Корпоратив

— Кто это тебе сказал? — в его голосе удивление и совсем чуть-чуть смеха.
— У меня тощая попа и маленькая грудь, висят бока, — говорю я скороговоркой, — твоя… ваша жена, я с ней и рядом не стояла.
Я боюсь в самом деле стать для него подстилкой, поэтому стараюсь его отпугнуть.
— Нагуглила значит, — он усмехается и снова всем корпусом поворачивается ко мне.
Даниил аккуратно берет указательным и большим пальцами мой подбородок. Его движения нежные, совсем не как у Димы. Плавно поворачивает к себе мое лицо и смотрит в глаза.
— Ты обалденная, — слышу я, — накачанная попа как у фитнес-тренерши, грудь как я люблю: упругая, стоит, с острыми сосками, на животе ни капли жира, ноги длинные стройные. Я еще на трассе заметил, поэтому и остановился — боялся упустить. Да я б с тебя не слезал, если б была возможность.
От этого признания меня обдает жаром. Генеральный сказал обо мне примерно то же самое, что вчера Дима про его жену.
— Но ваша супруга… — мямлю я.
— Аня? — он чуть приподнимает брови. — Ты знаешь, что такое фотошоп?
Он выпускает мой подбородок и улыбается, как мне кажется, весьма искренне. Даниил достает мобильный телефон и демонстрирует мне ее профиль в инстаграм.
— Вот это, — он показывает пальцем на губы, — она ходит каждый месяц к косметологу править. На попе у нее целлюлит, его фильтрами замазать легко. Грудь висит, потому что она целыми днями пьет одну воду после того, как заест очередной стресс. У них на тв паучье гнездо. Сейчас на фоне беременности она прибавила три размера и ужасно психует. Это ты как инстаргамная картинка, только в живую. Я давно мечтал о такой.
Он касается моей шеи рукой и по коже бегут мурашки. В голове только одна мысль: «Хочу его».
Даниил запускает пальцы в свою прическу и выдыхает тяжело.
— Мы с ней в ссоре уже четыре месяца, с тех пор как она залетела. И все это время я терпел. Ну не идиот?
Больше не надо слов. Я сама лезу к нему.
Даниил целует меня сильно, страстно. У меня мутится перед глазами и вновь неприятно тянет внизу. Я еще никого так не хотела.
— Алина, — в его голосе я слышу восхищение.
Потом сильные руки приподнимают меня за талию.
— На заднее сиденье.
Я отрываюсь от его губ и киваю. Там стекла затонированы, но все равно достаточно прозрачны чтобы не скрывать наши силуэты. Мне сейчас все равно.
«Быстрее», — стучит кровью в голове.
Вчера он в туалете сказал, что ждать уже не может. Сейчас я чувствую примерно то же.
Даниил раздевает меня без слов, но аккуратно. Я понимаю, зачем он это делает — чтобы одежда потом не пропахла, ведь нам негде вымыться.
На спинке переднего сидения уже висят мои пиджак, блузка, бюстгальтер. Я помогаю любовнику — расстегиваю пуговицы, развязываю галстук. Он явно тоже ходит в зал: подтянутый. Именно такой, как на фотографиях из отпуска с Аней, которые я смотрела ночью. Картинка из инстаграм. Это просто сносит голову. Целую его грудь. Настоящий! Боже, как же он хорош!
Я расстегиваю его ширинку. Он смеется.
— Алин, подожди, — и вынимает пачку презервативов из кармана пиджака.
С этими словами Даниил укладывает меня на кожаное сидение, я от нетерпения свожу бедра, пока он надевает защиту. С Димой я пила противозачаточные. Он не любил резинку и говорил: забеременею — мои проблемы.
Пока я думаю об этом, генеральный раздвигает мои ноги, ложится сверху.
— А-а-ах… — вырывается у меня.
Чувствовать его внутри — то, что нужно чтобы ослабить напряжение. Это уже третий раз за довольно короткий промежуток, когда мы занимаемся сексом и мне становится немного больно, потому что Даниил двигается быстро, сильно, не сдерживаясь. Он точно не врал, когда сказал, что ночью хотел меня.
Я ощущаю его горячее дыхание на своей шее. Он просовывает руку между моими ягодицами и сиденьем, сильнее прижимая меня к себе, как будто хочет войти как можно глубже. Слиться. Мое тело скользит по обивке под его напором. Чувствовать его страсть ужасно приятно, но болезненно. У меня слишком давно никого не было, а два прошлых раза я занималась с ним сексом, забыв обо всем. Сейчас тело платит мне за те бурные ласки.
Это вдруг вызывает неприятные воспоминания о разрыве с бывшим. У меня было плохое настроение, я отказала ему в близости. Он пытался заставить меня силой, сделал мне больно, я укусила его и сказала, что такого больше не потерплю.
Даниил обвивает меня другой рукой. Я чувствую, как он вспотел.
— Ты как моя училка, — слышу я над ухом, — я в старших классах… ужасно ее хотел.
Я несмело кладу ему руку на бедра. Какие мощные ягодицы!
— С виду скромница… но внутри… оторва!
Сидение под нами скрипит. От его движений по-прежнему немного неприятно, но я не желаю это останавливать. Меня еще никто так не хотел.
— Мужики… все… ее… хотели… она… дала физруку… и вышла замуж.
Я вцепляюсь ему в волосы, потому что несмотря на боль, чувствую подступающий оргазм. Закусываю нижнюю губу и просто часто-часто дышу.
— Мечта!
Он кончает одним сильным движением и падает на меня сверху. Какое-то время мы просто лежим. Я перебираю его волосы, слушаю дыхание. Мне хорошо.
Наконец он приподнимается на руках и выходит из меня.
— Горячая девочка, но очень скромная, — он единым движением разводит в стороны мои бедра.
Сейчас мне хочется быть его продолжением, слушаться. Он вводит в меня пальцы, и я вздрагиваю.
— Тебе надо стать уверенней, иначе будет трудно на должности руководителя отдела.
Я пытаюсь свести колени, но он упирается в мою ногу свободной рукой. Энергично двигает пальцами. Мое тело откликается, и я ничего не могу поделать. Перед глазами все снова плывет. Мне стыдно, ведь удовлетворение сейчас получаю одна я, а он только смотрит.
— Некоторым мужикам нравится, когда женщина под ними кончает, — доносится до меня. — Они ловят от этого кайф.
Его движения становятся сильнее.
— Я так хорошо не трахался, наверное, уже пару нет. То, что надо перед совещанием.
Он сжимает мою левую грудь свободной рукой.
— Не отпущу тебя пока не сделаешь это снова. Ты заслужила.
От его слов я позволяю себе расслабиться. Двигаюсь навстречу. Как хорошо! Закидываю руки назад и упираюсь ладонями в дверь автомобиля. Волосы, собранные в пучок, трутся об обивку и наконец распускаются. Прикрываю глаза.
— Что ты чувствуешь, Алин? — доносится за меня сквозь приятное марево. — Тебе хорошо?
— Да…
— Алин, громче! — он быстрее двигает пальцами.