Карусель невозврата

– Но на каникулах нам ничего не мешало.
– Потому что никто не знал. Ты представляешь, что было бы, если бы кто-то узнал? Ты представляешь, как бы я сделала больно Артему, если бы он узнал все от других, а не от меня? – Говорю я.
Мой голос дрожит. Какая же я идиотка, потому что не ценила человека, который всегда был рядом, который любит и понимает меня.
– Почему ты не рассказала никому? Почему ты не рассказала о том, что между нами было? Почему ты ничего никому не рассказала? – Его голос переходит в крик.
– Потому что твоя девушка ждет твоего ребенка! А я останусь с Артемом, он никогда не узнает, что между нами было, и мы будем счастливы. – Отвечаю я. – Ты думаешь, мне не было больно? Думаешь, я не хотела быть с тобой? Хотела. Тогда, но не сейчас.
Я поворачиваюсь, чтобы сесть в машину и прекратить этот бессмысленный разговор и замираю. За нашей спиной стоят Артем и Ник. Они просто смотрят на нас. Кулаки Ника сжимаются, желваки на скулах ходят, а Артем просто стоит молча с потерянным видом и смотрит на меня.
– С тобой мы поговорим, когда протрезвеешь. – Говорит Дену Ник. – А от тебя я не ожидал ничего другого. Ты осталась такой же, как и была. Поздравляю.
Ник хватает Дена под руку и ведет в подъезд. Мы с Артемом остаемся вдвоем. У меня нет слов, я не знаю что делать. Я не хотела, чтобы он узнал все вот так. Я не хотела, чтобы он узнал все когда-нибудь.
– Я все слышал. – Начинает Артем. – Нам стоит расстаться.
– Прости. – Говорю я. – Пожалуйста, не уходи, прошу. Давай поговорим.
– Нет. – Отвечает он. – Я больше не хочу видеть тебя. Никогда.
Он все-таки уходит. Первым порывом мне хочется бросить все и идти домой, но я решаю побежать за ним. Побежать за ним и попытаться все объяснить.
– Артем, прошу, остановись. Выслушай меня, прошу тебя. – По моим щекам катятся слезы.
– Я слушал тебя больше полугода, но теперь понимаю, что зря. – Отвечает он.
– Я все объясню. Позволь мне все объяснить. – Мой голос дрожит, я на грани истерики.
– Объяснять нечего, мне пора.
Он отстраняется и уходит. Я остаюсь одна. Медленно разворачиваясь, я иду в сторону подъезда. Я совсем не хочу идти домой, но идти мне некуда. Мне нужно успокоиться, потом я все ему объясню. Мне нужно подобрать слова и поговорить.
У дверей квартиры я понимаю, что на этом беды не закончились. Ник в курсе. Ник сейчас вместе с Деном у нас дома, а я иду в самый центр боевых действий.
Я открываю дверь, тихо разуваюсь и пытаюсь прошмыгнуть в свою комнату незаметно.
– Стоять. – Слышу голос старшего брата и останавливаюсь. – Быстро в гостиную.
Я медленно плетусь в гостиную, хоть ноги не идут совсем. Я захожу и сажусь на диван. Мне стыдно даже поднять глаза.
– Сейчас он выйдет из душа, и мы поговорим о том, что вы творите. Оба. – Ник зол.
По голосу я слышу насколько сильно он зол. Я лучше буду молчать. Облокачиваюсь на спинку дивана и утыкаюсь в телефон.
– Надеюсь, Артем тебя бросил. Так тебе и надо. – Продолжает он, видимо хочет меня добить. – В тебе нет ни капли человечности. Как такое может быть. Тебе совсем плевать? Мне стыдно за тебя.
Это удар ниже пояса. Если что-то происходит со мной в жизни, папа и мама всегда говорят, что я их дочь, всегда говорят, что любят меня такой, какая я есть. В прошлом году я так сильно напилась, что попала в больницу с обезвоживанием, мне ставили капельницу, и я лежала там целую неделю. Не знаю, чего стоило родителям прилететь из командировки и скрыть этот факт от школы и опеки, но единственное, что сказал мне тогда папа, это то, что ему за меня стыдно. Тогда мне было стыдно саму за себя, и я его прекрасно понимала.
Пока я сижу вся в мыслях, а Ден все еще в душе к нам приходят Мари, Макс, Костя и Кристина. Отлично, теперь все в сборе.
– Включаем фильм. – Говорит Костя.
– Сейчас у меня дела интереснее фильма. – Отвечает Ник.
Ден выходит из ванной, ослепительно улыбаясь.
– Всем привет!
– Если еще раз попадешь в полицию, я не буду тебя отмазывать. Отец сказал, что это в последний раз. – Говорит Макс.
– Я понял, спасибо. Я почти протрезвел. – Отвечает он. – А где Артем?
Я краснею.
– Спроси у своей подружки. – С сарказмом отвечает Ник. – Он ее как раз бросил.
– Я хотел тебе сказать сразу. Но рассказывать было нечего. – Ден остается спокойным и говорит это, обводя взглядом всех вокруг.
– Нечего. О том, что ты спал с моей сестрой, пока в другом городе была твоя беременная девушка. – Ник багровеет.
– Это наше личное дело. – Вмешиваюсь я.
Больше всего, меня бесит то, что он пытается сделать это достоянием общественности. Это его друзья, пусть делится, с ними, чем хочет, но только не тем, что касается меня. Мне они никто.
Я встаю, выхожу из комнаты и говорю:
– Ну вот и поговорили, братик. Приятного вечера.
Я врываюсь к себе в комнату злая как черт. Я готова крушить все вокруг. Я просто ненавижу себя. А еще, я ненавижу своего старшего брата за то, что он лезет не в свое дело.
 
Глава 12. Боль
Babe I'm Gonna Leave You Led Zeppelin
Я сижу на кровати и просто не знаю, что делать. Из соседней комнаты я слышу разговор. Все обсуждают нас. Не хочу видеть их, почему я должна с ними общаться? Почему они должны быть в курсе происходящего.
Я понимаю, что мне нужно только одно- поговорить с Артемом, поэтому беру джинсовку и выхожу из комнаты. Прокравшись на кухню, я беру бутылку шампанского и ползу к выходу. Никто не замечает меня, все заняты.
– Ты понимаешь, что у вас будет ребенок? – Я слышу голос Крис. – Ребенок это не шутки. Как вы могли поступить так с Лизой.
– Когда мы узнали, Диана со мной порвала и вернулась к Артему. Я не хочу быть с Лизой, даже ради ребенка.
– Но причем тут маленький человек? Это нечестно. Ты должен попытаться построить семью. – Говорит Мари.
– Я должен обеспечить его и уделять внимание, но не жить с его матерью. Я не отказываюсь от ответственности. Я просто не хочу быть с ней. – Поясняет Ден.
– Лучше быть с моей шестнадцатилетней сестрой? Серьезно? Она еще ребенок. – Это Ник.
Я присаживаюсь на корточки возле двери и остаюсь послушать.
– Перестань. Ты видел ее? Какой она ребенок? Против Артема ты не имел ничего. – Грозно говорит Ден.
– Артем не крутил с ней за моей спиной. – Ник снова в деле. – Да и пить она перестала, вроде стала нормальной. Потом я привык.
– Тебя раздражает то, что я с твоей сестрой, или то, что ты за полгода не догадался?