Измена. Не люби меня (СИ)

Я встала и на слабых ногах направилась на кухню.
Там сидел Виктор и пил чай.
— Ого, ты встала? — он потрогал мой лоб, — ну, наконец, холодная. Ты чего так разболелась, мать? Кофе будешь?
Я кивнула и опустилась на стул:
— Буду кофе, но сначала просто воды. Где Настя? Дети?
— Они пошли в парк погулять.
Мне показалось, что в глазах Виктора мелькнуло виноватое выражение.
— Понятно. Я слышала ночью чей-то голос. Кто-то приходил вчера, или мне показалось? — спросила я осторожно.
— Нет вроде, — Виктор задумался, — Никита был, с Настей приходил, может ты его голос слышала?
— Может, — я попыталась собраться с мыслями.
— Ну, ничего, теперь всё будет хорошо, — Виктор радостно ущипнул меня за щёку, — ты извини, мне сейчас надо бежать, а то Димон сегодня возвращается, я заезжал за документами, надо отчёты подготовить.
— Только сегодня вернётся? — уточнила я.
— Да, самолёт прилетает в три часа дня.
Виктор чмокнул меня в нос, от него пахнуло сладкими женскими духами. Я нахмурилась и упёрлась ладонью в его грудь:
— Не лезь, иди уже, работай.
— Настя сказала, что они вернутся через пару часов, — услышала я из коридора. Дверь захлопнулась.
Я пила кофе и сосредоточенно крутила на пальце кольцо. Значит, это всё-таки был бред или сон, Дима не приходил. Но появление кольца на моей руке — реально странно. Солнечный луч попал на него, камушки засветились. Я залюбовалась. Какое оно чудесное! Может это Настин подарок? Да нет, дороговато для её доходов.
Я вернулась в комнату, нашла свой телефон и набрала номер сестры. Занято.
Сходила в душ, освежилась, умылась и причесалась.
Заканчивая приводить себя в порядок, я услышала, как щёлкнул ключ в замке.
— А я не буду кушать макароны, они скользкие, я их не люблю, — услышала я деловитый голос сына.
— Нет, Саша, макароны надо съесть, чтобы мамочка скорее выздоровела.
— Я тебе не верю, — голос сына дрожал от возмущения, — от макарон не выздоравливают. Ты специально меня заставляешь: ешь макароны, ешь омлет, ешь гречку противную. А мама всё равно болеет и болеет.
— Настя права, Сашок, — я с улыбкой вышла в прихожую, — это очень даже помогло.
Увидев меня, Настя вздрогнула от неожиданности, уронила большой бумажный пакет с продуктами, и с облегчением схватилась за сердце:
— Напугала. Очнулась, наконец?
Дети завизжали и кинулись ко мне с объятиями. Я присела на корточки, чуть не упала от их обнимашек, счастливо засмеялась и обняла обоих одновременно:
— Я тоже скучала, мои дорогие.
— Всё, отстаньте от матери, она ещё слабая, — Настя попыталась разнять нас, — быстро руки мыть, скоро обедать.
— Мамочка, ты выздоровела? Мы скучали. Ты болела, а папа куда-то пропал, — Света нежно заглядывала мне в глаза, — теперь всё будет хорошо?
— Да, дорогая, не сомневайся, — я по очереди поцеловала детей в макушки и направила в сторону ванной.
Мы с сестрой ушли на кухню, начали разбирать продукты. Вдруг Настя резко повернулась ко мне и так сильно сжала меня в объятиях, что я чуть не задохнулась.
— Не представляешь, что я пережила, пока ты болела. Так боялась.
Настя зашмыгала носом.
— Ну, что ты, сестрёнка, всё хорошо, — я растроганно погладила её по спине, — Спасибо тебе, родная моя. Если бы не ты, чтобы было с детьми. Ты — мой ангел-хранитель. Я тебе буду благодарна всю жизнь.
Настя смахнула слёзы и улыбнулась:
— Да что там… Не благодари. Лучше желание моё исполни.
Я с недоумением воззрилась на неё:
— Всё, что в моих силах.
— Я хочу уволиться из детского сада и устроиться к тебе в студию. Найдёшь мне местечко? Рисовать не умею, но может на организационную работу? Спонсор пообещал хорошие зарплаты. И к Никите поближе. Возьмёшь? Олечка, пожалуйста, пожалуйста, возьми.
Настя умоляюще сложила руки.
— Да, конечно, сестрёнка, я буду рада. Я давно хотела организовать игровую комнату, чтобы родители приводили детей не для занятий, а если нужно отлучиться, а ребёнка оставить не с кем. В штат понадобится воспитатель. Раз мы расширяемся, пришла пора это организовать, должность однозначно твоя, — решительно заявила я, — Насть, у меня есть вопрос. Сегодня ночью ты была со мной? Мне кое-что показалось…
 
