Волчья ягода

Дорога лишила того драйва, что блуждал по телу, чувствительно задевая нервные окончания, напряжённая тишина салона наглухо прибила волны активной импровизации. Да и упущенное время больно ударило по желанию. Оно больше не было предельно острым, оно не казалось спасительным и единственно верным.
Мира сделала ещё несколько шагов, теряя последние нити связи с безумством, что охватывало её в допустимой близости от Ромки, и осмотрелась по сторонам. Она редко бывала здесь, в его берлоге. Не имела права прикасаться к личным вещам, под запретом были его увлечения, интересы. Мира смело приблизилась к постели и сдёрнула с матраца шёлковое покрывало. Бельё было свежим, а на прикроватной тумбочке лежал деловой журнал трёхлетней давности. Точно как за несколько дней до её ухода. Мира вскинула взгляд, но Рома не торопился открываться ей навстречу, просто передёрнул плечами.
– Не смог находиться здесь без тебя, – чуть надменно бросил он и грустно улыбнулся. – Дом опустел. Давили стены, душила пустота, сводило с ума одиночество. Без тебя здесь не хотелось дышать. Странно, да?
– Мне, наверно, лучше принять душ? – не желая развивать тему, что до сих пор приносила боль, Мира шагнула в сторону его ванной комнаты.
Рома подталкивал её вперёд насмешливым взглядом. Поторапливал сбившимся дыханием. Но, оказавшись среди белых стен и резкого, излишне холодного света, она вдруг почувствовала сомнение. Ситуация приобрела излишнюю реалистичность. Взглянув на себя в зеркало, Мира вдруг ужаснулась. Лицо показалось худым и бледным, а макияж вызывающим, кричащим. Она выдавила на ладонь немного мыла и старательно растёрла глаза и щёки. Это показалось недостаточным, и Мира торопливо стянула узкое платье, бельё, чулки. Она бурно дышала и не была готова чётко ответить, что чувствует. Остатки алкогольного дурмана развеялись под прохладными струями воды. На смену эйфории пришли понятные опасения. Чего там она успела себе надумать, а что ждёт в реальности?
Завернувшись в широкое полотенце, она зависла возле умывальника, и чтобы как-то оправдать своё отсутствие, включила воду на полную мощность. Вода успокаивала и дарила такую необходимую сейчас уверенность. Она так и сидела на бортике ванной, пока не раздался стук в дверь. Мира спохватилась, вскочила с места, зацепившись петелькой полотенца за кран.
– Я сейчас! Уже почти закончила! – нервно выкрикнула она в сторону комнаты, но раздался мягкий смех и надобность в спешке отпала.
Оглянувшись, Мира поняла, что Рома стоит по эту сторону двери. И стоит, скорее всего, давно. Она вздохнула и забыла, что нужно выдохнуть.
– Серьёзно? – заинтриговано уточнил он и склонил голову набок, оценивая виды. – Уже заканчиваешь? – Рома тоном продемонстрировал рвущуюся досаду, пальцами попутно расстёгивал пуговицы рубашки. – А я только собрался присоединиться… – прошептал он и уверенно двинулся в сторону Миры.
– Это, наверно, не очень удобно…
– Не знаю, наверно… – улыбнулся мужчина той нерешительности, с которой Мира сделала это заявление. – Но чертовски сильно хочется попробовать, – в удовольствии облизнулся Рома и оттеснил Миру к душевой. – Ванну оставим на потом, как считаешь? – уточнил он, когда девушка уже упиралась ладошками в его голую грудь.
– Ты в одежде, – напомнила она, и Новак азартно облизнулся, склонился, чтобы коснуться губами её щеки.
– Не хотел тебя смущать, но если ты настаиваешь…
Договаривать Новак не стал, просто вжал Миру в выложенную кафелем стену и направил на неё мягкий поток воды. Пользуясь замешательством, стянул с себя промокшие джинсы вместе с бельём и прижал Миру снова. Сейчас их разделяло только насквозь мокрое полотенце. Первый поцелуй вышел каким-то смазанным – она заметно нервничала. Рома придержал её подбородок пальцами и прошептал в губы.
– Я всё сделаю, чтобы тебе понравилось, – пообещал Новак и выждал время, чтобы до Миры дошло, чтобы она согласно кивнула, чтобы прекратила отталкивать и глупо трястись.
По всему выходило, что девчонка ему поверила. Или заставила себя поверить. Дальше пошло проще. Она даже разрешила стянуть с тела полотенце и вполне смело повела ладонями по его плечам. Размазывала по ним густую пену, ласкала осторожными пальчиками, настраивала себя под новый ритм, под новую реальность, в которой было тепло, влажно, и до невозможного хорошо.
Поцелуи оставляли на её коже запах сигаретного дыма и сладкой мяты. Видимо, ожидая, пока Мира решится, Новак успел выкурить не одну сигарету. Прикосновения к её телу становились всё смелее, движения всё агрессивнее. Мужские ладони давно изучили её грудь, живот, бёдра. Язык спускался от шеи ниже. Новак выгибался, уничтожая разницу в росте. Он прижимался, позволяя понять, осознать степень серьёзности намерений. И потому с явным неудовольствием выпустил Миру из-под душа, но ладошку сразу не освободил.
– Дай мне две минуты, – проговорил он, не обращая внимания на воду, что безжалостно била в лицо.
Мира ответила не сразу, прежде она бросила короткий взгляд вниз, на его пах.
– Мы ведь с тобой договорились?! – с ощутимым давлением напомнил Рома, и она царапнула его ладонь, требуя свободы.
– Договорились. Мне понравится, – порывисто, со свистом выдавила она из себя нужные слова.
Выждав ещё одно бесконечно долгое мгновение, Рома всё же ослабил хватку и лёгкое движение, с которым тонкие пальчики соскользнули с его руки, острым лезвием резануло по нервам.
Новак вошёл в комнату и увидел Миру на постели. Без полотенца. Она не стеснялась своего тела. Не стеснялась и желания, была в нём эгоистична. И единственное, что останавливало – это упрямое следование каким-то там законам морали. Мира переступила бы через любые законы. Прежде Рома считал, что это как отголоски юношеского максимализма, теперь знал наверняка – это был характер.
Она не пожелала принять какую-то жутко эротичную позу, не прикрыла грудь или задницу краем покрывала, пробуждая фантазию. Фантазий в их случае было предостаточно. Мира сидела, по-турецки скрестив ноги. Длинные, чуть влажные волосы мягкой волной стекали по плечам вниз. За те две минуты, что Новак взял, чтобы привести себя в порядок, она явно приняла какое-то важное решение, и это решение жирной печатью отображалось в её глазах. Глаза, к слову, блестели каким-то опасным огнём, но его не хотелось погасить. В него хотелось окунуться и, возможно, сгореть заживо. Мира того стоила.
Рома подошёл к постели и протянул руку к её лицу. Мира и не подумала отозваться, весьма своевольно вздёрнула подбородок. Причём… в обратную от его руки сторону.
– Разве мне не положена компенсация? – вздохнула она, выдавая напряжение. Рома сыграл идеальное удивление. Хочет говорить – пусть говорит.
– За что это?
– За долгие годы ожидания, – дерзко заявила Мира и оттолкнула его ладонь вовсе.
– Допустим. Почти убедила. Продолжай, – улыбнулся Новак. Он был приятно удивлён.
Вряд ли его могли бы разочаровать забитые взгляды или её дрожащие бёдра, но так было куда интереснее. Так было по-настоящему.