Шерловая искра

И вот тут, когда потребовалась точность в определении дозировок ингредиентов для составления новых средств или усовершенствования уже известных, на помощь пришёл третий участник нашей рабочей группы — мой талисман.
В первый раз Шерл проявил себя, когда Мираз пыхтел над давней своей мечтой — анестезирующим средством сильного действия. Ну то есть не так, чтобы просто обезболить головную или зубную боль, а по-взрослому, для использования при проведении операций.
На мой вопрос, почему бы, например, для этих целей не использовать уже известные настойки — тот самый янтарный напиток, которым усыпляли меня и Сорроса, дед пояснил, что это не то. Ну то есть, пациент, конечно, прекрасным образом засыпает, но не настолько глубоко, как требуется. Не до утраты сознания, если простыми словами. И если в этот момент начать пилить ножиком его тело, то мало спящему не покажется.
В общем, нужно было создать несколько иной крепкий состав, который объединит в себе действие мощного анальгетика и снотворного. Вот тут, как раз требовалась особая осторожность с подбором количества составляющих компонентов. Всё-таки, желательно, чтобы клиент не только чувствовал себя комфортно во время самого проведения оперативного вмешательства, но и в принципе проснулся после применения дедова наркоза.
Теоретически, Мираз в уме умел рассчитать концентрацию, казалось, любого известного средства. Но тут, судя по озабоченному выражению лица, его одолели серьёзные сомнения.
— Больше, или довольно? Больше, или довольно? — наморщив лоб, он завис с мешочком сушёной алеурии (в простонародье её ещё называли «сладкая грёза» — сильнодействующее и совсем небезобидное растение из разряда наркотических средств) над чашей, в которой уже лежала горка тщательно отмерянных травок.
Я что-то тоже так разволновалась, что нависла рядом, как будто от того имелся хоть какой-то прок, и просто повторяла за дедом его вопрос. Кулон последнее время вёл себя совершенно спокойно, да и у нас всё складывалось таким образом, что беспокоить его вопросами особой нужды не имелось. Поэтому, я чуть на месте не подпрыгнула, когда почувствовала, что камень снова «ожил».
— Больше! К-кажется… — брякнула я, прислушиваясь к сигналам Шерла.
Мираз посмотрел на меня очень внимательно, кивнул головой и добавил алеурию маленькой мерной ложечкой, которую он использовал для измерения количества используемых ингредиентов.
— Ещё? — дед вопросительно глянул на мой говорящий оберег.
— Вроде, да.
Но как только ложка с горкой травы упала в общую смесь, камень полыхнул холодом.
— Ой! — растерянно пискнула я.
— Что?
— Боюсь, что перебор.
Мы с дедом с печальным вздохом уставились в чашку — эта порция сырья была однозначно испорчена.
— Знаете что, уважаемый Мираз, разговаривайте с ним сами. — я решительно сняла кулон с шеи и протянула напарнику. — Так, мне кажется, толку будет больше, чем использовать меня в качестве переводчика. И вот ещё что, я понимаю, что у вас достаточно грандиозный опыт, чтобы смело сыпать компоненты сразу в одну посудину, но в подобных сомнительных случаях, да и не только в них, предлагаю сперва отмерять каждый в отдельную ёмкость. Мне тоже так будет легче фиксировать рецептуру.
Мираз принял из моих рук камень с таким волнением и трепетом, будто я ему не знаю, какую-то святую реликвию вручала. И, кажется, с полной уверенностью в том, что Шерл с ним ни за что не заговорит. Но у талисмана на этот счёт, как обычно, имелось собственное мнение. В общем, ко всеобщей радости и восхищённому ликованию учёного деда, контакт сладился.
Наблюдать, как почтительно Мираз советуется с моим кулоном было совершенно умилительно. Я искренне радовалась тому, что Шерл решил проявить участие и оказать нам помощь, значимость которой трудно было переоценить. Без моего посредничества дело у этой парочки ладилось быстрее и эффективнее. Экспериментальный образец был готов, и тут же встал большой вопрос о том, как его тестировать.
Я как-то не ожидала, что Мираз вот так сразу возьмётся за столь серьёзную разработку, но старик буквально грезил этой темой, и я не нашла в себе сил возразить и переключить его внимание исключительно на более рутинные описания уже известных снадобий.
Однако, средство для радикальной анестезии — это вам не горчичник какой безобидный, тут однозначно необходимо было проводить ряд ответственных испытаний, чтобы получить основания утверждать об успехе или провале эксперимента. И уж тем более идти с ним в народ.
М-м-да. Вопрос о расширении опытной лаборатории встал ребром. Впрочем, возможность проверить зелье Мираза в деле подвернулась совсем скоро и, как водится, неожиданно.
    
78
Даже не знаю с чего начать. Пока мы с Миразом ковырялись в своей мини-лаборатории, а Рон организовывал подготовку к будущему переустройству усадьбы, незаметно подкралась весна. Ну и, соответственно, местные охотники потянулись в леса, коих вокруг было в достатке. В один из таких чудесных нарядно-солнечных дней мы со стариком и мужем устроились в небольшой беседке в оживающем после долгой зимы саду — подышать кислородом и проветрить мозги.
Как раз обсуждали варианты организации нормального помещения, где можно было бы создать приемлемые условия для научных изысканий нашего доктора — с мышками, лаборантами, оборудованием и необходимой стерильностью.
И тут со стороны центральных ворот послышался шум и громкие напряжённые разговоры.
— Давай, дальше ехай, ко главному входу… осторожно, не тряси… во-о-от, тудой и кати, а я покамест ридгонов сыщу…
— Не понял… — Рон с озадаченным выражением лица поднялся с лавки, — Тулкас, что ли? Я же их насчёт бруса в лесное хозяйство отправил договариваться. Уже вернулись, что ли?
— Боюсь, что дело не в этом. Что-то случилось. — я встала вслед за мужем, и мы пошли навстречу голосам. Мираз семенил замыкающим.
Картина, которую застали в собственном дворе, заставила вмиг ослабевшие ноги бежать. На нашей рабочей телеге, накренившись на один бок и свесив голову, весь в кровище полулежал какой-то незнакомый, по-охотничьи одетый мужчина. Рядом с ним примерно в такой же позе привалился ещё один — бородатый лохматый дядька, почему-то без верхней одежды. Меховая душегрейка и простая рубаха второго тоже оказалась заляпана бурыми пятнами.
— Ридгон Ронан, ридганда Тиннариэль, вот вы где, — возбуждённо затараторил Тулкас, — это наш сосед — ридгон Сайфер…
— Что с ним?! — в голове уже неслись самые жуткие предположения.
— Что с вами?! — Рон подскочил к пострадавшему, опасаясь прикоснуться, чтобы не навредить, пока не прояснится ситуация.
— Пропустите. — моментально включая профессионала, твёрдо скомандовал Мираз.
— Не я… — сдавленным голосом, полным неподдельного горя, прошептал ридгон, и взгляд доктора обратился ко второму.