Новая Инквизиция 2 (СИ)
— А вот этого не надо, Сынок, — крестообразный визор шлема Изюма обратился в сторону новобранца. — Если пес перестает слушаться, начинает скалить зубы и рычать на хозяина, то его усыпляют. И будь уверен, с нами, в случае неповиновения, произойдет то же самое, потому что инфестатов боятся гораздо сильнее, чем любую бешеную собаку.
— Если боятся, то зачем притащили на это тупое сборище? — скептически поинтересовался Салманов.
— Я ж тебе говорю, понты! — упрямо повторил Макс. — Наши власти задались целью показать всем участникам форума свою крутость, сечешь? Чтоб эти приезжие чинуши и их холеные спутницы могли пройти мимо тебя, меня или Факела, ощутить запах плохо смытой крови и застарелого пожара. Чтобы пощекотали себе нервишки, представляя, что под этими доспехами стоят настоящие инфестаты, способные убить их одним лишь всплеском некроэфира.
— Вряд ли они знают, что Россия нанимает на службу одаренных, — с сомнением покачал я головой.
— Уж поверь, — с непоколебимой убежденностью возразил напарник, — кому надо, тот знает! Сейчас на этой конференции решается судьба такого количества бабла, что половину мира скупить можно. Лидеры сотен стран напуганы и обескуражены раскручивающимися масштабами неживой угрозы. Поэтому мы лишь напоминание о том, что даже диких волков удается приручить. Грубо говоря, дешевая реклама, сечешь?
— Что-то увлекся ты со своими аналогиями про собакообразных, — подколол я сотоварища. — То псы, то волки…
— Ну извини, Факел, — ядовито откомментировал отставной спецназовец, — я тебе не поэт. По сути моего мнения есть возражения?
— Я стараюсь не касаться политики, — признался я, не желая развязывать жаркий спор, — поэтому нет.
— Мы уже часть политики, — выдал Изюм. — И чем раньше вы это поймете, тем лучше для вас.
* * *К моей огромной радости, задерживать нас после окончания этой конференции не стали. Едва только степенные господа соизволили покинуть правительственный бизнес-центр, как всех инквизиторов, задействованных в тупой профанации, распустили по домам. И хоть я не разделял мнения Виноградова, которое он нам озвучил, но сам факт, что мне пришлось участвовать в подобной показухе, изрядно меня подбешивал. Я в самом деле разозлился на всех, начиная от комбата и руководителя ФСБН, заканчивая министрами и приезжими делегатами.
Нет, ну они совсем что ли говна объелись?! Заставлять боевых офицеров бродить среди этих откормленных рож только для того, чтобы произвести нужное впечатление. Серьезно?! А может лучше дать нам нормально отдохнуть перед дежурством, или они думают, что мы железные?! Что кровь и смерть, которые постоянно окружают инквизиторов, никоим образом на нас не сказываются?! Что десятки дыр и ожогов на наших шкурах это ерунда, недостойная даже упоминания?! Иной раз начинает казаться, что мы и в самом деле бесправные собаки, которых натаскивают на врага. Сегодня ты грудью бросаешься на упырей и умертвий, и тебя треплют по холке. Хвалят и швыряют кость со своего стола. А завтра ты сдохнешь, и о тебе забудут. Заведут взамен новую послушную шавку, которая с точностью повторит твою судьбу. И так до бесконечности. Сука, как же меня это раздражает…
Доведенным до автоматизма движением я выхватил из поясного кофра упаковку жвачки, забросил две подушечки в рот и принялся работать челюстями. Ледяной торнадо постепенно раскрутился на языке, набирая обороты и пронзая холодными иглами череп, а потом я представил, как он неуклонно промораживает всю мою злость. Фу-ух, вроде отпустило. Странно, раньше подобных приступов у меня не было. По крайней мере, не по такому поводу. Неужели дар ищет ключик к моему самообладанию? Блин, а ведь и не сказать, что безуспешно… Надо с этим что-то делать, с мозгоправами хотя бы поболтать.
Складывая элементы ИК-Б в сейф, я краем глаза заметил, что мой лежащий на полке смартфон слабо мерцает диодом, уведомляя о входящем сообщении. Уже забыв, что утром писал Марине, я поднял мобильник и затаил дыхание, когда понял — это пришел ответ именно от нее.
«Ну привет, «тот самый парень», а я думала, ты позвонишь ;)», — прочел я.
