Академия Хозяйственной Магии. Фиалка для ректора

При ближайшем рассмотрении ураган оказался черной овчаркой с длиннющей прямой шерстью, пушистым хвостом и треугольными стоячими ушами. Не обращая внимания на ворчание Ядвиги, Сумрак еще раз попытался свалить меня с ног. И только удовлетворив свое желание, обнюхал и милостиво пропустил на высокое крыльцо добротного деревянного дома, потеряв ко мне всякий интерес.
 
Вот тут и пришел мой черед удивиться по-настоящему и поверить в сказку.
После урбанистических городских пейзажей, к которым я привыкла, это было поразительно! Вокруг простиралась зеленая равнина с такой яркой и сочной травой, будто ее только что покрасили краской. Горячее полуденное солнце сияло высоко в огромном голубом небе, по которому ветер, как пастух, лениво гнал белые барашки-облака. С одной стороны виднелось огромное поле ромашек с протекающей вдоль него речушкой. За ней темной стеной возвышался еловый лес.
С другой стороны были разбросаны разнообразные постройки, такие же красивые и добротные, что и дом за моей спиной – кирпичные и деревянные, резные-расписные. Одно строение резко выделялось на фоне остальных своими размерами.
Это был огромный, фантастический белокаменный дворец, декорированный резьбой из гладкотесанного белого камня. Фасады украшали фигуры различных животных, маски, искусно вырезанные цветы и орнаменты, а ярко-зеленые крыши башенок красиво сочетались с белыми стенами, множеством открытых и закрытых переходов и галерей.
Я прикинула высоту самой главной башни – примерно с семиэтажный дом. В общем, далеко не Москва-сити, и все-таки....
– Когда-то Академия Хозяйственной Магии из дерева была сложена. Из бревнышек, да без единого гвоздика, – тоном экскурсовода сообщила Ядвига, бодро семенящая по тропиночке, но не к главному терему, а куда-то вбок. – Это до того еще, как я сюда прибыла. А потом пожар тут был, и весь терем сгорел начисто. Хорошо хоть, не погиб никто. После того случая Влас из камня ее отстроил – так оно надежнее будет.
Я слушала, но вполуха. Жаркое солнце припекало макушку сквозь капюшон уже порядком надоевшего мне кигуруми. С непривычки от свежего воздуха, напоенного ароматами разнообразных трав, кружилась голова.
– А что, у вас-то в мире все эдак ходят, как страхолюды какие? – спросила старушка, на протяжении всего пути с интересом косящаяся в мою сторону. – Обычай, что ль, такой? Или это саван предсмертный? Тебя, может, Горынычу на съеденье отдать хотели, а ты к нам в королевство от него сиганула? Вообще-то для савана расцветка уж больно аляповатая, но, с другой стороны, когда тело человечье разлагаться-то начинает, ему все эти краски присущи. Так, что, может, оно и правильно это.
Такие темы у меня вызывали оторопь, поэтому я принялась просвещать Ядвигу на предмет современной моды своего мира. И о том, что кигуруми – это еще не самое страшное, что может быть в жизни. Старушка охала и припомнила какого-то семихвостого, который непременно заберет тех, кто носит леопардовые лосины, бельевые топы и короткие шорты, невзирая на их пол, расу и вероисповедание.
Я было взялась рассказывать Ядвиге про силикон, филлеры и инъекции гиалуроновой кислоты, но не успела. За очередным поворотом извилистой тропинки показалось кое-что очень интересное.
Это был большой коротко подстриженный газон, на котором были в определенном порядке расставлены разные фигурки, собранные из маленьких деревянных цилиндриков. Те, что находились поближе, были попроще – цилиндрик на цилиндрике и всякое такое. Но чем дальше, тем фигуры становились причудливей и сложнее, и состояли уже не из двух-трех, а из двадцати-тридцати элементов.
В самом начале газона можно было увидеть большую группа людей. Скорее даже две группы, и они разительно отличались друг от друга.
В первой все были разноцветные и русско-народные. Лысый мужчина в косоворотке и зеленом комбинезоне, расшитом узорами. Румяный пухлощекий парень, тоже в косоворотке и синих портках. И миловидная девушка в простом красном сарафане с рыжими волосами оттенка бешеной морковки, заплетенными в две косы. Выглядела она достаточно экзотично: на шее висела репа, в ушах болтались сережки с подвешенными к ним зубчиками чеснока, а на голову была водружена широкополая соломенная шляпа с прикрепленной к ней огромной пчелой.
Надеюсь, это был лишь муляж, а не чучело. Ибо, если у них, в этом мире водятся пчелы таких размеров, то я, пожалуй, пойду…
Вторая группа отличалась от первой, как небо и земля. Красивая девушка с абсолютно черными волосами ниже бедер и выразительными миндалевидными глазами, а рядом – огромный короткостриженный амбал и низкорослый рыжий паренек в веснушках. Возглавлял эту группу высокий и очень худой мужчина с собранными в хвост белыми волосами и таким выражением лица, точно объелся лимона. Представители второй группы были в стильной темно-синей форме с эмблемой на левом плече: фуражка, окруженная серебристыми звездами.
Все за исключением мужчин, и парни и девушки, держали в руках по деревянной палке. Каждая была раскрашена по-разному. Кто-то махал ей в разные стороны, кто-то повесил на плечо, или стоял, опираясь на нее, как на трость.
Невозможно было не обратить внимания, с каким превосходством и презрением представители второй группы «темно-синих» смотрят на первых «разноцветных».
Намечалось что-то интересное. Драка, что ли?
– Ядвига Карповна, наконец-то! – закричал при виде нас лысый дядечка в зеленом комбинезоне. – Чучелко мне доставили для занятий по защите от нежити? Добро-добро… Только я что-то не пойму, что это за вид нежити такой? Шишига, что ли?
– То не шишига, Митрофан Игнатьевич, а наша новая студентка, Феврония Астахова, – церемонно представила меня Ядвига.
Тут уж на меня посмотрел не только Митрофан, но и все, вообще все без исключения. Сдвинув капюшон на затылок, я улыбнулась и помахала.
– Вот команда лузеров и в полном составе, – сдавленно хихикнул рыжий, и темно-синие обменялись понимающими ухмылками.
– Не возьму! – едва посмотрев мне в лицо, гаркнул Митрофанушка. – Ни в команду не возьму, ни в группу свою. Пусть идет с миром куда подальше!
– А в команде-то у тебя недобор, милок, – хмыкнула старушка. – Как раз одного игрока-то и не хватает.
– Справимся и так! У меня не команда, а орлы! Драконы! – гордо сообщил дядя в зеленом комбезе.
Данное заявление было встречено дружным хохотом со стороны «темно-синих», а на тонких губах платинового блондина зазмеилась усмешка.
– Как наш свет очей ясных ректор Влас скажет, Митрофанушка, так оно и будет. Велит принять ее в свою группу али команду – примешь, как миленький, – понизив голос, предрекла Ядвига, и мы продолжили свой путь.
Но далеко отойти не успели – за спиной раздался ор Митрофана:
– Милавица! Да кто ж так кидает? Вот так держишь биту, вот так замахиваешься, вот так кидаешь! Не попала! С трех шагов, и не попала. Не так, все не так, горюшко ты луковое! Ну, расскажу я сестрице твоей старшей Милице про успехи твои знатные! Она-то лучшей студенткой у меня в группе была! А ты?