Целительница будущего короля

Стражники стояли прежние, глянули на нас с подозрением, но вопросов не задали. Я замерла возле дверей: пускать к себе Дэйти не хотелось.
– Вытащи мне стульчик, – ехидно предложил он. – Я тут посижу, деньжата свои покараулю.
Всё же он не испытывал ни малейших угрызений совести за то, что заманил меня в ловушку!
С той стороны стал подвывать и царапать двери Черныш, я открыла створку и чуть не упала, когда на меня рванула половина центнера прекрасного чёрного зверя. Он вертелся вокруг меня, подпрыгивал, преданно заглядывал в лицо и махал хвостом.
Спотыкаясь о крутящегося под ногами Черныша, я добралась до подставки для ног и отнесла её к выходу, всучила Дэйти.
– Благодарю, – карикатурно поклонился он и развернулся к стражникам. – Парни, сегодня вам несказанно повезло: я буду развлекать вас прекрасной музыкой и песнями!
Стражники выглядели довольными. Наверное, им совсем тоскливо было здесь, вдали от сплетен.
Я закрыла дверь.
Засова на ней не имелось, и я решила придвинуть кресло. Оно было массивным, поползло по полу со скрипом, но я дотолкала его до створок и, только перегородив вход, смогла выдохнуть с облегчением.
После чего опустилась на пол, обняла Черныша и беззвучно заплакала.
 
***
 
Появление Венанции прервало такие перспективные переговоры! Вдобавок к этому Кайден ощущал некоторую неловкость, ведь он знал: это она отравила дядю Схенея. А она даже не обладала достаточной выдержкой, чтобы спокойно смотреть тому в лицо.
Впрочем, неловкость эта была куда меньше, чем раздражение на Венанцию, недостойное взрослого мужчины, но от того не менее сильное.
Стоило Схенею предложить ей виноград, её словно прорвало:
– Кайден, почему твои люди не пропускали меня сюда? Я принцесса!
– А они – мои люди, – терпеливо пояснил Кайден.
– Это мой замок! – топнула Венанция.
Он развёл руками:
– Тогда не надо было приглашать сюда жить тех, кто напрямую тебе не подчиняется.
Схеней уминал виноград и, кажется, ему было весело.
Достойного ответа у Венанции не нашлось, она топнула ногой и сложила руки на груди. Обиженно надутые губы на Кайдена не действовали, он вежливо уточнил:
– Ты что-то хотела?
– Да! – язвительно отозвалась Венанция. – Это же очевидно, раз я к тебе пришла!
Кайден молча ожидал пояснений. Венанция хмурилась. Но, в конце концов, сдалась:
– Вам, герцогам, надо обсудить вопрос наследия Апрумов. А тебе, – она указала на Схенея. – Тебе пора ехать в родовой замок, ты должен позаботиться о родовом духе и не можешь оставаться кандидатом в короли!
– Конечно-конечно, – с ехидцей отозвался Схеней. – Куда мне, презренному, претендовать на вашу руку и сердце.
Она глянула на него исподлобья.
– Сейчас мы с братцем обсудим пару моментов, и я поеду, – пообещал Схеней.
– Но… – Венанция покосилась на Кайдена и на миг задумалась, после чего выдала. – Остальные герцоги не могут ждать. Нам уже можно идти. Кстати, в комнате, где вы проводили переговоры, глупые слуги разлили вино, придётся пообщаться в другой.
– Хорошо, – кивнул Кайден. – Сейчас мы со Схенеем договорим, и я подойду. Только скажи, куда.
Венанция нетерпеливо поджала губы и опять притопнула ногой. Кайден поймал себя на том, что эти её нервные телодвижения раздражали его больше обычного.
– Хорошо, – выдавила она. – Только недолго, я подожду, чтобы тебя проводить.
И она направилась к ещё одному креслу, плюхнулась в него с видом «вам не удастся меня выгнать!»
Кайдену это не понравилось: что-то неправильное было в поведении Венанции. Нет, она и прежде врывалась к нему, даже пробовала подкараулить в спальне, капризничала, и сейчас остаться здесь она могла из желания послушать, что Схеней думает о смерти Оксинта. Но это не единственные возможные мотивы. Например, она могла узнать о спасённой служанке…
– Минуточку, – Кайден поднялся с кресла и направился к окну, чтобы закрыть его.
И чтобы, оказавшись спиной к своим гостям, сосредоточиться, мысленно потянуться к Чернышу и узнать, что с Эйной.
А создав эту связь, Кайден с трудом сдержал ругательство.
    
Глава 44. Угрозы
Странно, но когда двери с треском распахнулись, сметая с пути кресло, я была уверена, что это Кайден.
Он молниеносно миновал гостиную и ворвался в спальню. Лежащий рядом Черныш поднял голову с моего плеча и завилял хвостом. Я бы тоже, наверное, завиляла, если бы у меня он был. Слёзы мгновенно высохли.
– Эйна, – выдохнув, Кайден стремительно подошёл, опустился возле кровати на колени и взял меня за руку.
Его взгляд скользнул по мне, задержался на припухших глазах и надорванном подоле, снова сосредоточился на лице.
– Дэйти сказал, что Венанция заманила тебя в ловушку с двумя стражниками, – из-за попыток сдержать ярость голос Кайдена прозвучал почти сухо. – И тебе только благодаря Дэйти удалось избежать насилия.
Мои щёки вспыхнули. Ситуация не только пугала, но и смущала. Наверное, я бы не смогла так просто всё выразить. Хорошо, что это сделали за меня.
– Да, – я заставила себя ответить, а не просто кивнуть, и мне неожиданно полегчало: от того, что Кайден не обвинил меня в глупости (а некоторая глупость была, пусть я и привыкла считать Дэйти его человеком), что он уже всё знает и, я верила, что-нибудь с этим сделает.
Словно камень с души упал.
– Ты как себя чувствуешь? – быстро спросил Кайден. – Тебя не сильно хватали? Синяки? Ссадины?
– Даже если и должны были появиться, – я слабо улыбнулась, – моя сила их убрала ещё прежде, чем они показались на коже.
Кайден с облегчением прикрыл глаза и выдохнул:
– Да, ты же целительница, – он кивнул каким-то своим мыслям и присел на край кровати, потесняя Черныша.
Пёс отполз в изножье и, уркнув, спрятал нос в складки покрывала. Кайден погладил меня по волосам. Лицо у него странно застыло, но во взгляде была нежность и тревога.
– Можно тебя обнять? – спросил он осторожно.
– Нужно, – прошептала я и рванулась к нему.
А он наклонился, и мы столкнулись. Посмотрели друг на друга, я не сдержала улыбки, Кайден нежно погладил меня по волосам и, наконец, обнял.
 
***
 
Ярость обуревала Кайдена, мешая мыслить. Объятия Эйны чуть пригасили гнев, но едва Кайден покинул её комнаты, злость вернулась, и напоминания Дэйти об оплате ничуть её не умерили. Просто поход до казначея и выдача распоряжения о вознаграждении дал время собраться с мыслями и обдумать ситуацию.