Бунтарь (ЛП)

— Почему ты бежишь? — Леннон ноет.
Я оглядываюсь на нее и закатываю глаза. — Для такого великого танцора ты очень медленная.
Мы находимся на самом низком уровне, прямо над полем, где разрешено находиться только VIP-персонам. Когда они начинают объявлять игроков, я крепко сжимаю руку Леннон, едва сдерживая волнение.
— А теперь, впервые за два года, — гремит диктор, создавая напряженное ожидание, — давайте поприветствуем квотербека Ашера Хоторна!
Толпа так громко приветствует, что это оглушает, когда он выбегает на поле, прыгая в группу своих товарищей по команде. Мне даже не нужно быть рядом с ним, чтобы почувствовать счастье и волнение, исходящие от него. Словами даже не описать, как я им горжусь.
Все они бегут к скамейке запасных и приветствуют своих тренеров. Колби видит нас первым и указывает. Мы с Леннон смеемся и машем в ответ. Ашер оборачивается и улыбается мне. Он подбегает к стене и подпрыгивает, подтягиваясь и делая это так, что я наклоняюсь, чтобы поцеловать его. Как только он получает то, что хочет, он спрыгивает обратно и подмигивает мне, прежде чем уйти.
Наша история любви, возможно, не была традиционной, но она наша нас — и, как я уже сказала, я не играю по правилам.