Двуликие. Ведьмино пламя

Но в конце концов Дориан Дрейк отстранился, увеличивая между ними дистанцию.
– Впредь учитывай то, что живёшь в одном доме с вампиром.
Дайана моргнула. С усилием проглотила застывший в горле комок.
– Я думала… что вампиру нет до меня дела…
Уголки тонких губ снова приподнялись, но улыбка вышла странно безрадостной.
– Так и есть. Я беспощадно эгоистичен.
Вампир помолчал. Руки Дайаны оставались скованными, не освобождёнными. Это напрягало, заставляя ждать какого-то подвоха, что вот-вот должен произойти.
– И всё же…
Пленённые руки сжались в кулаки, сердце пропустило удар.
– Всё же…
Пальцы вампира расслабились – словно распустилась слишком тугая верёвка, последним прикосновением скользнули по запястьям.
– Отныне и впредь… не входи в мою комнату, пока я сплю.
Хватка исчезла. Вампир опять взялся за недопитую бутылку и направился из кухни.
– А как насчёт… – вдруг вырвалось у Дайаны.
Она замолчала, не успев договорить, и сильно прикусила язык. Но шедший к двери вампир уже обернулся и, конечно, понял.
– Не волнуйся. Свожу я тебя на прогулку.
Дайана с внезапной робостью посмотрела на него. Запястья слегка ныли, к лицу возвращалась кровь.
– Слово Дориана Дрейка, – добавил вампир.
Глядя на неё, он осушил бутылку до дна, отвернулся и вышел из кухни, больше не проронив ни слова.
 
Глава 22. Ночная прогулка
Вампир опаздывал.
Лоб пошёл складками, стоило об этом подумать. Дайана сердито потёрла его рукой, призывая себя к спокойствию, и сделала глубокий вдох.
Свежий, наполненный цветочным ароматом воздух приятно пощекотал ноздри. Дайана улыбнулась, снова оглядела оранжерею, сад…
Сколько же прошло времени – неделя, две? – с тех пор, как десяток робких кустиков, что она вкопала в землю чахлого сада, укоренился и развился пышным цветником? Дайана покачала головой, по губам её так и блуждала улыбка. Нечто странное случилось тогда с её мыслями и руками, что неустанно, день за днём, копались в рассыпчатом грунте, поливали и заботливо ухаживали, пытаясь вернуть жизнь туда, где она погибла давным-давно.
Дайана сажала цветы в память того, что было, и ради того, что ещё будет. Она погружалась в это дело целиком, не обращая внимания, что всё вокруг становится всё зеленее. Лишь однажды, обернувшись на птичью трель, Дайана вдруг увидела истинный плод своих действий. Но в этом, казалось ей, не было ничего необычного. Никаких чудес, никакого особенного волшебства… Да и вампир, что в тот день ступил на преображённую землю своего поместья, не сказал ей ни слова.
Дайана украдкой вздохнула, поглядела по сторонам.
Одна, в сумеречном саду…
Дайана протянула руку к ближайшему кусту роз. Потёрла между пальцами шелковистый лепесток. Больше всего она любила алые розы, испускающие густой, пряный запах.
Погладив один цветок, Дайана перешла к другому, намереваясь одарить своей любовью всех. Словно они были питомцами, каждому из которых в равной степени доставались её ласка и забота. Счёт шёл на десятую розу, когда идиллия неожиданно кончилась.
– Замри!
Дайана застыла.
На крыльце дома возник вампир: фигура из ниоткуда, смутный силуэт из театра теней. Он приблизился одним шагом и осторожно отвёл в сторону колючий стебель.
– Могла оцарапаться. А кровь привлекает таких, как я. Думал, ты знаешь.
Тон предупреждения был резким, и несмотря на ценность сказанного, это задевало.
Дайана отодвинулась и вызывающе вскинула подбородок.
– Думала, сегодня ты уже выпил дневную норму!
Вампир прекратил хмуриться: усмехнулся, блеснул искорками в прищуренных глазах.
– Осторожность – превыше всего. Лучше не провоцируй.
Фыркнув, Дайана поджала губы, но с ответом не нашлась. Воспоминание о стальной хватке на руках всё ещё имело силу.
Вампир поглядел на неё с прежней усмешкой. Затем отвернулся, по обыкновению задрал воротник тёмно-фиолетового пальто.
Мрак в саду густел, расплываясь каплей чернил, что упала в стакан с прозрачной водой. Жители соседних домов задёргивали занавески, до утра отгораживаясь от мира… Вампир вынул из кармана брегет с изображением солнца и внимательно посмотрел на переливчатый, как лунный камень, циферблат.
– Похоже, самое время.
Он звонко щёлкнул крышкой и почти весело глянул на Дайану.
– Кстати, Ридделл. Ты хоть чем-то вооружилась?
Кивнув, Дайана хлопнула по карману плаща, в котором притаился револьвер. Барабан его был до отказа набит серебряными пулями.
– Похвально, похвально… Главное – не забудь, где спусковой крючок… А так…
– Не забуду! – обиделась Дайана, уязвлённая сомнением, что прозвучало в его голосе.
– Тогда потопали. Ты же не хочешь опоздать к открытию обсерватории? – пуще прежнего заулыбался вампир и первым пошёл в сторону ворот.
Поправив лямки рюкзака, Дайана бросилась вдогонку. Странная смесь раздражения, беспокойства и нарастающей эйфории, будто смерч, начала раскручиваться у неё внутри. Она нырнула в этот вечер с головой, едва стоило выйти за пределы дома Дрейков. Впереди ждали опасности и неведомые ещё открытия в новом, странном, но уже не таком чужом и пугающем мире… Но у неё были силы. Крепнущая уверенность в себе и в том, кто был опасным – вдвойне, втройне опасным! – но помогающим, в том, кто неизменно оказывался рядом и…
…в данный момент вышагивал чуть ли не в квартале от неё.
– Эй!..
Возмущённый вопль вернулся и ударил в Дайану эхом. Однако вампир продолжил идти с той же быстротой, только теперь стал ещё и насвистывать на ходу. Он умолк лишь тогда, когда Дайана – взмыленная, запыхавшаяся – догнала его у перекрёстка.
– Ты… я… как ты… неужели, так сложно…
– Что так сложно?
– Ты всё понял! – переведя дух, накинулась на него Дайана. – Ты оставил меня там! Совсем одну! Разве трудно было подождать?!
– Ты хочешь сказать, что надо было идти вместе. Бок о бок. Ага, – подчёркнуто нейтральным, серьёзным тоном сказал вампир, не сбавляя скорости.
– Вот именно, вместе! Я же просила! – обдав его ненавидящим взглядом, скрежетнула Дайана. Она до сих пор отставала от него на несколько шагов.
Вампир замедлился, повернул к ней лицо.
– Хорошо. Пойдём в ногу.
– Что я слышу? Это невероятно!..
– Но в таком случае не жалуйся, если все будут принимать нас за парочку.