Помимо воли, на лицо наползла глуповатая, но довольная улыбка. А в самом деле, чего я боюсь? Не побьет же меня никто, если я ей позвоню, ведь так?
Длинный гудок. Второй. И еще один. Ох, что-то я опять разволновался. А вдруг она не возьмет трубку? Или я ее от какого-то важного дела отвлеку? Нет, надо было все-таки написать. Это выглядит более тактично. Пожалуй, лучше сбросить вызов…
Не успел я отнять телефон от уха, как в динамике раздался чарующий женский голос, от которого почему-то побежали мурашки по затылку. То ли приятные, то ли нервные…
— Да, слушаю?
— Привет, — поздоровался я. — Это Юра. Ну тот самый, из бара…
— Привет, я знаю, — судя по слегка изменившемуся тону, Марина улыбнулась. — Я твой номер сразу записала.
— Ох, ну приятно знать, — глупо хихикнул я, не понимая, как еще реагировать.
— Мне тоже приятно, что ты все-таки позвонил.
— А, да! Кстати об этом, я же не просто так. Хотел узнать, может, у тебя будет денёк свободный? Могли бы сходить прогуляться, пока не похолодало. Ну, тут же осень надвигается, все дела…
— Да, лето как-то слишком уж быстро кончилось, — печально согласилась со мной собеседница. — Вот так не заметишь, вся жизнь пройдет.
— Ну так что? — без особой надежды спросил я. — Составишь мне компанию?
— Конечно! — охотно приняла мое предложение девушка. — Как на счет сегодня?
— Э-э-э… что, так сразу? — растерялся я, не ожидав столь стремительного развития событий.
— А почему нет? Тепло, солнечно, дождя не предвидится. Отличный день! Или тебе нужно подготовиться? — иронично усмехнулась Марина. — Ну, если хочешь, давай в другой раз…
— Не-не, сегодня, так сегодня, — поспешно затараторил я в трубку. — Просто думал, что это тебе нужно больше времени на подготовку. Ну, там, маникюр, наряд выбрать, прическу сделать…
— Не переживай Юра, я успею.
Судя по голосу, девушка уже не сдерживала улыбки, и оттого я сам начинал лыбиться, будто дурачок, нашедший блестящую монетку.
— Тогда ладно, напиши, где тебя забрать, я подъеду! — поспешил я свернуть разговор, пока не ляпнул чего-нибудь неуместного. А то я ж такой дамский угодник, что с меня станется…
— Подъедешь? — ощутимо напряглась собеседница. — На машине?
— Да. А что такого?
— Хм… Юра, ты только не обижайся, но давай для начала просто прогуляемся по парку? Я… ой, не знаю, как сказать… ты меня, наверное, чокнутой посчитаешь, но…
— Ладно-ладно, Марин, без проблем, — пошел я на попятную, не дослушав ее оправданий. — Хочешь пешком, пойдем пешком. Ну до места встречи-то мне доехать можно на своих колесах?
— Да, конечно! — ощутимо потеплел голос в трубке. — Ты извини, что я так… Но я просто трусиха жуткая. К малознакомым парням в автомобили стараюсь не садиться.
— Ну, вообще-то правильно! — преувеличенно бодро поддержал я. — А то мало ли, чего у нас… кхе… то есть, у них на уме.
— Я рада, что ты понял, — облегченно выдохнула Марина. — Ну, тогда до вечера?
— До вечера… пиши, если что!
— Обязательно! До свидания, Юра.
— Пока…
Нажав «отбой», я выдохнул и понял, что пока разговаривал, даже немного вспотел. Тяжело мне дается общение с женщинами, ох, тяжело. Будто по минному полю иду, где любой шаг может стать последним. Недостаток практики сильно сказывается. Вот был бы мой дар более чувствительным к людским эмоциям, так я, глядишь, и бо́льшим успехом пользовался у противоположного пола. Ну вот как Умар, например…
— Кому звонил? — ехидно поинтересовался Изюм из другого угла, где укладывал свой костюм на хранение.
— Да так… — неопределенно покрутил я рукой, — свидание у меня будет, кажется.
— Ого! — вполне искренне обрадовался напарник. — А я уж думал, ты убежденный холостяк!
— Я вынужденный холостяк, — с усмешкой поправил я товарища. — Меня на службе так качественно дерут, что на отношения запала уже не остается.