая раненная еще в начале голень!