1918: Весна империи
А это, в свою очередь, предполагало и ускорение всемирного развития по сравнению с той историей, которая была мне известна по моим прежним временам. Так что уверен, и радио, и кино, и телевидение, и вообще все, что связано с массовой культурой, тут будет развиваться значительно быстрее, и мы лет за десять-двадцать достигнем самого серьезного прогресса. И Россию/Ромею я собирался сделать одним из мировых лидеров в этих сферах, наряду с США и Германией.
Я усмехнулся своим мыслям. Опять эта троица будет делить мировой пирог. Впрочем, чему я удивляюсь-то? Это объективная реальность, а нынешняя нехватка технической базы у Единства с лихвой компенсируется моей персоной и смелостью наших проектов.
Впрочем, я отдавал себе отчет в том, что возможности США и Германии, их кадровый, технический и финансовый потенциал пока несоизмеримо выше, и стоит нам хоть немного сбросить темп, как нас тут же обойдут на повороте. И в то же самое время мне нужно быть очень осторожным в плане прогрессорства, не допуская появления того, чего мы сами пока производить в массовом порядке не можем. Это тебе не дизайнерские маски «От Натали» шить. Стоит нам внедрить что-то технически сложное, как это тут же скоммуниздят в Америке и Германии, да и в той же Британии, оставив нас с нашим кустарным производством далеко на обочине истории.
Но и то, что я уже готов был запускать, запустить как раз было не так просто. Нам приходилось адаптировать мое понимание вопроса к возможностям местной техники, не говоря уж о сформированной (или несформированной) культуре потребления у местной публики. А также адаптировали (в моем лице) принципы организации третьего тысячелетия к возможностям начала двадцатого века.
Да то же самое радио в этом времени находилось в самой зачаточной стадии, и приемников было мало.
Но, во-первых, концерн «Электрическая Ромея» Николы Теслы наладил выпуск некоторого количества радиоприемников, во-вторых, мы издавали газету «Голос Царьграда», где публиковались не только расшифровки бесед в студии, но и иллюстрировалось все это фотографиями ведущих и гостей. Ну, и в-третьих, сами беседы снимались на кинокамеру, и потом из получившегося материала монтировался короткий немой фильм, сопровождаемый звуковой записью и субтитрами основных мыслей, сказанных за студийным столом, а газета с полным текстом дискуссии продавалась тут же. Более того, сложился сам собой и перенос театральных привычек в кинотеатры. Так правилом хорошего тона стала покупка перед сеансом брошюрки либретто к фильму, с кратким содержанием предстоящего шоу.
Разумеется, такое себе эрзац-шоу. Хотя оно и вызывало восторг у неискушенной публики, но я отдавал себе отчет в том, что это все просто «закат солнца вручную» и долго это уродство так работать не сможет. Но пока работает. Формат был свежим и необычным, что гарантировало нам повышенный интерес к нашему шоу, что бы я там ни бурчал себе под нос.
Более того, вся продукция государственного объединения «Медиа-Единство» пользовалась неизменным спросом, а газета «Голос Царьграда» расходилась как горячие пирожки, не только в Ромее, но и в России и даже в Италии, благо издавалась она сразу на нескольких языках.
Конечно, я прекрасно помнил классическое изречение о том, что важнейшим из искусств для нас является телевизор, так что профессор Браун со товарищи уже плотно работали над созданием телевидения, заручившись не только моей моральной поддержкой, но и щедрым казенным финансированием. Я отдавал себе отчет в том, что для этого потребуются многие годы, но был твердо убежден в том, что Россия станет не только родиной слонов, но и космических кораблей, радарных систем, массового телевидения и ядерного оружия во всех его видах.
Возможно, и не при моей жизни. Но все-таки.
Что касается радиопередатчиков и радиоприемников, то, конечно же, основным заказчиком разработок выступало отнюдь не Министерство информации, а самое что ни на есть натуральное Министерство обороны, которое было заинтересовано в максимальном насыщении танков, самолетов и прочих воинских частей с подразделениями, эффективной радиосвязью от короткой дистанции в километр до средней дистанции в полсотни километров и дальней (для самолетов-разведчиков и дирижаблей-наблюдателей) в тысячу километров и выше.
И, главное, чего мне удалось достичь, так это серьезного сдвига в умах и в мировосприятии генералов и чиновников госаппарата. Во всяком случае, за любые разговоры или отписки с отказами рассматривать технические новации на основании того, что «ни у кого такого нет, мы рылом не вышли бежать вперед цивилизации, а если понадобится, то купим за границей», следовала немедленная отставка. И хорошо, если не расследование дела о вредительстве.
Конечно, это незамедлительно привело к тому, что всякие прожектеры, уловив ветер перемен, тут же начали бомбить министерства и ведомства своим «гениальным» хламом, но тут уж ничего не попишешь, для этого существуют экспертно-оценочные технические комиссии, а явные прожектеры немедленно попадают в «черный список».
Важно было другое. Важно было то, что любое должностное лицо, которое разглядело перспективную новинку или идею, могло рассчитывать на серьезные преференции и карьерный рост. И многие уже усвоили эту простую мысль.
Прогресс – наше все!
А я пока возглавляю процесс прогрессорства. И пусть я не знаю устройства компьютера или где точно находятся алмазы Якутии, но я умею и знаю, как продвигать нашу пропаганду. Show must go on, не так ли?
Ибо именно состояние умов определяет готовность общества к осознанию своей перспективы, к осознанию необходимости перемен на благо народа и готовности к личному активному росту, без ожиданий подачек от государства.
Мы – Империя Единства. Империя освобождения. На том и стоим.
Империя Единства. Ромея. Константинополь. Радиоцентр. 9 мая 1918 года
АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВ: Итак, глубокоуважаемый Александр Алексеевич, сегодня вечером в Императорском Доме кино состоится премьера вашего фильма «Битва за Ромею» с горячо любимой зрителями Верой Холодной в главной женской роли.
АЛЕКСАНДР ХАНЖОНКОВ: Да, сегодня фильм впервые увидит массовый зритель. Вся наша кинобригада с волнением ждет зрительских оценок, а также отзывы критиков.
ОЛЬГА БАКЛАНОВА: Говорят, что сам государь император будет присутствовать на премьере?
АЛЕКСАНДР ХАНЖОНКОВ: Этого я не могу подтвердить. Мы можем лишь надеяться на то, что его императорское величество удостоит нас высочайшей чести.
ОЛЬГА БАКЛАНОВА: Ходят также слухи о том, что в Императорском Доме кино будет присутствовать и рейхсканцлер Германии принц Максимилиан Баденский. Как вы оцениваете возможность такого визита?
АЛЕКСАНДР ХАНЖОНКОВ: Мы все уже знаем о том, что сегодня его императорское величество Михаил Александрович и принц Максимилиан Баденский присутствовали на панихиде и совместно возложили венок к месту гибели германских моряков «Гебена» и «Бреслау» в бухте Баронессы Софии де Боде, бывшей бухте Стения…
ОЛЬГА БАКЛАНОВА: А перед тем государь император и рейхсканцлер почтили память погибших, возложив венок к Могиле Неизвестного Солдата на площади Торжества Православия в Константинополе.