Снова надейся
– Можешь спокойно все обдумать. Я не хочу ни к чему тебя принуждать.
Я открыла рот и снова закрыла. Знала, что мама права. Разговор с Доун пошел мне на пользу, хотя я чувствовала себя при этом уязвимой.
Впрочем, прежде чем посвящать в свою жизнь чужих людей, мне нужно поговорить начистоту с собственной матерью. Речь пойдет не об отце, а на совершенно другую тему, которая беспокоила меня уже несколько месяцев.
– Мам, я должна тебе кое-что сказать, – начала я. Меня бросило одновременно и в жар, и в холод. Казалось, что я в любой момент могла потерять равновесие, несмотря на то что лежала.
– Для тебя у меня свободно все время на свете, родная. Как по мне, так можем разговаривать хоть до Рождества, – тепло откликнулась она.
Я впилась пальцами в одеяло, лишь бы за что-нибудь держаться.
– По-моему… я не хочу работать в твоем агентстве, мам, – прошептала я в итоге.
Она наморщила лоб и моргнула, как будто не расслышала.
– Пожалуйста, не пойми меня неправильно: я считаю просто потрясающим, что ты наконец решилась это сделать. Конечно же, я помогу тебе, чем смогу. Вот только я не уверена, что это нужно мне.
Похоже, ей потребовалась пара секунд, чтобы переварить мои слова.
– И давно ты так считаешь? – спросила она некоторое время спустя.
У меня пересохло во рту, и я сглотнула.
– Точно не знаю. После того как мы переехали к бабушке и тебе было так плохо, я думала, что должна сделать все, чтобы тебе стало лучше. Хотела во что бы то ни стало осуществить эти планы вместе с тобой, ведь это тебя осчастливит. Но будь у меня выбор… – Я ненадолго умолкла. Мне не хотелось обижать маму. Произнести вслух следующие слова стоило мне всей оставшейся энергии: – Будь у меня выбор, я бы не пошла по твоим стопам.
Мама тяжело сглотнула и глубоко вздохнула. Потерла лицо обеими руками. После выдавшейся у нас ночи она выглядела очень усталой. Тем не менее, когда она посмотрела на меня, взгляд ее оказался ясным и проницательным.
– Буду честна: моей самой большой мечтой было однажды начать этот проект вместе с тобой.
У меня появилось ощущение, словно в желудок насыпали камней. Я собиралась открыть рот, чтобы извиниться, однако мама продолжила:
– Но это моя мечта, и я воплощу ее и одна. Я никогда не желала, чтобы ты думала, будто у тебя нет выбора.
У меня подозрительно защипали глаза, но я прикладывала все усилия, чтобы сдержать слезы.
– Я не хотела тебя разочаровывать, мам. После всего, что мы пережили, я не могу представить себе ничего хуже.
– Как тебе вообще пришло в голову, что ты можешь меня разочаровать? – тихо спросила она, погладив меня по волосам. Ее улыбка была теплой и грустной одновременно. – Чем бы ты ни занялась в будущем, я всегда буду гордиться тобой.
Я не могла осознать, что мама правда так думает. С плеч словно упал неподъемный груз.
– Но учеба ведь тебе нравится, да? – внезапно спросила мама.
Я помедлила:
– Не уверена.
– Что ты имеешь в виду?
– Все не так, как я себе представляла. Некоторые дисциплины нормальные, а на другие я хожу только потому, что обязана.
На мгновение мы обе замолчали. Я теребила в руках одеяло и старалась успокоить дико стучащее сердце, пока мама, видимо, размышляла над моими словами. Наконец она вздохнула и задумчиво коснулась губ кончиками пальцев:
– У меня есть идея.
Я вопросительно посмотрела на нее.
– Семестр подходит к концу. Может быть, тебе просто стоит записаться в следующем на другие курсы? Уверена, что должна быть возможность попасть и на другие учебные программы.
Я вытаращила глаза.
– Так нельзя.
– Почему нет?
– Мы взяли кредит на мое обучение, не могу же я просто выбросить на ветер три семестра!
– Я же не говорю тебе начать с чистого листа. Просто выдели себе один семестр, чтобы выяснить, найдется ли в университете что-нибудь другое, что тебя заинтересует. Присмотрись к другим дисциплинам, пойми, что тебя больше всего привлекает. Освободись от мысли, что я хочу заставить тебя работать вместе со мной, – ответила она и поморщилась.
– Надо было гораздо раньше с тобой поговорить, – пробормотала я, сминая между пальцами уголок одеяла.
– Мы обе совершили ошибку. Человеку это свойственно, Эверли. Единственное, что мы можем сделать – это извлечь из этого урок и в следующий раз сделать лучше.
Я кивнула.
– Мы со всем разберемся. Мы же команда в конце концов, – сказала мама.
– Команда. – Я потянулась вперед и крепко обняла маму. Вдыхала ее родной запах и впитывала в себя тепло.
Ужасно, что для подобного разговора нам пришлось пройти через стычку с папой, но в то же время я чувствовала, что перед нами открылся новый путь. Путь, по которому мы пойдем рука об руку.
Глава 33Моя нога дрожала, а вспотевшие ладони плотно прижимались к бедрам. Миссис Перкинс обошла вокруг своего стола и села на стул. Она одарила меня дружелюбно-дистанцированной улыбкой и положила руки на стол.
– Итак, мисс Пенн. Что вас сегодня ко мне привело? – осведомилась она.
Кашлянув, я прочистила голос. Хотя я заранее подготовила текст, похоже, половину уже забыла. С трудом мне удалось подобрать слова.
– Я учусь в Вудсхилле на третьем семестре и не уверена относительно своего основного предмета.
Несмотря на то что мы еще много раз обсудили все с мамой, было странно рассказывать об этом постороннему человеку. Даже просто договориться о встрече в консультативном отделе стоило мне невероятных усилий и смелости. Я не сомневалась, что под мышками у меня уже образовались пятна от пота – я очень нервничала.
– Такое случается с многими студентами, – откликнулась миссис Перкинс и напечатала что-то у себя в компьютере. – Сейчас я открою ваше личное дело. В зависимости от того, сколько у вас на данный момент зачетных часов, перед вами откроются различные варианты. У вас уже есть представление, чем бы вы хотели заниматься вместо этого?
Я тяжело сглотнула:
– К сожалению, нет. Я пролистала список дисциплин и нашла некоторые, которые показались мне интересными, но не уверена, могу ли вообще на них записаться.
После изучения моего дела миссис Перкинс вновь обратилась ко мне:
– Если у вас не получается определиться со специальностью, в Вудсхиллском университете существует возможность окончательно установить направление, которое отвечает вашим академическим интересам.
– Что именно это означает? – уточнила я.
– Мы сгруппировали профильные дисциплины, в рамках которых люди часто переключаются туда-обратно, чтобы учащиеся могли попробовать разные области, если они не уверены в своем выборе.