Путь Кочегара VI

— Хорошо, — кивнул я. — Следи за тем, чтобы тебе никто не сел на хвост.
— Я пойду нижними путями, куда людишки почти не суются.
— Много слышал о них. А мы можем ими воспользоваться?
— На ступени Адепта не советовала бы туда соваться. Быстро познакомитесь с хищными духами. Тем более плотский облик не позволит вам протиснуться сквозь мелкие щели. Вам придется искать открытый вход в пути: вулканы, огненные реки, горячие гейзеры. Так что не вздумай нырять в нижние пути, Ли. Ты мне еще нужен.
— Звучит почти как признание, — усмехнулся я. — Удачи с поисками Злодни. И спасибо за помощь.
— Не скучайте!
Ифритка немного полетала над поверхностью, пока не отыскала пролом в земле, куда и протиснулась.
— Эх, думала, нас наградят как героев, а вместо этого пришлось спасаться бегством, рокх! — вздохнула Даррака. — Это все из-за Когтя?
— Ага.
— Вот гадкий ножик… Ну, хотя бы немного трофеев собрать успела…
Набив как следует живот, я настроил Греющую ауру и улегся на тонкой подстилке из трав. Вырубился почти сразу, как только опустил голову. Во второй половине дня меня толкнула Сати, передавая караульную эстафету. Девчонки выложились на полную, так что и им требовался полноценный отдых. Я обошел окрестности, проверив, не затаился ли поблизости коварный зверь. Все было тихо, к нашей радости.
Присев на поваленное дерево, я принялся аккуратно счищать грязь с кочеранга и полировать его. Оружие много работало в последнее время, поэтому требовало ухода. Местами образовались сколы, царапины и потертости. Подобное отношение снижало силу особенностей, так что необходимо приводить оружие в надлежащий вид. Радует, что духовный артефакт имел нечто вроде регенерации, позволяя восстанавливать даже крупные сколы на лезвии. Живая ткань также постепенно восстанавливалась, получая духовную энергию от носителя. В такие моменты начинаешь ценить все удобства живой одежды. А то бы бегали сейчас полуголые, прикрывшись фиговыми листиками. Огненная стихия в сражениях ханьфу не щадит.
Спустя час я услышал движение в спальной зоне. Зевая, потянулась Даррака.
— Еще рано, — произнес я негромко, дабы не разбудить Бхоль.
— М-м-м, мне надо кое о чем поговорить с тобой, босс…
Чонджул поднялась с импровизированной постели и двинулась в мою сторону.
— Да?
— Мы расправились с угрозой Ордена Заката, поэтому я должна покинуть отряд.
— Что? Почему?
— Я ведь говорила ранее: такова традиция аракийцев. Я обязана посетить родное село после перехода на новую ступень. Мне надо обновить родовые татуировки. После жара перехода они почти полностью выгорели, рокх! Да и поделиться с родней добытыми трофеями не мешало бы.
— Ты действительно должна уйти? Прямо сейчас? — проговорил я, ощущая неприятную горечь.
Что ни говори, а к компании Дарраки я привык. Она мне нравилась, не буду кривить душой.
— Но, прежде чем уйти, я хотела кое-что сделать… — проговорила Чонджул странным тоном.
Я приподнял брови в недоумении.
Аракийка вдруг приблизилась ко мне, наклонилась, схватила за отворот восстановившегося ханьфу, резко дернула к себе и накрыла мои губы страстным, крепким и протяжным поцелуем. Оказывать сопротивление я посчитал излишним.
— Поганая дылда! — раздался гневный вскрик со стороны спальной зоны.
— Тс-ч, проснулась-таки, — скривилась Даррака, отстранившись от меня. — Ладно, еще разок…
Наплевав на все нормы, Чонджул снова поцеловала меня, и на этот раз я был более готов к интимной близости.
— Ты переходишь все границы, великанша!!!
Бхоль материализовалась рядом с нами и принялась растаскивать в стороны. Жаль. Я был бы не прочь продлить время поцелуя. Но и огорчать Сати мне не хотелось.
— Рокх! Вечно ты путаешься под ногами, мелочь… — вздохнула Даррака, облизнув свои губы с улыбкой.
— Ты давала обещание!
— Я прекрасно это помню, облачница. Но ничего поделать с собой не смогла. Я решила, что Ли Кон будет моим мужчиной, — проговорила аракийка буднично, словно я был переходящей игрушкой.
— Хм, а мое мнение кого-нибудь интересует? — поинтересовался я.
— Господин Кон, не влезайте. Это наше дело! — проговорила Сати уверенно.
— Оу, вот как? — потер я щетину, решив, что между двумя разгоряченными дамами лучше не вставать. Тем более между двумя пламетворцами-Адептками.
— Чонджул, ты давала слово, что не станешь испытывать к господину никаких любовных чувств!
— М-да, ты была права. Все как-то само получилось. А я ведь еще смеялась над тобой тогда. Извини, облачница…
Бхоль даже замолкла на секунду, не в силах поверить в то, что аракийка способна признавать ошибки и извиняться.
— Не уверена, когда я осознала, что босс мне нравится. Наверное, в тот день, когда он сражался с моим братом в ульдханг… Кто бы мог подумать, что из всех мужчин во мне проснутся чувства к тому, кого заслуженно прозвали Сумасшедший Ублюдок…
— Разве ты не заверяла, что не видишь мужчин в людях низин? — приподняла Сати бровь.
— Да, но босс — исключение. Он хоть и мелкий, но такой… — Даррака пыталась подобрать слова. — Крепкий и несгибаемый, словно адамантовый стержень, рокх. Как он рубил головы нежити, вспарывал животы и выжигал мозги… Потрясающе мило! Ли — такой душка!
Даррака снова нарушила правила, сграбастала меня в охапку и прижала к своей массивной груди, принявшись с удовольствием тискать. Объятия аракийки были крепкими, но я бы не сказал, что неприятными.
— Да сколько можно?! Господин, не стойте столбом! И сотрите эту похабную улыбку со своего лица!
Сати все же удалось нас растащить в разные сторону. Чонджул не выглядела так, словно ей стыдно. Вообще я не был уверен, что аракийке известно чувство стыда. Сам же я ощущал разные вещи: грустил из-за скорого отбытия Дарраки, радовался тому, что она открыла мне свое сердце, переживал из-за любовного треугольника и чувств Сати.
— Ты позабыла о нашем уговоре в случае нарушение слова?
— Я хорошо помню уговор, облачница. Я покину отряд, как и обещала.
— Рада, что ты умеешь держать слово… — кивнула Сати.
— Но, когда я закончу с делами, разыщу вас и вернусь в отряд.
— Что?! Уговор такого не подразумевал!
— Я знаю, — спокойно кивнула Чуонджул. — Но есть одно противоречие… Я давала клятву Дао боссу, что не покину отряд в ближайшие годы. Я не могу нарушить клятву и заполучить поганые рубцы на душе. Аракийцы держат свое слово. Босс, мне ведь можно отлучиться на какое-то время и навестить дом?
— Конечно. Это не будет нарушением клятвы.