Притворись нашей мамой. Дочери (СИ)
Вид любимой дурманит мне голову.
Нервы дрожат от напряжения.
Дышу загнано и хрипло.
Яркая, страстная, смелая, чувственная, эмоциональная. Главное, моя.
– Я ожидал, что ты наденешь белое платье, – целую женщину в мочку ушка, в котором по-прежнему качаются бриллианты, подаренные Назаром ей на свадьбу.
– Белое – подвенечное? – удивляется. – Мы же пока не женимся…
Невольно Лейла затронула больную для нас тему.
– Прости, – просит тут же прощения, глядя в мои потухшие глаза.
Иногда мне кажется, что прошлое так и будет преследовать нас, терзать своими когтистыми лапами.
Тут же меняю тему, чтобы не портить любимой настроение.
– Ты в этом цвете – женщина – вамп. Роковая красавица! Диковинка с горячей кровью!
– Да, – притягиваю девушку к себе, целую в алые губы.
– Почему ты меня любишь? – неожиданно интересуется у меня.
– Странный вопрос! Люблю за то, что ты – это ты, – ляпаю первое, что приходит на ум.
– Так не пойдем, – смеется, заливается нежно смехом, как соловей.
Чешу лоб, делаю вид, что долго думаю.
– Ну! – игриво куксит губки, делает вид, что обиделась.
– Ладно, слушай! Ты – активная, твердая в своих убеждениях, можешь всего добиться, ты следуешь за сердцем, а не за выгодой. А еще я просто люблю вас обеих, – чмокаю своих девочек по очереди в щеки.
Лиля, сидящая в детском стульчике, радостно визжит.
После одурманивающего царского ужина любимая укладывает дочь спать, возвращается ко мне на диван.
Я жду десерт…
– Умница, – тяжело сглотнув, склоняюсь ниже, тяну ее на себя, нежно разворачиваю.
Молния платья сдается с одного рывка.
Перехватываю девушку поперек ребер, несу в кровать.
Страстно сливаемся в одно целое…
Прислушиваюсь к агонии, в которой замерла Лейла. Ее губы дрожат в немом крике.
Не думал, что женская душа может вить из меня веревки. Но так случилось. Будто она – ствол, а я – лиана.
В дверь звонят.
– Кого-то ждешь? – Лейла удивленно хлопает глазами.
– Нет.
В комнате виснет тягостное молчание.
Звонит мобильный моей женщины.
– Это Назар… – она в ужасе смотрит в монитор.
– Ответь, – принимаю решение за нас двоих.
– Назар, – нервно выдыхает Лейла в трубку.
– Откройте дверь, я вас нашел!
В ужасе глядим друг на друга. Не ожидали, что именно сегодня в наш праздник… в годовщину нашей разлуки, муж Лейлы и мой родной брат по совместительству ворвется в нашу жизнь снова.
Глава 25
Прошлое
Амир
– Ну, здравствуй, брат! – огромная фигура Назара надвигается на меня.
– Здравствуй, если не шутишь, – упрямо гляжу в темные глаза родного чужого человека.
Еще год назад я думал, что мы больше никогда не встретимся, никогда не поговорим по душам.
Но судьба решила по-другому.
Старший брат входит в квартиру, сбрасывает обувь у дверей. Глядит сквозь меня и стену в комнату.
– Где они?
– На кухне. Может, поговорим без них?
Так-то я к родной жене приехал и к дочери! – нагло заглядывает мне в глаза. Давит на меня как раньше.
Но я теперь другой, не прячусь. Встречаю с боевой готовностью.
Слышу за спиной топот ног. Лейла нервничает, бегает в панике по кухне.
Спорить с братом бесполезно. Если уж быть честным, то он приехал к собственной жене, с которой до сих пор не разведен.
Входим вдвоем на маленькую неуютную кухню.
– Ну, здравствуй, жена, – издевательским тоном цедит Назар, очерчивая фигуру Лейлы заинтересованным взглядом.
Моя женщина смотрит на своего мужа испуганным взглядом. Я подхожу к ней ближе, ловлю ее за руку, успокаиваю тактильно.
Через мгновение от нее исходит спокойствие. Теперь она защищена. Берет себя в руки, улыбается вежливо.
– Назар, ты с дороги, садись. Будем пить чай.
– Покорми брата, – нахожу в себе силы назвать Назара братом, киваю в его сторону.
