Снова надейся

– Как тебя зовут? – спросила бариста, вновь сама любезность.
– Эверли, – сказала девушка и достала карту. Потом приложила ее к терминалу, который коротко пикнул.
Я поверить не могла, что это происходило на самом деле. Должно быть, она мой ангел-хранитель – дар судьбы за отвратную неделю.
– Прямо сейчас я думаю, не обнять ли тебя, – выпалила я, еле-еле сдерживаясь.
Девушка одарила меня улыбкой.
– Не стоит. В следующий раз просто угостишь меня.
– Для этого, кроме твоего имени, мне понадобится еще твой номер. Или ник в Facebook. Или твой Instagram, – затараторила я, схватившись за свой телефон.
Эверли озадаченно замерла, и ее улыбка слегка дрогнула. Мне знакомо это выражение. Обычно я относилась к людям открыто и простодушно, и именно так они чаще всего выглядели, застигнутые врасплох моим поведением. Я как раз размышляла, не извиниться ли за это, когда Эверли перевела взгляд на мои сумки.
– Ты не отсюда, верно? – полюбопытствовала она.
Я покачала головой:
– Не отсюда. Только приехала из Калифорнии. Где, кстати, приятно тепло.
– Всегда хотела побывать в Калифорнии.
В этот момент объявили наши напитки. Мы вместе направились к правому концу стойки, где уже стояли стаканы. Я быстро перераспределила свой груз и запихнула варежку обратно в карман пальто.
– Что привело тебя в Вудсхилл? – спросила меня Эверли, склонив голову набок.
– Долгая история, – вздохнула я. – Приехала в гости к брату.
Она кивнула:
– Значит, ты тут уже с кем-то знакома. Это же хорошо.
– Мой брат и его компашка, наверное, не те люди, с которыми я бы предпочла проводить свободное время, но да. Хорошо, когда не нужно начинать совсем с чистого листа, – ответила я и взяла свой стаканчик.
Эверли ненадолго задумалась, а потом протянула руку.
– Дай мне свой мобильный.
Я передала его ей, и та что-то в нем напечатала. Затем вернула мне.
– Я сохранила свой номер. Чтобы ты могла вернуть кофейный долг.
Я расплылась в улыбке от уха до уха.
– Тогда будь готова, что я свяжусь с тобой, как только устроюсь.
– Супер. – Она бросила взгляд на свои часы. – А теперь мне пора, меня ждет мой парень и я уже опаздываю.
– Конечно, беги. И еще раз спасибо за кофе, – откликнулась я, подняв стакан. Она чокнулась со мной своим на прощание.
Я смотрела ей вслед, когда она покидала кафе, затем собрала свои вещи и тоже вышла на улицу. Сделала большой глоток кофе. Он оказался еще чересчур горячим, но на вкус был просто божественным и придал мне сил, в которых я нуждалась, чтобы преодолеть остаток пути до дома брата.
Мысленно я проклинала Эзру. Гарантирую, ему просто было лень встречать меня на вокзале. Брат считал меня никчемной, как и наши родители. Пускай ни он, ни они не произносили этого вслух, в их присутствии я вечно чувствовала себя полной неудачницей. Поэтому мама с папой ни при каких обстоятельствах не должны узнать, что я уже не в Лос-Анджелесе. Будь у меня такая возможность, я бы и Эзре никогда не рассказывала про свой провал. Однако он – моя последняя надежда на спасение из одной гадкой ситуации, и я зависела от него, нравилось мне это или нет.
Тем не менее я уже завела первую знакомую. Я верила в судьбу и всегда старалась во всем видеть сигналы. И случайная встреча с Эверли наверняка была именно таким знаком.
К черту Лос-Анджелес, – думала я, пока волокла свой чемодан по уличной грязи. – К черту актерскую карьеру, к черту агентов, к черту мечты. К черту все.
Надо снова и снова твердить эту мантру, тогда рано или поздно она угнездится в моем подсознании. В конце концов, один раз это уже сработало, когда разбилась моя первая голубая мечта.
Следуя карте на своем смартфоне, я свернула на следующем перекрестке. Эта улица была у́же и тише, и чем дальше я продвигалась, тем белее и чище выглядел снег – и тем тяжелее мне становилось тащить свой багаж.
Когда я наконец дошла до дома с серым фасадом, подходящим под описание Эзры, то вымокла насквозь, наполовину превратилась в ледышку и совсем запыхалась. Уверена, скоро у меня начнет болеть рука.
Садик перед домом полностью замело снегом. Только дорожку более-менее расчистили, и виднелась пара отпечатков ног. При виде этих следов у меня чуть сильнее забилось сердце.
Я выпрямила спину и поправила дорожную сумку на плече, прежде чем пройти по узенькой дорожке к входной двери. Подняв по ступенькам тяжелый чемодан, я быстро стряхнула снег с плеч. В то время как лицо у меня просто заледенело, под пуховиком я начала страшно потеть. Вместе с тем я радовалась, что все-таки добралась, и надеялась сразу запрыгнуть под душ.
Потом нажала на звонок. Вообще-то Эзра в курсе, что я должна приехать примерно в это время. Я написала ему, как только самолет приземлился в Портленде, и потом, когда села в автобус. С братом мы не виделись со Дня благодарения, и я была просто счастлива наконец оказаться здесь – хоть и при подобных обстоятельствах.
До меня донесся шум из коридора, сопровождаемый негромким постукиванием, источник которого мне не удавалось понять. Я как раз собиралась встать на носочки, чтобы заглянуть сквозь матовое стекло, когда дверь резко распахнулась.
Я ахнула.
К такому я была совершенно не готова.
Ни к знакомому покалыванию, которое охватило все тело, ни к зеленым глазам, которые впились в мои и в которых отражался мой собственный шок.
Не в силах сдержаться, я так же разглядывала его в ответ. Буквально впитывала в себя его облик: густые черные ресницы, острые черты лица, щетина на щеках, которой раньше там не было. Каштановые волосы тоже выглядели иначе. Лишь глаза – они даже спустя восемнадцать месяцев показались мне настолько родными, что в желудке все перевернулось.
– Привет, Блейк, – просипела я. Видимо, по дороге сюда голос меня покинул.
Он стоял, опираясь на костыли. Мне сразу захотелось узнать, что с ним произошло, однако прежде чем я успела хоть что-нибудь сказать, он низко сдвинул брови над переносицей.
Блейк поднял руку… и захлопнул дверь у меня перед носом.
Я в недоумении уставилась на нее и лишь через несколько мгновений вышла из оцепенения.
– Эй!
Его шаги и постукивание, которое, как я только что выяснила, издавали костыли, отдалились от двери.
– Блейк, я замерзну на улице! Открой эту чертову дверь! – заорала я.
Никакой реакции.
– Мне позвонить Эзре и сказать, что ты оставил меня стоять на морозе?
Стук снова стал громче. Вскоре после этого Блейк рванул на себя дверь и посмотрел на меня точно таким же мрачным взглядом, как и пару секунд назад.