Шерловая искра

Под давлением обстоятельств непреодолимой силы (а угрозы от ридгона Мелькора это, знаете ли, те ещё обстоятельства — совершенно непреодолимые — сама слегка присела, когда услышала его гневный рык) Эльронду и Ульмо пришлось подчиниться. Ну а после того, как я сообщила им про идею поштудировать справочник, меня и вовсе приняли в медицинскую бригаду — переводчиком.
Более серьёзной проблемой оказалось натянуть на болезного кулон! Сперва он впал в депрессию от того, что я вообще увидела его в таком разобранном виде — беспомощного, прикованного к больничной койке. Затем категорически отказался надевать на себя мой шерл — ему, видите ли, претит сама мысль нарядить себя в дамское украшение. И аргумент, что в его положении любые средства хороши — не аргумент. Глядите, какой самец! Альфа! С Центаврой.
— Какого дьявола я вообще попёрлась к нему сама?! — задним числом ругала себя за поспешность в действиях, — Надо было просто вручить талисман лекарям. Из их рук этот чахлый, но оч-чень воинствующий сексист всё бы спокойно принял, как лекарство.
Но мы с ридгоном так вдохновились надеждой, так ломились в больничную палату, что теперь уже всё, поздно пить боржоми — я стою посреди комнаты с шерлом в руках.
— Так, всё. Исчерпалась. Простите, что расстроила своим визитом, больше не побеспокою. — раздражённо заговорила я, собираясь на выход. И вот ещё что… — это уже для Ульммо, — Убедите, пожалуйста, вашего пациента всё-таки использовать эту вещь, когда к нему вернётся способность рассуждать трезво.
Но как только я протянула ладонь к доктору, мой шерл опять взбунтовался! Только теперь уже холодом.
— Да что ж такое?! Это как понимать? Как ультиматум? Мол, другой человек для пользы дела может получить тебя исключительно из моих рук? — прикрыв глаза, чтобы никто не видел, куда они закатились, и медленно выдыхая через нос, так как стиснутые зубы не желали разжиматься, вопросила я. И камень радостно ответил согласием.
— Прекрасно! И что прикажете делать? Связать артачливого больного и лечить насильно? — молчание.
Ясно. Думать самой.
- Бабуль, а не ты ли там с небес со мной разговариваешь? Вот прям в твоём духе — вводные обозначить, а дальше оставить самостоятельно искать решения. — не к месту отвлеклась я на неожиданную мысль.
— Ридганда Тиннариэль… — донеслось с кровати.
— Да? — не оборачиваясь отреагировала я.
— Приношу свои извинения за резкость высказываний.
— Кулон наденете?
— …
— Так, уважаемые коллеги, попрошу всех на выход. — решилась я, выпроваживая растерявшихся от такого самоуправства Айболитов. — Уверяю вас, ридгон Мелькор будет не против. — чуть намекнула на главную страшилку дня, и обоих моментально сдуло ветром.
Ронан приподнялся в подушках и озадаченно наблюдал за моими действиями.
— Теперь с вами. С чего начнём? — я на секунду задумалась, — С начала. Вот вы ведь взрослый человек, показавшийся мне весьма разумным. Ваши прогрессивные рассуждения тронули меня до глубины души. Объясните истинную причину такого отчаянного и нелогичного сопротивления.
— Ридганда Тиннариэль, вы понимаете, что мужчине неловко представать в таком виде перед…
— Да поняла уже, поняла, что сглупила! — досадливо поморщилась я, — Мы с вашим отцом слишком торопились помочь, и… ну в общем вот так получилось. Приношу свои искренние извинения. Честное слово, неловко вышло… Но и вы поймите, всё уже произошло. Я уже всё увидела, причём ещё там, в библиотеке. Давайте уже оставим неуместные экивоки, и вы позволите мне оказать помощь.
— Ридганда Тиннариэль…
— Бо-о-оже, как ты ещё язык не сломал выговаривать эту абракадабру? — тихо взвыла я, потому что даже уши уже опухли слушать этот «трг-дын», — Простите. — взяла себя в руки, — Я имела ввиду, что можно просто Тина и без ридганды. Хотя бы без свидетелей.
— Рон.
— Что? А… Договорились. Что вы хотели сказать?
— Оказывать помощь — это мужская обязанность.
— Да чтоб тебя с твоею правильностью! — вздохнула я, устало присаживаясь на стул возле кровати.
Нет, подобные рыцарские взгляды на роли мужчины и женщины безусловно достойны уважения и всяческой поддержки. Но, граждане, не до такой же степени максимализма!
— Рон, все люди — в первую очередь человеки. И должны друг другу помогать. — уже совсем спокойно заговорила я, — Вот эту дырку тебе кто штопал? — мой палец указал на шрам на руке, выглядывавший из-под задравшегося рукава его рубахи. — Что, рядом ни одной санитарки не оказалось?
— Так то ж война. — пожал плечами собеседник, — Там все женщины — …
— Кто? Соратницы? Друзья?
— Да. — тоже спокойно, внимательно глядя в мои глаза ответил он.
— Ну вот. У нас тут тоже, прямо скажем, ситуация не рядовая. Много нерешённых вопросов, которые непонятно, как решать… — я снова вздохнула, — У меня предложение. Давай для начала хотя бы просто станем друзьями?
Ронан продолжал смотреть мне в глаза, а его бледные губы медленно разъезжались в улыбке.
— Ну что, дружба? — я протянула руку.
— Теперь понимаю, почему отец так настаивал на свадьбе именно с вами. — он ответил рукопожатием, — Дружба. — и вдруг легонько поцеловал мои пальцы.
— Э-э-м-м… — ну ладно, леди я или где? — всё-таки смутившись подумала про себя, а вслух решительно продолжила «наступление», — Амулет мерять будем?
— Сдаюсь! — картинно задрал лапки вверх мой новый друг.
— Хвала богам! Я тут ещё книжку одну любопытную нашла, глядишь, и поставим тебя на ноги. — приговаривала я, определяя камень на шею Рона, — Ну вот, так-то лучше. И это, смотри, береги его. Это очень дорогая для меня вещь.
— Что, правда такой необыкновенный?
— Можешь мне не верить, но в этом кулоне живёт душа. Кстати, — спохватилась я, поймав себя на вольном обращении к собеседнику, — это ничего, что я на «ты»?
— Даже не заметил.
— Ну ладно, при свидетелях себе такого не позволю. Но ты тогда тоже между нами не выкай.
— Постараюсь. Так что там с душой?
— Да. С душой… — вернулась к теме, — Самое смешное, что это даже не я решила, что его обязательно нужно использовать для твоего выздоровления. Шерл сам выбрал тебя и вызвался помочь.
— М-м-м… — пожевал губами Рон, — Звучит, как…
— Бред? Согласна. И всё же это правда. Сложно объяснить… Попробуй его почувствовать, послушать. Может быть он и с тобой… заговорит.
С чистой совестью и лёгким сердцем я оставила Ронана на попечение докторов и своего амулета, а сама отправилась на доклад к Мелькору. Тому уже донесли, какая баталия у нас приключилась сего сыном, но он предпочёл не вмешиваться — мудрый мужик. К тому же знает своего ребёнка, как никто, и понимает, что того «голосом» не возьмёшь.