Бросаю на старшего брата быстрый взгляд. И замираю. В его глазах растерянность. Он будто не здесь, а блуждает в своих мыслях. Ругаю его мысленно за равнодушие.
– Как у тебя с работой? – неожиданно спрашивает у меня. – Гляжу у вас стол небогатый.
– Нормально, на стройке работаю, – самоуверенно отвечаю.
Понимающе кивает мне, продолжая странно глядеть на Лейлу, копошащуюся с приготовлением угощения для незваного гостя.
– Может, тебе Амир к дяде поехать в Сочи? Он подберет подходящую хорошо оплачиваемую работу.
– Издеваешься? Дядя использует всех. Он не сделает различие между родным племянником и чужим человеком.
– Он всего лишь руководствуется инстинктами рационального мышления, – подмечает Назар, качая темной головой.
– Ну да, ну да, – с ехидным смехом выдаю я, вспоминая невероятно располагающие манеры общения дяди. Он всегда напоминал мне волка в овечьей шкуре. Не зря же отец деньги попросил в долг у чужого человека, а не у родного брата.
Не зря!
– Назар, почему ты предложил уехать в Сочи одному Назару? Он теперь не один, у него есть семья… мы с дочкой.
Вопрос любимой разорвал мне сердце и душу. Как же я не услышал этого подтекста в вопросе брата? Корю себя. Густо краснею.
– Ты – моя жена, должна вернуться со мной в Москву, – безапелляционно заявляет брат.
– Нет, – цедит Лейла, прячется за мою спину. – Ни за какие деньги не вернусь домой. Мне ничего не надо!
– Ты – моя жена… – как попугай твердит Назар, при этом глядит на меня.
Ждет моих возражений? Проверяет меня на прочность?
Я теперь пуленепробиваемый, никого не боюсь. Могу спустить непрошеного гостя с лестницы.
Останавливает лишь одно – он мой родной брат, и я до сих пор ощущаю крепкие нити, протянутые между нами.
– Достали вы меня все! – Назар повышает голос, и обреченно склоняет голову к коленям.
Что это с ним? Не узнаю брата.
Впервые за два года его настроение, состояние души отзывается в моей душе. Растерян также как брат. Хочу помочь ему, но не знаю как. То, что он предлагает, неприемлемо для нас.
– Назар, выпей воды, – Лейла подносит мужу стакан, наполненный до краев холодной водой. Как он любит…
Он рассеянно ее благодарит. Всматривается жадно в лицо сбежавшей жены.
– Думаете, я здесь по своей воле? – тихо, еле слышно шепчет Назар. Говорит так, будто жизненные силы закончились, иссякли. Они все – Альберт, Зоя, мать, отец наседают на меня как на старшего брата. Тянут в разные стороны, не дают мне жить спокойно. Требуют вернуть жену и дочь.
– Ах, вот в чем дело! – истерично смеется Лейла. – Отец желает, чтобы я была под его контролем, как и бизнес, отнятый у Чанышевых. Удобно, однако, – голос любимой женщины искрит напряжением. Понимаю, что она созрела, готова возражать собственному отцу.
Спокойствие разливается у меня в груди, а Лейла продолжает говорить:
– Когда-то я оступилась, поддалась на его уговоры. Я костерила себя за слабину миллионы раз. Никому больше не позволю играть моей судьбой, ни Чанышеву старшему, ни моему отцу. Так и передай обоим, – Лейла притопывает ножкой.
Слушаю голос дорогого мне человека. Этот голос сейчас вносит в нашу жизнь коррективы, в которых мы давно нуждались. Жить всю жизнь в бегах не дело, надо посмотреть проблеме в лицо и решить ее. Раз и навсегда.
Время пришло.
Назар глупо ухмыляется. Сидит молча.
Сузив огромные черные глаза, глядит на меня. Ждет моего решения.
– Брат, значит, ты решил, не отпустишь Лейлу и Лилю со мной в Казань?
– Не отпущу.
– Тогда вы должны знать, что решил Альберт…
– ?..
– Он перепишет бизнес с Лили на старшего внука. Бизнес Чанышевых окончательно перейдет к Альберту. Амир, как ты будешь жить с этим грузом до конца жизни? Что мог исправить, вернуть, но не сделал. Всё потерял.
– Легко!
– Моя Лиля больше не наследница и мы можем жить своей жизнью? – в глазах любимой плещется бесконечное счастье.