Станешь моей сейчас
- Полагаю, вы нашли пропавший образец? - спросил он.
- Какой образец? - встрепенулась Ханна.
Акин пришел к выводу, что она не утратила полностью способность к дедукции. Ее руки так сильно сжали подлокотники, что побелели костяшки. Она подалась вперед, готовая в любой момент вскочить на ноги.
Доктор Питерс шумно втянул в себя воздух и устремил на Акина долгий и полный раскаяния взгляд. Поняв, что взгляд на гостя не подействовал, он сглотнул.
- Чтобы ввести вас, мисс Микс, в курс дела, хочу сообщить, что брат шейха Акина…
- Скончавшийся наследный принц, - перебил его Акин.
- Да. Гм… Наследный принц Эйджаз был нашим пациентом. К сожалению, в марте он потерпел поражение в долгом сражении с раком. Перед началом лечения он отдал нам на хранение шесть образцов своей спермы - он надеялся, что останется в живых и женится, и решил позаботиться о том, чтобы у него была возможность произвести на свет наследника.
Почему Эйджаз выбрал нью-йоркскую клинику, оставалось загадкой. Вероятно, потому, что диагноз ему поставили именно здесь. Или из соображений удобства. Теперь же выяснилось, что клиника, прославившаяся своей великолепной репутацией, отнюдь не безупречна.
- Сочувствую вашей потере, - совершенно искренне сказала Ханна, - но я полагаю, что это печальное событие не имеет ко мне никакого отношения, - уверенно закончила она, отметая все возможные выводы.
Она снова откинулась на спинку кресла и съежилась, словно защищаясь от неизбежного.
- Недавно монаршая семья приняла трудное решение уничтожить образцы. В настоящее время признанным наследником… - доктор откашлялся, - является принц Акин.
Акин никогда не стремился взять на себя функции правителя, несмотря на неудачи отца и на полное отсутствие способностей у брата. И давно перестал переживать из-за того, что к нему относились как к «запасному». Необходимость принять на себя обязанности правителя вызывала у него лишь тоску, однако он все же начал готовиться к этому. И вот сегодняшняя встреча грозила снова задвинуть его в тень.
Ханна, хмурясь, смотрела на него так, будто видела его насквозь и понимала, какую бурю чувств он так тщательно скрывает.
- В ходе выполнения нашей задачи обнаружилось, что в банке имеется лишь пять образцов, - продолжал доктор Питерс.
Ханна перевела взгляд на него, облизнула губы и, тщательно подбирая слова, спросила:
- Вы просите меня применить упорство и настойчивость, присущие всем библиотекарям, и помочь вам найти его?
- Прошу вас, мисс Микс, давайте перестанем шутить. Дело крайне важное. - Доктор с ужасом покосился на Акина. - У нас есть образец крови, что вы сдали в прошлом месяце для нашей исследовательской базы данных. Мы использовали его для анализа ДНК, и он подтвердил, что образец принца Эйджаза был использован для того, чтобы произвести вам искусственное оплодотворение. Я очень сожалею.
Хотя Акин ожидал именно этого, он все же чертыхнулся. Ругательные слова громко и отчетливо разнеслись по маленькому кабинету. Однако он не извинился. Его мозг принялся анализировать различные варианты развития событий и строить планы, нацеленные на защиту флангов.
Ханна лишь недоверчиво фыркнула:
- Вы сожалеете? О чем? Раньше я не знала имя донора, а теперь знаю. Это будет полезно, если в будущем возникнут проблемы со здоровьем. Только ничего не изменилось. У меня есть ребенок, которого я хотела, и я совсем об этом не сожалею.
Акин не мог не восхититься ее напускной храбростью. По тому, как дрожал ее голос, он догадался о том, что она ни в чем не уверена, что она отлично понимает: реальность бесповоротно изменилась. Однако она делала вид, будто у нее все еще есть какой-то выбор. Будто она остается независимой.
- Когда вы должны родить? - спросил он.
Она вздрогнула. Он сообразил, что говорит с ней тоном, каким обычно отдавал приказы молодым солдатам. Ни один из его подчиненных не рискнул бы отказать ему в ответе, она же упрямо выпятила подбородок и сжала губы, словно нежелание отвечать на его вопрос могло помочь ей оставить ребенка при ней.
- Через шесть недель, - ответил доктор Питерс, заглянув в лежащую перед ним карту. - Двадцать девятого декабря. Пол ребенка… мужской. Мои поздравления. - Он улыбнулся Ханне. - Беременность протекает нормально.
- Чем вы тут занимаетесь, черт побери! Я же ваш пациент! - возмутилась она. - Я его не знаю. - Она указала на Акина. - Я не давала вам разрешения сообщать ему конфиденциальную информацию обо мне. Я даже не хотела знать пол ребенка. Вы что, полностью отказались от профессиональной этики и решили перевоплотиться в клоуна?
Точно подмечено, одобрительно подумал Акин. Ведь врач действительно ведет себя, как клоун.
Тем временем доктор Питерс продолжил:
- Мы понимаем, как это печально для вас, и берем на себя всю ответственность. Наши юристы уже уведомлены и возьмут на себя труд выработать справедливое соглашение для вас двоих.
- Как это по-американски, - саркастически заметил Акин. - Бросить юристов и деньги на то, чтобы избавиться от проблемы.
Клиника лишь выплатит более высокую страховую премию за халатность, но ее репутация не пострадает. Она только выиграет. Женщины выстроятся в очередь в надежде на шанс забеременеть от монаршей спермы. Что бы ни случилось с семьей Акина, вся эта история приведет к тому, что благосостояние и так небедных хозяев клиники вырастет, а никакой существенной компенсации никто не получит.
Им же с Ханной придется всю жизнь расхлебывать последствия.
- И все же я хочу знать, как это произошло? - спросил Акин.
- Сотрудников клиники начал косить грипп. Заболели и врач Ханны, и многие ключевые сотрудники. Дело в том, что мы предпочитаем не просить женщину подождать, если она уже подготовилась к процедуре. У нас очень плотный график, поэтому мы привлекли интерна…
- Все ясно, - оборвал его Акин, которому надоело слушать историю о полнейшей некомпетентности персонала клиники.
- Не знаю, будут урегулированы претензии или нет, но я не намереваюсь сдавать очередные образцы. - Ханна положила дрожащую руку на живот. - Так что никаких вопросов нет: этот ребенок мой.
Умно. Честное слово.
- Ей безопасно путешествовать? - спросил Акин.
- Если будут приняты соответствующие меры предосторожности. - Доктор платком вытер бусины пота со лба и робко посмотрел на Ханну: - Медсестра ждет, чтобы проводить вас.
- Куда? - Ханна ущипнула себя за руку. - Я бодрствую? Или я поскользнулась и впала в кому?
- Ханна, семейство Шарраф - очень состоятельное и могущественное. Я рекомендую вам сотрудничать… - начал доктор, но она перебила его.
- Нет, - отрезала она и встала, хоть и с трудом. - Мне плевать, что там накосячил ваш интерн и сколько денег у семьи вашего почившего пациента. Это мой ребенок. Не ваш, поэтому вы не имеете права его кому-то передавать. И не его. Я еду домой. Я выпью ромашкового чая и лягу спать. А когда проснусь, выяснится, что все это мне приснилось.