Сестра немного напряглась:
— Да, я здесь ночевала. А что? Всё было, как обычно.
— Ты не знаешь, откуда у меня вот это кольцо?
Я показала свою руку.
Настя кинула взгляд на кольцо и пожала плечами:
— Нет, откуда мне знать?
Мне показалось, или Настин голос прозвучал фальшиво?
Вдруг сестра резко сменила тему и возмущённо затараторила:
— А твой-то, твой. Хорошо, что ты с ним разводишься. Отказался мне помогать, представляешь? Говорит, она меня видеть не хочет, а мне что, больше всех надо? Ты лежала неделю, он ни разу не подошёл. Да он почти и не появлялся. Даже не ночевал, — понизила она голос.
Я отмахнулась:
— Зачем ты мне это говоришь? Пусть делает что хочет, он взрослый дядя. Мы почти в разводе.
Вдруг у Насти зазвонил телефон. Она посмотрела на экран:
— Извини, Оль, это личное, я лучше там поговорю.
— Ладно, — ворчливо ответила я вслед Настиной спине, — в подоле не принеси только.
Сама достала из пакета куриные крылышки, сложила их в глубокую миску. Начала замешивать маринад. Вдруг я услышала, как Настя удивлённо охнула:
— Ничего себе! Ага, а через сколько? Поняла, сейчас всё организую.
Сестра вернулась в комнату:
— Оль, такое дело. Надо кое-какие документы оформить. Ситуация критическая. Твоё участие обязательно. Срочно!!! Через десять минут у подъезда тебя будет ждать машина.
— А попозже нельзя? Я ещё обед не приготовила. И вид у меня не очень подходящий. Исключительно деловой, — возмущённо показала я на свою пижаму.
— Всё, не обсуждается, беги, накинь что-то приличное, и в путь. Не капризничай. Дети будут со мной, накормлю, не беспокойся. Сейчас приедет такси, буквы не помню, а номер 169. Садись, он знает, куда везти.
  
Глава 40
 
Я открыла шкаф и задумалась. Раз мне предстоит подписывать бумаги, значит, надо одеться прилично. После недолгих колебаний я выбрала строгое тёмно-синее платье-футляр длиной по колено. К нему достала кремовые лодочки без каблука. Минимум косметики: корректор под глаза, чтоб убрать тёмные круги, тушь и блеск для губ.
Взяла со стола папку с документами.
Выглянула в окно. Небо затянуло тучами, поднялся ветер. Не буду переодеваться, до машины добегу.
Такси уже стояло у подъезда.
— Иди, иди, — Настя придирчиво оглядела меня, чуть пригладила волосы и зачем-то перекрестила.
Я чмокнула по очереди её и детей и отправилась на выход.
Вышла из подъезда и сразу попала под дождь. Невольно взвизгнув, накрыла волосы папкой и быстро юркнула на заднее сиденье в такси.
— Здравствуйте.
Водитель кивнул не оборачиваясь. Завёл машину, мы тронулись.
Дождь всё усиливался. Порывы ветра бросали в лобовое стекло капли воды. Окна чуть запотели. Ритмичное стаккато дождя очень удачно сливалось с тихой мелодией, звучащей из магнитолы и щёлканьем поворотников. В машине приятно пахло лавандой.
Таксист был одет в чёрную спортивную куртку с капюшоном, надвинутым почти до бровей. Он не оборачивался и молчал. Одна его рука расслабленно лежала на руле, другая время от времени переключала скорость. Его движения мне напомнили что-то, но обстановка в машине была настолько умиротворяющей, что я не хотела ни о чём думать. Я прикрыла глаза и задремала.
Не знаю, надолго ли я отключилась. Но когда пришла в себя, мы всё ещё не добрались до места. С удивлением я обнаружила, что мы выехали из города и движемся по скоростной трассе. Что происходит?
Я заволновалась:
— Скажите, пожалуйста, а куда вы меня везёте? Вы правильно поняли адрес?
Таксист не отвечал, даже не обернулся. И почему-то прибавил скорость.