Мачеха

— Божечки! — Ксюша гневно смотрит на Марка. — Хоть кто-то в семье Ждановых сознательный. И что же ты будешь делать с этим мальчик? Со своими дурацкими сожалениями? Будто они так сильно нужны сейчас Вере!
— Я не мальчик, — Марк хмурится и взъерошив себе волосы тяжело вздыхает перед тем, как заговорить: — И я знаю, что Вере мои сожаления ни к чему. И я не сожалею. Ни о том, что было в отпуске. Ни о том, что отец решил развестись с ней. Если бы он не сделал это… мне было бы гораздо сложнее сказать… Я люблю тебя Вера.
— А? — Ксюша удивленно воскликнула и тут же прикрыла рот руками. — Вот это поворот.
Она поворачивается и смотрит на меня, а я даже пошевелится не могу. Его слова стучат у меня в ушах и безумно пугают. Что он сказал? Зачем? Как теперь я должна… Я даже не знаю, что мне надо делать! Я умоляюще смотрю на Ксюшу, надеясь что она мне поможет. Но что может сделать моя подруга, когда даже я не понимаю как мне поступить?
— Я знаю, что мои слова сейчас сбивают тебя с толку. Знаю, что вряд ли хотела бы услышать именно их. Знаю, что тебе тяжело и больно. Прости Вера. Прости и меня и отца. Он поступил с тобой несправедливо и не правильно. Он и сам сожалеет о своем поступке и обмане.
— Да ладно сожалеет?! — Ксюша не может смолчать. Она так зла на Лешу, что порывалась сама с ним поговорить и выцарапать ему глаза. Мне удалось ее успокоить, но думаю если бы она встретила его то точно врезала бы. — Твой тупой папаша умеет чувствовать что ли? Вот не знала! По морде ему давно не заезжали. Глядишь умнее был бы!
— … — Марк не обращает внимания на слова разгневанной Ксюши. Он молча смотрит на меня. Ждет, когда я скажу хоть слово. Но мне на ум ничего не приходит. Я до сих пор не могу отойти от его слов. Любит? Меня? Это еще какая-то попытка сделать мне больнее, чем уже есть?
— Хочешь я ему по яйцам заеду? — спрашивает Ксюша, заметив что я молчу. Я качаю головой. Все же Марк ничего мне не сделал. Наоборот я даже использовала его для своей глупой мести, от которой и толку-то не было. Только себе больнее сделала.
Не надо стоять здесь. Я должна оставить все в прошлом и двигаться дальше. Хотя как же мне хочется поддаться искушению… поверить словам Марка… просто обнять его и почувствовать себя сильной и живой. Но что если я сделаю это и меня вновь ранят? К тому же у Марка ведь есть Даша. Что он будет делать с ней?
— Марк, тебе лучше уйти, — я отвечаю твердо, надеясь, что он поймет и мы просто разойдемся. — Я рада, что с твоим отцом все в порядке, но твои чувства я не приму. Ты разве не понял. Все что между нами было это лишь моя маленькая месть твоему отцу. Я не люблю тебя.
В конце мои слова звучат резко. А в уголках глаз собираются слезы. Почему я говорю ему гадости и неправду, а плохо мне?
— Не плачь, — Марк словно вообще меня не услышал. Он подошел ближе, оттеснив Ксюшу, которая с любопытством наблюдает за нами и совсем не против подобного нахальства. Положив руку мне на щеку, он смахивает слезу застывшую на кончиках ресниц. — Я не хочу, чтобы ты плакала из-за меня или из-за отца. Если ты хочешь мстить, я согласен. Если ты хочешь ударить. Бей. Если ты хочешь, чтобы мы исчезли. Мы исчезнем. Только не плачь.
Я удивленно смотрю на успокаивающего меня мужчину. Как ему удается вселить в мое сердце надежду? Почему я отчаянно желаю ему верить?
— Вера, ты заняла все мои мысли, лишила меня покоя и здравого смысла. Но я не хочу быть причиной твоих слез.
— А как же Даша? — хоть его слова и тронули меня, но я не собираюсь просто взять и сдаться.
— Даша мой друг, — уверенно отвечает Марк. — У нас взаимовыгодное сотрудничество. Она помогает мне, я помогаю ей.
— Другом она совсем не выглядит, — он реально думает, что я поверю в это? Они же полтора года встречаются. Живут вместе. Они… я смотрю на Марка и замираю. Они появлялись вдвоем только на тех ужинах, на которых Леша требовал их присутствовать вдвоем. Но чаще всего Марк приходил один, ссылаясь на занятость Даши. Она либо училась, либо работала.
— Мы живем вместе это правда, но ты же видела мою квартиру. Она огромная. И полтора года назад я действительно пытался с ней встречаться, но мы быстро поняли, что это ни к чему не приведет, поэтому у нас остались лишь взаимовыгодные условия. Даше негде жить, она не местная. Да и стипендия у нее была маленькая.
Марк объясняется и это выглядит логично.
— А я держался за нее, прятался за ее спиной, чтобы не натворить глупостей. Потому что ты занимала все мои мысли. И делаешь это до сих пор.
Он склоняет голову и касается лбом, моего лба.
— Я уже не могу с этим бороться. И не хочу. Я хочу быть рядом с тобой. Всегда.
От его прикосновения меня пробирает дрожь. Тепло медленной волной поднимается по всему телу. Слушая его, я абсолютно забыла о том, что происходит вокруг нас. Забыла о холоде, об улице забитой машинами. О Ксюше, стоящей неподалеку. О других любях, которых огибают нас и подозрительно косятся.
— У тебя такие красивые глаза, — шепчет он мне. — Пожалуйста будь со мной.
— Я старше тебя, — срывающимся голосом шепчу в ответ.
— Это не важно.
— Я жена твоего отца, — у меня еще много возражений в запасе.
— Совсем скоро перестанешь ею быть, — а у Марка столько же ответов, чтобы успокоить меня.
— Что подумают люди? — да меня беспокоит мнение окружающих. Что скажут друзья, родные если узнают о наших отношениях.
— Мне все равно что они подумают, это не их дело, — горячие губы Марка касаются моего виска, из горла тут же вырывается свистящий стон.
— Но мне не все равно, — протестую, хотя и вяло.
— Тогда бросим здесь все и уедем. Хочешь на море, хочешь в столицу. Хочешь на край света.
Я вздыхаю. У него на все есть ответ. А я так хочу ему верить.
— Но у нас здесь работа…
— К черту работу! Я бы на твоем месте уже согласилась, — подает голос Ксюша. Я обиженно зыркаю на нее, а она лишь пожимает плечами. Как она может… Но Марк тут же переключает мое внимание на него. Обхватывает мое лицо ладонями и заставляет посмотреть на него.
— Не важно, где мы будем. И кто будет рядом с нами. Если мы вместе.
На секунду я закрываю глаза, чтобы представить это и Марк воспользовавшись этим, целует мои губы. Даже если бы я сильно хотела отказаться. Я не могу. Я очень хочу быть рядом с ним.
Потому что он неведомым образом стал той частью жизнь, что мне так не хватает.
    
Эпилог
— Мышка! Ты самая лучшая!!! — восхищенный крик Макса едва ли перекрывает визг толпы, которая скандирует имя девушки, стоящей на сцене. Но его это не волнует. Он поднимает руки вверх и хлопает в такт песне, исполняемой его возлюбленной.
— Потеряли пацана, — качает головой Дэн, глядя на лучшего друга. — И че теперь с ним делать? Он же своими слюнями, нам всю малину испортит.