Одержимые 2

— А воины?
— Воины рядом с хорошими порталами.
Мда. Реально не понятно, как они выжили. Хотя, если прикинуть по количеству стартовых порталов и расстоянию между ними, то получается, что размер государства Проникланд примерно триста пятьдесят на триста пятьдесят километров (если предположить, что оно квадратное). По меркам России ни о чем.
Хотелось еще выяснить хоть базовую информацию о соседних государствах, особенно о том, с которым идут терки, но было жалко тратить на это время, да и почти наверняка «представители двора» как-то этой темы коснутся. Хотя еще одно уточнить нужно, а то прям свербит.
— Немного не по теме вопрос.
— Да?
— А одержимые где? Вы всех перебили?
— Их невозможно перебить, — грустно усмехнулась Гриналина. — Система делает все, чтобы их количество держалось более-менее постоянным, причем тяги к сохранению разумных видов у нее не замечено.
— У вас есть общее повышение уровней и понижение нормальности?
— Оно у всех есть. До десятого понижается часто. Потом все реже. После двадцатого раз в месяц. После двадцать пятого раз в три. После тридцатого раз в год. С учетом того, что средняя нормальность моего народа два...
— В смысле два? У нас меньше.
— У всех рас по-разному, у нас в среднем два, у гномов один, у орков чуть меньше ноля. Общая цифра только минус два, когда представитель любой расы становится одержимым.
— Ясно (и странно осознавать то, что средняя нормальность людей, лишь не многим выше орков), продолжай, пожалуйста.
— Так вот, из-за понижения нормальности мы уже особо не страдаем, но система постоянно запускает, скажем так, мероприятия, направленные на восстановления числа одержимых.
— Какие?
— Да самые разные. То воскресит всех убитых за последние сутки, то наделит их свойством размножения, например, через укус разумного существа или просто делением. Кстати, после пятнадцатого уровня они очень опасно мутируют, у них появляется что-то вроде своих особенностей.
— Охренеть, — Колян почесал заросший подбородок. — Так почему мы их не встречаем-то?
— Да я говорю... Мы уже шутим тут — королевства имеют свою шкалу характеристик, и у нашего удача максимальная. Разбежались все по соседям. Будто бы пугает их тут что-то, или там притягивает. У нас вот уже два года постоянный серьезный приток населения из-за беженцев из соседних стран.
— Такая штука может вызвать зависть.
— И вызывает, но пока королеве удается решать вопросы.
— С этим ясно! А вот еще что хотел спросить. Я так понимаю, вы тут сорокового уровня в среднем?
— Не совсем. Фермеры тридцатые-тридцать пятые. Мы с Пирой сорок вторые. Столичные воины пятьдесят плюс.
— А самый топчик какой?
— Кто?
— Самый крутой воин.
— Шестьдесят второй.
Ага! Шестьдесят второй за шесть лет. Не особо впечатляет так-то. Или разрывы между уровнями потом становятся астрономическими, или они тут криворукие все. Я таким планировал стать уже в этом году.
— Вообще самый крутой в мирах какой?
— Да кто ж знает. Говорят, есть больше сотого.
Мда. Что-то пока цифры не бьются. Ладно, будем разбираться.
— Хорошо, большое спасибо тебе за ответы — я встал, и чтобы разогнать кровь, сделал пару махов руками и ногами. — Ну что, собираем лут и в дорогу?
— Конечно.
Все оказалось не так просто, и ближайшие полчаса прошли с достаточно интенсивными физическими нагрузками. Мы выбегали, хватали фиолетовые награды, а потом отступали в нашу «нору», и минут по десять выполняли упражнение «копье в клыкастую харю — на!».
Наконец плотность монстров упала, и мы могли собирать добычу без постыдного отступления. Разумеется, мы не оставили ничего, и не поленились зайти в здание, где раньше жил босс, и там тоже все собрать. Очень помогало расширенное после двадцатого уровня хранилище и системные вместительные рюкзаки. Награды мы не открывали — в таком виде их помещалось по три штуки в ячейку.
— Какой у вас сейчас курс обмена фиолетовой вещи на зелье маны?— как бы между делом и разве что не зевая, задала важнейший для офилийцев вопрос Гриналина.
— У нас пока нет рынка, — ответил я, и тут же усомнился в своих словах.
Где-то, и возможно совсем недалеко уже наверняка что-то образовывается, и надо срочно на эти рынки выходить. Пока уникальные шмотки большая редкость — зато бутылки есть у всех. Купить их там, продать здесь... Мда, надо срочно назначать барыг!
— Мы закончили. Пойдем?
— Куда? — синие лицо выражало что-то очень похожее на удивление.
— К Пиренеле.
— А! Ты это так называешь! Пойдем!
Гриналина извлекла на свет очередное устройство, быстренько (четыре руки — это не шутки) установила его и активировала. Прямо посреди улицы открылся новый портал. Понятно. Как говорил мой отец — лучше плохо ехать, чем хорошо идти.
— Я так понимаю, эти штуки ману не тратят?
— Нет. Сложны в изготовлении, достаточно дорогие, но ману не тратят. Заходите, я прибуду следующим.
— Слушай, раз у вас такие есть, почему подмога во время штурма не пришла сразу?
— Чтобы открыть такой, нужно собрать вход и выход. Там такого никто не предусмотрел — это раз. А два — у них ограниченное расстояние, после десяти километров стоимость и сложность кратно возрастает.
— Понятно.
— Давай я первый, — Колян отодвинул меня и, расправив плечи, вошел в телепорт.
Выждав несколько секунд, я шагнул следом.
Мы оказались в уже знакомой деревне рядом с огромным, отделанным черным мрамором домом, на ступенях которого совсем недавно Пиренела нашла свою убитую мать. Хм. Прошло меньше суток, а тут мало чего напоминало о побоище. Даже народу достаточно много. Значит, клан не уничтожен. Несмотря на то, что я знал их совсем недолго, осознание этого факта согрело душу.
У входа стояли две закованные в броню (наконец-то мы увидели настоящих офилийских воительниц) стражницы. Заметив нас, одна из них сразу же скрылась внутри. Вторая оружия не поднимала, но выглядела очень настороженно.
В окне второго этажа мелькнуло лицо Пиренелы, а через несколько секунд стражница выскочила и сообщила о том, что нас ждут.
Внутреннее богатое убранство полностью соответствовало солидному внешнему виду. Дом явно делался именно с целью принимать серьезных гостей, если они вдруг зачем-то припрутся в эту глухомань. Повсюду мрамор, золото, массивная мебель и, разумеется, минимум углов.
Нас провели по широкой лестнице и, когда мы поднялись на второй этаж, распахнули перед нами массивные двери.