Надежда рода
– Ого! Как интересно, – усмехнулась, не ожидая такого подарка судьбы.
На этот бал мы собирались, как на войну, готовились к разным неожиданностям и компрометирующим ситуациям. Но, такое! Алим посоветовал прихватить с собой записывающие кристаллы, чтобы в случае спорных моментов, можно было с легкостью доказать собственную правоту. Крупные сапфиры в ушках Лизы, кулон с голубым топазом на моей шее – это артефакты, фиксирующие каждое мгновение с той минуты, как мы высадились из паромобиля. С таким компроматом помощник душу вытрясет из княжеского отпрыска.
– И какую же судьбу вы уготовили малолетней сиротке, прибывшей просить защиты у князя? Чем не угодил отставной офицер, проливавший кровь за отечество, что вы решили опорочить его невесту?
– Ни слова больше! – раздался позади надменный голос молодого наследника. – Приношу свои извинения, Ваша Светлость, невинная шутка зашла слишком далеко.
– Клим Григорьевич Демидов, полагаю? – развернулась, рассматривая молодого человека. – Мы не представлены.
Во внешности княжича просматривались татарские черты, доставшиеся ему от матери. Это ярко выраженные скулы, жгучие черные волосы и складочки над верхними веками узких карих глаз. Нос прямой с едва заметной горбинкой, губы слегка полноваты, сейчас алели следами укусов. Видно, долго сдерживался, чтобы не обнаружить себя. Телосложение худощавое, парадный фрак сидел безупречно. При других обстоятельствах я бы назвала этого мужчину привлекательным, но в данный момент он вызывал только отвращение и брезгливость.
И это глава рода? Будущий владетель этих земель?
– Опустим формальности, раз уж вы и так знаете, кто я. Ваше имя мне также известно. Графиня Нина Николаевна Толпеева, если не ошибаюсь? И… – уставился на дверной проем, где статуей застыла невеста брата, огромными глазами наблюдая за разыгравшимся представлением. – Елизавета Гавриловна Урядова, мещанка.
Я уже говорила, что Лизка у нас красавица? Она и в простеньком платье притягивала взгляды, а уж в невестах и вовсе расцвела, сражая мужчин наповал. Княжич слюной исходил и смотрел на девушку так, что не оставалось сомнений, как сильно он хотел ее заполучить. Вот уж пришла беда, откуда не ждали!
– Князь, вы полагаете невинной шуткой – опорочить девицу накануне свадьбы? – вернула молодого человека с небес на землю.
– Что вы? Ни в коем случае! Случайно увидев Елизавету Гавриловну, я захотел познакомиться поближе. Сомневаюсь, что удалось бы перекинуться с ней хоть парой слов в присутствии жениха, поэтому решился на отчаянный шаг. Но это под влиянием чувств, а не из недобрых побуждений. Мы бы просто поговорили, выпили по бокалу вина, э… – осекся, сообразив, какими жалкими выглядят оправдания. Подобные беседы ведутся в гостиных, а не в альковах для утех.
– Неужели, для общения вам не хватает, эмм… – покосилась на кровать, которая никак не вписывалась в это его «просто поговорили», – свободных боярышень?
– Я… – князь заискивающе улыбнулся, – виноват. Прошу прощения за этот отчаянный порыв. В качестве извинений готов содействовать в положительном решении вашего вопроса. А также тех вопросов, что возникнут в будущем. Я предлагаю вам дружбу, Нина Николаевна, – протянул руку в явном намерении поскорее закрепить мир и задурить мне голову.
Определенно, молодой человек пользовался успехом у противоположного пола. Жаль, обаятельный подлец знал о собственной привлекательности и беззастенчиво этим пользовался. Я ведь чуть не согласилась, но в этот момент появилось еще одно действующее лицо. Примчался лакей в парадной униформе, своим нетерпеливым видом показывая, что принес важные новости. Наверно, подал хозяину какой-то тайный знак, потому что Клим убрал руку, которую я так и не пожала, и поспешил к своему человеку.
– Прошу отнестись с пониманием, – обратился ко мне, досадливо закусив нижнюю губу. – Случилось что-то серьезное, иначе слуга не осмелился бы прервать наш разговор.
Стремительным шагом князь вышел из комнаты. При этом он неизбежно столкнулся бы с Лизой, но вместо этого напоролся на невидимую стену щита. А девушка от испуга сама шарахнулась в сторону. Княжич зыркнул на меня испепеляющим взглядом, на что я только вопросительно вскинула бровь.
Я здесь при чем? – демонстративно скрестила руки на груди и отвернулась. Как раз сплела воздушное плетение «слуха» и запустила вслед молодому человеку. – Интересно же, что за новости принес подхалим!
– Скандал, – скороговоркой заговорил лакей, – Гладьев требует племянницу и невесту. Мы делаем вид, что ищем. Но кто-то видел, как они ушли с порученцем. Среди гостей волнения. Сначала граф пропал, теперь его внучка, да еще в княжеском дворце. Боюсь, новости достигли вашего отца. Его люди скоро прибудут сюда. Нужно уходить. Может, уберем тут по-тихому? Десяток преданных дружинников уже перекрыли все выходы.
– По-тихому уже не получится, – Демидов скривился, – графиня – магичка. Веньку на раз просчитала, устроила допрос с пристрастием и без колебаний пришпилила к стене, как бабочку. Позже примем меры, чтобы я его больше не видел! Уверен, девчонка и до пыток дошла бы, не вмешайся я вовремя. Ладно, тяни время, буду договариваться. А бойцам скажи, пусть не высовываются. Проклятье, как же не вовремя!
Далее Клим отдал еще распоряжения, касающиеся обустройства бала, а я подошла к Веньке, затихшему у стены. Он обрадовался поначалу, что хозяин появился, пыжился, раздулся от важности. Но как надулся, так и сдулся, когда князь предложил мне дружбу. Я ведь вправе потребовать компенсацию за нанесенное оскорбление, в том числе и жизнь этого парня.
– Только что твой любимый хозяин приказал от тебя избавиться, – доверительно шепнула на ушко Веньке.
– Врешь! Не проведешь! – прошипел с презрением. – А-а-а! – пронзительно завопил, когда я рывком выдернула нож из его раны.
– Мне плевать на тебя, – пожала плечами, вытирая кровь с ножа салфетками, прихваченными со стола. Парочку протянула парню, чтобы закрыл сквозную рану, из которой хлестала кровь. – Выходы отсюда перекрыты дружинниками. Ты не проживешь и минуты, как только мы покинем это место. Или…
– Или что? – процедил бедолага, морщась от боли. Дураком он не был, прекрасно понимал, что его выставят крайним.
– Или я потребую твою жизнь себе! Я и так ее потребую, – покрутила нож в руках, посмотрела лезвие на свет, чисто ли вытерла, не осталось ли пятен. – Дяде отдам. Он ведь захочет на ком-то выплеснуть пар? Или не отдам, если клятву на крови дашь. Шакал ты поганый, шакалом и будешь служить.
– Ваша светлость? – на пороге возник князь.
Заметив нож в моих руках, побледнел. Наверняка, видел, как я без колебаний пустила его в дело.
– Ваше сиятельство? – отзеркалила фразу, старательно маскируя за вежливостью отвращение. – Меня устроит положительное решение по обоим вопросам, пять тысяч золотом и жизнь этого червяка, – взглядом указала на Веньку, чем немало огорошила молодого человека.
– Э… чеки принимаете?