Хейанке (СИ)

— А ты повзрослела, дочь… — Император снова покачал головой и… неожиданно усмехнулся. — Поздравляю с замужеством и… — он перевел взгляд на Нори, — береги ее князь! 
— Да, Ваше Величество! — брат ударил себя кулаком в грудь и склонил голову. 
Асука изумленно посмотрела на отца и тоже поклонилась:
— Спасибо!
«Черт, неужели все?! — глядя на ребят, мысленно выдохнул я. — Брат женат, веревка у меня, и асуры пусть обломятся! Осталось только побухать, потом найти Иоши с Эйкой и отправиться в Синий Лес?»
— Вы двое, утром ко мне! — посмотрев на молодоженов, коротко приказал Император. — А с тобой, Таро Лисий Хвост, нам нужно поговорить, и я должен кое-что тебе передать. Пойдем со мной. Разговор нам предстоит долгий…
От этих его слов я немного напрягся, но, с другой стороны, если бы он хотел сделать что-то плохое, то просто приказал бы меня схватить. 
Поймав на себе встревоженный взгляд брата, я сделал успокаивающий жест и посмотрев на Императора, кивнул:
— Да, Ваше Величество, пойдемте поговорим. 
Не говоря больше ни слова, Император пошел на улицу. Я пожал плечами и направился следом за ним. 
Вот не знаю, о чем таком важном нам нужно поговорить, но подозреваю, что тут как-то замешан Такэми. Впрочем, отказываться тоже было нельзя — это бы выглядело как минимум странно. Мунайто во мне никто почувствовать вроде не может, ну а какое дело может быть у бога Воинов к молодому парню, который приехал из Ки? Предложит вступить в меченосцы? Ну да, скорее всего так и будет. Я же завалил одного из лучших бойцов этого города. Богу об этом прекрасно известно, и он не хочет упускать такого ценного кадра? Возможно, но зазнаваться не стоит. Скорее всего, все ограничится беседой с одним только Императором. И это, конечно же, произойдет в торжественной обстановке в Буши но Шидо. Впрочем, скоро я все узнаю.
Выйдя из храма, я махнул рукой Кояме с ребятами, пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Шоджи и следом за Императором направился к выходу из храмового комплекса. Бойцы склонились в приветственных поклонах перед первым лицом государства, полусотня телохранителей и прочей дворцовой обслуги двинулась следом за нами, а я шёл и пытался придумать хоть какую-нибудь отмазку.
«Ведь мне ни при каких обстоятельствах нельзя вступать в местную гвардию, — думал я, задумчиво глядя Императору в спину. — Подозреваю, что в момент посвящения в меченосцы Такэми узнает кто я такой, а светиться в мои планы не входит. Да и на хрен мне сдалась эта столица? У меня другой бог, мне нужно в Аокигахару, но сказать об этом я тоже никому не могу. Впрочем, все на самом деле не так-то и сложно. Император знает, что я провёл свадебный обряд, а это мог сделать только дзинсу Солнцеликой богини. Стоп! — я похолодел от пришедшей в голову мысли. — Раз Императору это известно, то на хрена я тогда ему сдался?! Дзинсу Салисэ не может стать меченосцем! Но что тогда? Он хочет поговорить о возвращении Солнцеликой, или ему известно кто я такой?»
Наш отряд тем временем выбрался с территории храмового комплекса и, свернув на соседнюю улицу, направился в сторону Буши но Шидо. Десяток самураев обогнал своего господина и двинулся впереди, сзади оставалась ещё целая куча бойцов.
Идти в храм Воина мне уже как-то не улыбалось, но что делать-то?! Бежать? Ведь в храме я окажусь в полной власти Такэми, и сбежать уже не получится! Но если Императору нужно поговорить о богине или о чем-то ещё, я выставлю себя идиотом. Да и плевать! В подобной ситуации лучше быть живым идиотом, чем стать мертвым героем. У меня ещё куча дел не закончена, да и неохота просто так подыхать.
Прибавив шаг, я догнал Императора, повернул голову и спросил:
— Шиджеру-сама, а зачем мы идём в Буши но Шидо? О чем таком нельзя поговорить здесь?
Да, только так! Если не ответит или уйдет от ответа — я попытаюсь свалить. Здесь, на улице, у меня это должно получиться.
— Зачем идём? — Император перевёл на меня взгляд и, криво усмехнувшись, поинтересовался: — А самураю Луны разве не нужна часть филактерии Нактиса-сама?
