Одержимые

— Вкусное человеческое мясо! — присоединился Костян. — Налетай!
Приманка сработала, и вскоре возле банка снова собралась толпа.
— Трое взяли первый навык, — сообщил Сергей. — Николай хорошо попадает, но ему до уровня далеко. И у нас осталось восемь обычных колчанов.
— Оставляйте два, у нас еще большие есть, а завтра навыбиваем. Вы, кстати, десятый взяли?
— Нет еще, и давай на «ты».
— Давай, и не тяни время — набивай десятый.
Несмотря на повышенные статы, люди уставали, и все больше ударов шли мимо или с первого раза черепа не пробивали. Пора завязывать — нам еще домой возвращаться, и нужно, чтобы они были более-менее в форме.
— Смена! — произнес я, доставая копье. — Отдыхайте и перекусите пока. Влад, Молот и если кто из лучников в состоянии, добиваем остальных.
Гора трупов под окнами сильно выросла, и ноги одержимых уже стояли выше подоконника. Что, впрочем, было только удобнее.
— Считайте! Кто меньше всего набьет, будет собирать лут!
Размахивая копьем, я будто погрузился в какое-то измененное состояние. Все звуки и внешние объекты отошли на второй план, я видел только тянущиеся ко мне сквозь решетку руки и вонзал копье в оскаленные рожи. Через пару минут я сменил руку. Не от того, что правая устала, а просто для тренировки. Увидев это, так же поступил Колян, а за ним и Влад.
Никто из нас следующий уровень так и не взял, а вот почти все наши союзники теперь имели от восьмого до десятого.
— Всё! — констатировал я, оглядывая пустую улицу поверх наваленных тел. — Давайте чуток завал у входа разгребем и пошлем группу лутеров. Там, я смотрю, есть немного синих наград. Да и ювелирки зеленой много не бывает.
— У них еще зелья должны быть, — напомнил Влад. — Так что и обыскивать нужно.
Тел было очень много, и большая часть наград оказалась погребена под ними, так что, в конце концов, нам всем пришлось выйти на улицу. Самые сильные таскали и складывали одержимых ровными рядами на асфальте, а остальные обыскивали и сортировали добычу по кучам.
Мы старались не зря. Кроме восемнадцати синих коробок, пяти свитков и четырех сфер, мы нашли больше пятидесяти зелий лечения и под сотню маны.
— Забираем все, что влезет. Все зеленые, что не влезут, открывайте тут.
— Может, машину возьмём? — ко мне подошел Сергей. — Жалко выкидывать, да и нам неплохо бы одержимых еще захватить. Для наших и соседей.
— В смысле машину? — я удивленно посмотрел на него. — Толкать что ли?
— А почему нет? Вон Газелька стоит подходящая. Мне нужны пятнадцать минут и грубая сила. Срезать кузов, выкинуть двигатель и остальную начинку. В итоге получится большая тележка с рулем. Мощи дотолкать нам хватит, а дорога удлинится не сильно, там есть съезд с Каширки чуть дальше, правда, с другой стороны подъедем, но какая разница.
Разницы, действительно, никакой, я посмотрел на Газель, потом на ползущих к нам одержимых — тех, кто выпрыгивал с высоких этажей и переломал себе ноги.
— Инструмент есть?
— Да, захватил на всякий. Нужны только несколько человек сильных.
— Идем!
 
Глава 19
Мы закончили, когда сняли с машины вообще все, и оказалось, что в таком виде любые двое из нас достаточно легко могли ее толкать. Но нам еще предстояло ее нагрузить.
— Ноги бы еще им обрубать, — пробормотал я, глядя на первого подготовленного к погрузке рычащего одержимого без рук. — Половина веса и объема считай.
— Подохнут скорее всего, — задумчиво отозвался Колян. — Не сразу, так по дороге.
— А может нет... У кого там секира была?
— У меня! — к нам обернулся Кирилл, русый мужик, друг Валеры.
— Надо эксперимент провести. Отруби, плиз, вот этому ноги.
— Без проблем, — он активировал огромную секиру и лезвием показал на ногу чуть выше колена одержимого. — Тут?
— Повыше. Еще выше. Тут! Только лишнего не цепани.
— То, что ты имеешь в виду, ему уже вряд ли понадобится, — заржал мужик и взмахнул секирой.
Вика стояла чуть в отдалении и, не сообразив, что мы задумали, глаз не отвела. И теперь ее вырвало. Зрелище так себе, ну а что делать?
— Помрет, — махнул рукой Колян, глядя на хлещущую из обрубков кровь.
— Вот сейчас и узнаем.
Я наклонился над покалеченным одержимым и, открыв зелье лечения, вылил часть содержимого на раны.
— Ух ты! — воскликнул подошедший Костя. — Я и не знал, что его так можно применять.
— Я тоже не знал, но вероятность была.
Раны одержимого быстро затягивались и теперь его легко можно было транспортировать.
— Пузырька хватит на двоих, а если экономить, то и на троих можно растянуть, — я довольно улыбнулся и встал. — Начинаем погрузку.
Даже с обрубленными конечностями одержимые вели себя активно: елозили, крутили головами, кусались, поэтому мы положили их только в два слоя, и то пришлось достаточно плотно их привязывать.
С «добровольцами» проблем не было, с соседних улиц регулярно прибегали или приползали новые. Дважды группы визитеров оказывались слишком большими, и нам приходилось снова отступать в банк.
— Будем надеяться, что по пути мы не встретим огромной толпы, — собирая добычу с тридцати только что убитых одержимых, сказал Костя.
— Как из района с многоэтажками выйдем, опасность этого снизится, — я вонзил копье в голову обращенного, над которым не было награды. — А пока, в случае чего, будем или в подъезды прятаться или в магазины, что на первых этажах.
— Пора двигать, — к нам подошел Колян. — Больше мы ничего с этой паршивой овцы не сострижем.
+++
Под землей ему нравилось. Здесь было относительно тепло и, самое главное, не дул ветер. А ветер он не любил даже в своей прошлой жизни.
Он мало что из нее помнил, разве что постоянный голод и чувство опасности, когда приходилось быстро убегать и прятаться в маленькие щели, иногда едва успевая избежать острых зубов.
Зато сейчас все изменилось — он стал большим и сильным. Теперь ему не приходится скрываться, а все те, кто совсем недавно гонялся за ним по темным туннелям, уже мертвы.
И он продолжает расти, особенно после того, как нашел это место. Через толщу земли на него будто льется свет, и он наполняет намного сильнее, чем еда... Хотя и она наполняет. Многие измененные вроде него тянулись сюда, чтобы напитаться светом. Теперь он напитался ими...
А еще там, сверху, у источника силы, много... существ. Он видел их раньше и всегда старался избегать. Древняя память подсказывала, что они были самыми опасными и не знали жалости... Так было раньше, а теперь они сбились в кучу у источника, дрожат, выделяя огромное облако страха, и тоже стараются стать сильными.