Шерловая искра

Рон по первости немного смущался, но я же сама перед ним делала всё то же самое, только не в воде — так что выглядела при этом ещё забавнее, чем он, размахивая руками и запрокидывая голову, расхаживая по травке в стиле «цапля», высоко задирая колени.
— Давай-давай! — подбадривала «ученика», это всё очень полезно, в учебнике заморском вычитала.
— Да? — бурчал рядом Ульмо, — Что-то я там ничего подобного не припомню.
— Мы просто до этого места ещё не дошли. — на ходу выкручивалась я.
Впрочем, доктор вредничал не долго. Мы с Роном так хохотали друг над другом, что вскоре это веселье заразило и его, и эскулап даже начал повторять за нами, стараясь запомнить последовательность действий.
— Ну всё, довольно. — скомандовала я, опасаясь перестараться с нагрузкой, — Теперь и наш дорогой франга сможет проводить для тебя эти занятия.
— А что, я вечером обязательно опробую ваши упражнения с ридгоном Ронаном. В порядке, так сказать, приобретения личного опыта. Должен же я понимать, что физически испытывает мой пациент от ваших новшеств. Но то, что такие занятия значительно поднимают настроение — могу констатировать уже сейчас.
— Очень приятно слышать. — ответствовала я, — Оставляю вас переодеваться и жду к столу. А то и так время затянули настолько, что скоро и обедать пора, а мы ещё не завтракали.
А после трапезы я попросила обоих ридгонов рассказать о доме, к которому мы неумолимо приближались. О-о! На эту тему они могли говорить часами и с такой гордостью, такой любовью, что вспоминать горести снова стало некогда. Так потихоньку и пережили несчастье — в беседах, заботах, воспоминаниях и тренировках, ставших регулярными уже и по настоянию Ульмо.
    
27
Оставшаяся часть пути до родового замка ридгонов прошла, хвала всем богам, без происшествий. Да и пути того оставалось — всего ничего. Через пару суток начались земли Мелькора, а ещё четыре дня спустя мы уже подъезжали к великолепному озеру, в самом центре которого высилась громада Хальдада.
Мужчины нисколько не преувеличивали, рассказывая об этом месте. Почти по всему периметру Беор обступал довольно густой лес. Время было к обеду, когда солнце хорошо припекало проплывающие до этого мимо поля, но теперь никак не могло пробиться сквозь густые кроны деревьев. Высоченные сосны, склонившись друг к другу, даже над тропой создавали тень, образовав собой живой природный коридор.
А между тёмной густой зеленью хвойных исполинов белели хрупкие на их фоне стволы… Да я — не я, если это не наши берёзки! Честное слово, едва не прослезилась от вида этих до боли родных деревцев. А воздух! Совершенно божественный аромат топлёной смолы, хвои и парящего запахами цветов, грибов и ягод лесного ковра.
— Дома… — блаженно выдохнул Ронан, сидевший сейчас рядом со мной в открытой повозке, — Вот увидишь, тебе здесь понравится.
Да мне здесь уже нравилось. Единственное… После жизни с мачехой, у меня, кажется, развилась замковая болезнь. По крайней мере, когда лес расступился и перед глазами вырос Хальдад, лёгкий морозец всё-таки пощекотал кожу. Не знаю, привыкну ли когда-нибудь к столь монументальным жилищам, или нет, но попробую. И для начала постараюсь сделать это каменное строение немного более уютным.
Уставшие кони, тоже почуяв близкий дом, без понукания побежали резвее, и вот уже под бравурные приветственные выкрики часовых мы въехали на мост, а впереди ждут гостеприимно распахнутые ворота и толпа людей, встречающих хозяев замка.
М-м-да-а! Вот это был приём, так приём. Нет, у Ниниэль в хоромах тоже достаточное количество слуг, но такой искренней радости, которая воцарилась здесь при нашем появлении, стены дома отца вряд ли когда-то видели после его смерти. Нини была неплохой хозяйкой, чего уж лукавить, но вот народной любовью и популярностью точно не пользовалась. А вот моих мужчин здесь явно обожали.
Встречей руководила совершенно великолепная троица людей, под чутким и чётким управлением которых слуги летали, как торпеды с ультра-точным наведением. Вон тот стройный мужчина лет сорока, которого Мелькор назвал Махтаном, насколько помню, его секретарь и правая рука.
Второй — лет на десять постарше, точно, грузный, тяжеловесный, басовитый и весьма суровый на вид — «завхоз» и руководитель мужского населения замка по имени Хатол.
Ну и дополняла руководящий состав голосистая тётка под пятьдесят, тоже немалых габаритов, с круглым и удивительным лицом. Удивительным своей необыкновенно подвижной мимикой. В доли секунды его выражение менялось от строго-грозового в адрес женской части прислуги до абсолютно настоящей лучистой, буквально материнской нежности в сторону ридгонов. Особенно Ронана.
Ну и мне, как лицу причастному к обоим, соответственно, перепало немало внимания и заботы. Да чего говорить — встречали, как царицу какую. Даже немного растерялась от всех этих поклонов и реверансов вокруг, да так, что сама едва не взялась приседать в ответных. Хорошо ещё Рон как нельзя вовремя величественно подставил руку и неторопливо повёл в дом, демонстрируя всем новую хозяйку и слегка склоняя голову в приветствии присутствующим.
Я тоже крутила головой по сторонам и повторяла за ним, не в силах сдержать расползающуюся во всё лицо улыбку. Мелькор шествовал впереди, и как только мы прошли по второму — подвесному мосту во внутреннюю часть замка, за спиной закипела работа. Обоз разбирали в первом внутреннем дворе, и вскоре от него потянулась вереница похожих на трудолюбивых муравьёв людей, нагруженных нашими сундуками и баулами.
Внутри меня перепоручили заботам Эльды (которая из главных) и велели отдыхать.
В целом, обустройство произошло как-то совершенно просто и естественно. Даже не ожидала. От предложенной горничной отказалась, сообщив, что привезла своих помощниц и хочу, чтобы они и дальше были при мне, что, в общем-то, никого не удивило. Мои девочки, хоть и устали с дороги, как и все участники похода, примчались по первому зову, даже мысли не допуская, что кто-то другой будет помогать их любимой ри расположиться на новом месте.
Глаза у обеих были размером с чайное блюдце. Да и у меня, честно признаться, тоже, когда я вошла в свою новую комнату. Что порадовало — отдельную. А то, знаете-ли, мелькали опасения, что нас с Роном с порога поселят в общую — уже ведь по факту женаты. А я с той памятной ночёвки больше с ним так и не оставалась. Не тот пока уровень отношений сложился. Спасибо, никто не настаивал на обратном.
Так вот к вопросу о спальне, чего здесь только не было: тут вам и кровать под балдахином с небольшой аэродром. Настолько высокая, что подниматься на неё следовало по аккуратным ступенькам в количестве трёх штук. Тут и стены с тканевой отделкой, и зеркало (ура!) с косметическим столиком. И дорогие плотные шторы, явно новые, и даже, не поверите, какая-то жутко приятная ногам шкура неведомой животины в центре спальни.
А вид за окном — м-м-м! Никаких картин не надо — достаточно раздёрнуть занавески. Сказать, что я была довольна — всё равно, что промолчать.