1918: Весна империи

И пусть никого не смущает слово «гражданской». Во-первых, техники и инженеры годились одинаково и для армии, а во-вторых, пилоты там проходили краткий курс пилотирования бомбардировщиками Си-30 и уж тем более могли управлять военными транспортниками Си-29-Т. Так что в случае войны у нас будет некоторое количество подготовленных специалистов, которые легко могут быть мобилизованы на фронт.
На какие шиши весь этот праздник с училищами? Где для всего этого брать самолеты? Источников было много.
Во-первых, у нас оставалось более двух тысяч старых самолетов, многие из которых смело можно было гонять буквально на износ, не особо переживая за их сохранность и списывая по мере технической усталости.
Во-вторых, окончание войны позволило нам провести демобилизацию армии и значительно сократить расходы на нее. Естественно, сильно сократив траты в части пехоты и кавалерии, я не очень-то сокращал расходы на технически сложные рода войск – артиллерию, бронетехнику, авиацию. И на подготовку кадров для них. Готовить их долго и дорого, за три месяца не научишь.
В-третьих, мы пока обходились без строительства большого океанского флота, особенно без расходов на строительство линейных кораблей и прочих дорогостоящих монстров. Кстати, в Вашингтоне шла конференция об ограничении морских вооружений, но как-то не было заметно особого оптимизма по этому вопросу. Впрочем, я не об этом сейчас. А о том, что флот пока не пожирал гигантские деньги и пока основной упор шел на строительство подводных лодок. Дешевых и массовых.
В-четвертых, я, в отличие от простых смертных, мог сам определять то, куда будут потрачены мои налоги, поскольку платились они не в абстрактную казну, которой во многом распоряжались всякого рода чиновники, а вполне себе расходовались по целевым программам, которые определял я сам. И часть этих статей как раз и предусматривала выделение средств на техническое образование, в том числе и военное, в том числе и авиационное. На эти деньги закупалось многое – от горючего и расходных материалов до запчастей, двигателей и целых учебных самолетов, благо стоили воздушные машины в это время не таких космических денег, как в мое.
Так что более двух тысяч самолетов, оставшихся в нашей армии по итогам войны, не простаивали, а много и много летали, позволяя поддерживать летные навыки, а также учить новых пилотов и техников. Да и купленный в Европе дешевый авиахлам вполне годился для авиашкол и аэроклубов, которые массово создавались при Корпусе служения.
Я, кстати, вообще старался ограничить возможности для дерибана будущим «народным правительством», утверждаемым Госдумой, народных средств, поэтому вся халява, которая образовалась вдруг, в загребущие лапы «народных избранников» не попадала. Ни мои налоги, ни средства, которые высвободятся с нового финансового года после прекращения финансирования из казны расходов императорского двора и фамилии, ни даже средства от государственной монополии на водку не подлежали распределению вне целевых программ. К примеру, доход от монополии на водку целиком и полностью расходовался на нужды здравоохранения и на развитие медицины в обеих империях.
Уверен, что «народным избранникам» все это будет крайне не нравиться и они будут много дебатировать на эту жгучую и несправедливую тему. Но ничего им тут не обломится.
Мне деньги и самому нужны. Обойдемся без дерибана.
А особо глупым и болтливым могу устроить экскурсию на Болотную площадь.
Это, кстати, был один из тех редких случаев, когда я отклонил ходатайство о переименовании.
Нет-нет, господа, не будем нарушать традиций. Название очень меткое.
Мало ли кого еще нам придется там вешать.
Уж больно место подходящее.
Исторически значимое.
На века.

Империя Единства. Ромея. Провинция Византида-Царьград. Международный аэропорт Новый Рим. 11 мая 1918 года
– Здравия желаю, ваше императорское величество!
– Приветствую вас, Алексей Алексеевич. Как долетели?
Председатель российского правительства генерал Маниковский кивнул:
– Благодарю вас, ваше величество, полет прошел великолепно. Отличные виды, отличная кухня, а главное – скорость. Вместо четырех дней долететь до Константинополя меньше чем за сутки – это нечто!
– Рад, что вам понравилось. Но я предпочел бы, чтобы глава моего правительства путешествовал более безопасными видами транспорта. Да, я сам грешен, иногда тоже летаю по воздуху, но делаю это только тогда, когда ситуация экстремальная и мое присутствие на другом конце империи просто жизненно необходимо. Как было при Моонзунде.
Маниковский склонил голову.
– Я постараюсь учесть это в своей работе, государь. Но другого способа попасть сегодня в Константинополь у меня не было. Выехать раньше я не мог, да и терять лишние три дня на дорогу сюда, а затем еще три дня на дорогу обратно совершенно непозволительная роскошь, когда на счету буквально каждый час. Выборы и земельная реформа не могут ждать.
– И тем не менее. Я рад, что вы успели на подписание договоров, но постарайтесь впредь планировать свой график без экстремальных приключений.
– Да, государь!
К нам подошел командующий Императорской главной квартирой генерал Артемьев, сообщивший:
– Ваше императорское величество! Машины кортежа поданы. Пора выезжать.
– Хорошо, Василий Васильевич. Едем.

Империя Единства. Ромея. Константинополь. Дворец Единства. Квартира их величеств. 11 мая 1918 года
Маша отложила бумаги и потерла усталые глаза. Что ж, непросто молодой маме совмещать материнство и государственные обязанности.
Как Ольга справляется? Ужас просто! И ладно сейчас, когда Тихон уже подрос, а сама Ольга уже втянулась в свою службу, поставив ее на более-менее ровные рельсы, но как было ей с самого начала?! Ведь даже Маше сейчас легче, поскольку вся работа и все дела идут по заранее отработанным схемам и согласно утвержденным планам, но ведь Ольга, имея маленького ребенка на руках, еще и впряглась в совершенно новый воз! Шутка ли, заново организовать государство на руинах!
Да, можно было лишь с содроганием представить, какими словами она благодарила брата за такой «подарочек» к рождению сына!
Впрочем, даже более-менее организованные дела требовали от императрицы ясного ума и понимания того, что происходит. И, несмотря на наличие гувернанток и прочего обеспечения, Маша плохо спала ночами, всякий раз просыпаясь от крика детей в соседних комнатах. Даже нахождение их в разных комнатах не спасало, поскольку стоило заплакать кому-то одному, как плач тут же подхватывал и второй. Или вторая.
И Маша тут же вставала и шла к детям, не поддаваясь на уговоры нянечек и кормилиц. Старалась кормить сама, хотя молока по-прежнему не хватало на двоих.
Господи, как же она вымоталась за эти дни! А ей-то казалось, что самое сложное – это выносить и благополучно родить! И что, мол, дальше все пойдет как по маслу!