Всё в ажуре

- Тогда почему вы взялись протежировать за нас перед его величеством?
- Крайтон – на редкость светлая, добрая душа. Он с детства такой. Я не могла не помочь. – став серьёзной, ответила Сиена. - И потом, моя собственная судьба… По глазам вижу, вам уже кое-что известно. И сразу хочу прояснить, - в серые очи девушки снова вернулась улыбка. - я его не убивала.
- Кого? А, мужа?
- Ну да. С тех пор, как он скончался, этим вопросом задаются все. Не вслух, конечно, не напрямую. Но они все об этом думают. А вы, кажется, нет. – она внимательно изучала мою реакцию. – От того и появилось желание рассказать. Мой супруг не был хорошим человеком, до меня он уморил трёх жён, и очень не хотелось стать четвёртой. Но я его не травила. Просто повезло, что я была не первой. Возраст и вредные привычки сделали своё дело.
Теперь уже я остановила спутницу и посмотрела на неё с выражением «Ой, ли?».
- Ну и регулярные нервные приступы, обеспеченные строптивой супругой, не желавшей становиться ни рабыней, ни покойницей. – одёрнув длинный рукав и на миг вспыхнув непрощением, добавила Сиена.
Однако, краешек уродливого шрама на руке я успела заметить. Крайтон говорил, что её муж был садистом. Вот прям таким словом. Я понимала, что она не всё договаривает, но это и не нужно. Не настолько мы были близки, чтобы делиться такими страшными, болезненными подробностями.
- Так как же вам удалось сменить гнев его величества на милость, и переломить ситуацию? – поменяла тему я.
- Шантаж. – легко призналась девушка.
- Вы… - опешила я и даже не нашлась, как сформулировать вопрос.
- Нет, не подумайте, никаких грубых форм. Видите ли, я никогда ничего не просила для себя…
- А их величество, чувствуя за собой грех, вину за покалеченную судьбу любимицы, не сумел отказать ей в просьбе за другого. – я мысленно закончила ответ за собеседницу.
- Верно. – она словно прочитала мою мысль. - Знаете, разговаривать с вами чрезвычайно приятно. Редко кто без лишних слов умеет уловить суть.
- А вы не боитесь…
- Быть такой откровенной? – спутница изогнула красивую бровь. – Нет. Во-первых, вряд ли у кого-то, кроме меня самой, получится поколебать особое отношение их величеств к Сиене Девойской.
- Однако, это палка о двух концах - внимание людей, обличённых безграничной властью.
- Хорошее замечание, правильное. Иногда лучше, чтобы о тебе и вовсе не знали.
- А во-вторых?
- Опыт дворцовой жизни научил меня разбираться в человеческих душах. А заточение замужеством – ценить хороших людей. Вы простите меня…
- За что? – я не поспевала за сменой её мыслей и не уставала удивляться. Впервые с появления на нашем пороге в интонациях герцогини скользнула тень неуверенности и какая-то совершенно сердечная теплота.
- За мою бесцеремонность. Не думаю, что вам приятно было увидеть Крайтона в обществе другой женщины. Я просто не могла там оставаться. Ни в замке мужа, ни в отчем доме, ни во дворце. Если бы не встреча с братом, уехала бы одна, куда глаза глядят. Но это было бы совсем дурно.
Ясно. Как и жестокого мужа, не смогла простить тех, кто повинен в том, что он им стал - родителей и короля.
- Буду рада принимать вас в своём доме. – искренне ответила я.
- Благодарю. – она на ходу слегка склонила голову. – А вы хорошо держались! – Сиена снова резко сменила тему и звонко рассмеялась. – Такие сюрпризы кого угодно могли выбить из колеи. А вы вон даже не дрогнули. Восхищаюсь вашей выдержкой!
Ага, не дрогнула! Ещё как взбодрилась!
- Да уж, неожиданности сегодняшнего дня просто фееричны. – согласилась с гостьей.
Смеясь и вспоминая казусы встречи, вошли в дом. Здесь царила возбуждённо-радостная суета.
Так, это всё хорошо. Просто замечательно. Но на пороге гостиной стоял Крайтон. И он ждал от меня невысказанного ответа.
- А мы вас уже совсем потеряли! – рядом с ним появился Серёга.
- Немного заболтались… по девичьи. – думая совсем о другом, не отрывая взгляда от глаз герцога… моего герцога, я кивнула ему согласием.
   
Глава 74
 
Вот так всё и случилось. Волевым решением Крайтона определилась моя судьба. Впрочем, не очень-то я и сопротивлялась.
Теперь мы действительно готовимся к свадьбе, и в этом вопросе помощь Сиены воистину неоценима. Кстати, там в ювелирке они с Кратоном выбирали подарок к нашей помолвке. Герцогиня попросила брата подсказать что-то, что мне обязательно понравится. Изящный браслет из тонких нитей белого золота с нежным жемчугом действительно оказался великолепен.
Нам её, точно говорю, Аркон послал. Бракосочетание герцогского масштаба, это вам не маленькое торжество в замковой часовне организовать.
Бр-р-р, боюсь представить, что будет. Ещё Серёга подначивает и постоянно намекает, что всё помнит и обязательно отыграется на мне за издевательства на их свадьбе с Лилькой. Свояк, называется.
А ещё все дружно веселимся по поводу того, как я старательно обустроила свою комнату, которая мне теперь не пригодится. Ну в имении баронском. На что Лиля спокойно возражает, что эта спальня будет оставаться в неприкосновенном виде, как персональная жилая площадь на случаи нашего с герцогом гостевания у родственников.
Сестра вообще как-то поменялась. Не то, чтобы прям остепенилась, но бесшабашности в ней заметно поубавилось. А всё знаете почему? Моя сестрёнка беременна. Да, да, пилюли из запасов земной аптечки она уже слопала, а местные противозачаточные изобретения на ней не сработали.
Похоже, обещанного повторного торжества – пышного дубля их бракосочетания не будет. Младшая сама решительно махнула на эту тему рукой, заявив, что ничего лучше того, что уже состоялось всё равно не получится. И вообще, она и все мы теперь в ожидании куда более значимого события – появления на свет маленького карапуза – папиной гордости, маминой радости и общего семейного счастья.
В наших деревнях всё идёт на лад. Лето закончилось, незаметно пролетела осень, природа уходит на отдых в мягкую, безморозную зиму. (Так, по крайней мере, Крайтон обещал.) Не знаю, как наш народ пережил всю эту жаркую трудовую пору, но они справились. И с урожайным бумом, и с нашими стройками.
Людям дали возможность улучшить свою жизнь, и они ею воспользовались. Пахали день и ночь, не жалея сил. А в выходные вся деревня выходила восстанавливать церковь. Скоро и там ремонт подойдёт к концу, и местные примутся за обустройство деревенского рынка, других общественных построек и улиц.
Притом, даже платы дополнительной никто не ждёт и не требует.
- Для себя ведь, матушка, ладим. – как-то пояснила мне Винефреда.
В общем, признаюсь, имелось у нас одно смутное опасение… Ну что крестьяне, в связи с внедрёнными послаблениями режима распробует вкус вольницы и попытаются, условно говоря, «присесть на шею» своим демократичным баронам. Но оно не оправдалось. Даже близко. По крайней мере, пока.