 
— Но… — услышав это заявление, я натурально потерял дар речи. — Часть филактерии здесь?!
— Да, — кивнул Шиджеру. — Господин отобрал ее у Сэта и сохранил в своей статуе. Ты же должен был почувствовать ее, самурай.
О-хре-неть! Так выходит Такэми не предатель? И статуя, да… Я ведь действительно чувствовал, что с ней что-то не так...
— А откуда ты узнал кто я такой? — все еще не до конца придя в себя, уточнил я.
— Мне было предсказано, что Мунайто поучаствует в судьбе моей дочери, — со вздохом пояснил Император. — Князь Ясудо не мог быть самураем Луны, Мигуми Аои женщина, а сам ты ничем не отличаешься от обычного человека, и мне пока непонятно: узнает ли тебя артефакт. 
— Ясно, — ответил я, глядя в сторону темной громады Буши но Шидо. — Но мы же это сейчас проверим?
— Да, конечно, — Император кивнул, и больше мы в дороге не разговаривали.
Погода немного испортилась. Луна скрылась за тучей, заморосил дождь, но настроения мне это совсем не испортило. Жизнь не перестает преподносить сюрпризы, и кто бы мог подумать, что оно так обернется? Нет, Такэми все-таки отвратительный тип. Он убил мать жены моего брата, и руку я ему не пожму, но если Император говорит правду, то никакого предательства не было!
С другой стороны, а на хрена ему врать? Он уже знает кто я такой, и мог бы попытаться меня убить, но мы идем в Буши но Шидо… Но как ведь хитро, блин, все получилось. Опознать они меня не могли, но в этом мире есть настоящие предсказатели. Нет, там тоже была Ванга и этот, как его, Нострадамус, но я сомневаюсь, чтобы они могли предсказать что-то настолько конкретное. Ладно, губы пока раскатывать рано. Вот получу часть филактерии своего господина, и только тогда выдохну. Ну а пока расслабляться не будем.
На входе в храм, прямо посреди раскрытых ворот застыла фигура Горо Асаши. Сын Императора стоял, сложив перед грудью руки и не отрываясь смотрел на нашу процессию. Больше никого возле храма я не увидел.
Когда мы приблизились, десяток идущих впереди телохранителей расступился, и сын шагнул навстречу отцу.
— Приветствую Ваше Величество! — склонив голову, произнес он. — Статуя подготовлена! Обряд проведен!
Произнеся это, Асаши отшагнул в сторону освобождая дорогу. Император кивнул и, обернувшись к своим приказал:
— Все ждите здесь! На территорию храма не заходить никому! Проследи за этим, сын! — он посмотрел на Асаши, затем перевел взгляд на меня и сделал приглашающий жест. — Пойдем, Таро-сан!
Я кивнул и молча направился следом за ним, размышляя о том, что не стоит недооценивать местных.
Статуя подготовлена, обряд проведен, ну да… Они же тут все знали заранее. Никогда не поверю, что можно быстро провести какой-то обряд. Ведь даже если Император как-то смог связаться с сыном, на все про все было не больше пятнадцати минут. И Асаши, при этом, должен был находиться в храме, или мгновенно перенестись сюда из дворца!
Но тогда получается, что вся эта история со свадьбой чистый развод от начала и до конца? Хотя нет… Слишком сложно и невероятно. Во время аудиенции Император мог спросить меня напрямую, упомянув про часть филактерии Нактиса. Да и формулировка: «поучаствует в судьбе моей дочери» — она слишком размытая. Я ведь мог поучаствовать в ее судьбе лет через двадцать. 
Думаю, все началось с того боя на арене. Ведь убить одержимого абы кто не в состоянии. Императору доложили об этом, он связал два и два, и решил проверить старое предсказание? Что-то во всем этом не вяжется и предчувствия у меня нехорошие, хотя ещё минуту назад хотелось плясать. Может это храм на меня так влияет?
Пройдя через ворота, Шиджеру направился к статуе, которая находилась через арену напротив.
Трибуны пустые, вокруг тишина и лишь негромко шелестит песок под сандалиями…
В тот момент, когда мы проходили середину арены, луна выглянула из-за туч и осветила изваяние бога. Такэми стоял в той же расслабленной позе и, опустив клинки, смотрел на нас с Императором. Или, может быть, только на меня? Словно узнал, и сам он вновь ассоциируется с другом. Проклятая память… Может быть так и есть? Видя, что брат погиб, Воин вырвал у Сэта частичку его души? И Император… он ведь идёт впереди. Стал бы я на его месте подставлять спину врагу?