Вкус нашей ненависти

Стучу колпачком ручки и смотрю на экран, где сообщение остаётся непрочитанным. Это нервирует хуже, чем следует.
Когда теряю всякие надежды, а в дверь стучат, блокирую экран и выдыхаю. Ладно, он просто занят, у него много работы, как и у меня. И в отличие от меня, у Джейка практически нет времени вести переписку. Иногда это расстраивает, и сейчас тот самый момент. Мне требуется любое слово от него, что угодно. Я стала зависимой.
– Проходите, – говорю посетителям, подперев кулаком висок. Мне действительно тяжело смириться с тем, что он не отвечает, из-за этого в душе поселяется печаль.
Порог кабинета переступает парочка ног, принадлежащие Райну и Лизи, с которыми, кстати, у меня поздняя встреча. Я тут же перевожу взгляд на уголок экрана монитора и втягиваю воздух, потому что на часах пять.
Подскакиваю с кресла и спешу к стеллажу.
– Просите, ребят, совсем выбилась из колеи. Дайте мне минуту.
– Без проблем, – кивает Райн, и парочка занимает кресла у стола, пока я спешно вытягиваю папку и нахожу документы на аренду помещения для торжества.
К счастью, в полном порядке всё находится быстро и уже спустя полминуты, успешно занимаю рабочее место, приступая к обсуждению всех деталей и пожеланий. Иногда мне удаётся потерять суть разговора и снова взглянуть на экран телефона. Я почти взвизгиваю, подпрыгнув на кресле, когда вижу ответ: оставь ключи внизу, я приеду.
Уже выдыхаю и позволяю улыбке растянуть губы, когда приходит следующее: спасибо, и не сиди долго, я кое-что тебе отправил к семи.
Перевожу взгляд на молодожёнов, которые в ответ смотрят на меня.
– Простите, – выдыхаю, набрав вполне ожидаемый вопрос для Джейка, после чего отложив телефон в сторону. – Это было важно.
Да, конечно, важно.
Если я не совсем растеряла последние мозги, то для всех всё становится очевидным. Конечно, они не могут знать, кто засел в моей голове, но прекрасно понимают, что этот кто-то и есть отправитель сообщения.
Ответ от Джейка приходит максимально быстро: ужин.
Сердце пропускает удар и делает кувырок. Ужин. Он приготовит мне ужин и отправит, чтобы я не голодала, а именно этим обычно занимаюсь после работы. На деле, я всего на всего меняю место дислокации, где вновь берусь за работу.
– Боже, у меня совсем мозги набекрень, – тихо бубню себе под нос, понимая, что вновь увлеклась и отвлеклась.
Я не пишу ответное сообщение, решив, что по отношению к Лизи и Райну это будет уже слишком невежливо и нагло. У меня не всегда получается оставить личную жизнь и работу по разным сторонам, а с Джейком это кажется практически невозможным. Я отвлекаюсь на него и для этого ему не нужно стараться. Знаю, он может понять. Если я ничего не ответила, то могла возникнуть проблема, состоялся звонок или встреча.
Окончательно сосредотачиваюсь и углубляюсь в обсуждение предстоящей свадьбы Райна и Лизи. В первую очередь, они клиенты, и я не могу иначе. Что бы ни было между нами в прошлом, там оно остаётся, кроме того, я не ощущаю дискомфорта при работе с ними, это означает только одно – никаких романтических чувств, ревности или обиды не существует. Нас связывали отношения, но я стала той, кто перегорел и решил быть честной перед собой и перед ним. Мне удаётся сохранить только положительные воспоминания о нас и о нём.
Обсуждение прерывает звонок, а когда вижу имя звонящего, одновременно злюсь и радуюсь. Джейк всегда вызывает во мне множество противоречий.
– Возьми, Бекка, ничего страшного, – улыбается Райн. Иногда мне кажется, что он даже слишком идеален.
Киваю и принимаю вызов.
– Это срочно? – тут же задаю вопрос, чтобы быть максимально короткой.
– Скажи, что просидишь в офисе максимум до шести.
– Я не могу сейчас разговаривать.
– Ребекка, это всё, что я прошу. Ты не будешь сидеть там до ночи, иначе мне придётся приехать и вытащить тебя лично.
Уже хочу ответить, как в трубке раздаётся шорох, а следом звучит его приглушённый голос:
– Нэйт, у тебя чертов стейк горит, я даже отсюда чувствую. Собери, мать твою, мозги и открой глаза!
Мурашки пробегают от того, как властно звучит его голос. Сглатываю и нервно улыбаюсь присутствующим, которые прекрасно всё слышали.
Новый шорох и Джейк продолжает для меня:
– Ребекка, в семь дома, это крайнее время.
– Я поняла, – сама удивляюсь тому, как легко соглашаюсь и даже не по причине поскорей завершить разговор.
– Люблю, целую, все дела, – с усмешкой в тоне, говорит он, после чего сбрасывает вызов, оставляя меня в замешательстве.
На лбу выступает испарина, которую тут же стараюсь смахнуть и переключиться. Иногда его шутки могут довести до сдвига по фазе.
– Боже, – на выдохе произношу я, растирая место у виска.
Лизи и Райн наблюдают за мной с интересом, а следом девушка произносит:
– Мне срочно нужно в туалет.
– Прямо по коридору, дверь справа.
Стоит ей подняться, и моя челюсть готова сигануть к полу. Живот. Боже мой, она беременна. Насколько сильно я ослепла? Это заставляет меня окунуться в воспоминания со смешанными чувствами.
Я не думала и не хотела детей с Йеном, списываю всё на подростковый период. Какие дети? Мы были детьми, хоть и подростками, но детьми. Как ребёнок может воспитать ребёнка? Никак. А потом мы разошлись, верней, я решила уйти. И я никогда не думала о детях с Райном. На том этапе, мне было жизненно необходимо самореализоваться, я думала только о карьере, о будущем, где вижу себя независимой и успешной. Это было манией, наверно, это одна из причин перегорания чувств. Я увлеклась хобби, воплотив его в работу и заработок. Готова ли сейчас? Не знаю. Ещё недавно мне едва удалось не поседеть, покупая тест, но есть уверенность в том, что я вполне способна поставить ребёнка на ноги самостоятельно. Всегда хороша поддержка мужа и отца ребёнка, но если моя жизнь обернётся положением, то я безоговорочно справлюсь без посторонней помощи. И находясь в отношениях с Джейком, я не всегда могу понять ход его мыслей и логики: секунда – он настроен серьёзно, следующая – он валяет дурака. Мне нравится лёгкость и беспечность, и Джейк тот, кто даёт эти два состояния. Для него нет преград, ему плевать на мнение со стороны, он может выкинуть всё, что угодно, не зацикливаясь на возрастных рамках. С ним чувствую себя живой и в какой-то степени юной, словно за глупые проделки не будет наказания. Если что-то пойдёт не так и мы всё же увидим две полоски, вряд ли сей факт напугает. Так было первый раз, но не сейчас.
Совершенно неожиданно прихожу к мнению, что не пойду на шаг, о котором могу пожалеть. Будет ли он рядом и будет ли рад, не так важно, потому что собственные чувства и ощущения необходимо ставить на первое место. Но так или иначе, понимаю, что сердце сжимается. Он засел в голове и проник в душу. Мне будет больно принять негативную реакцию.