Русалочка под прикрытием
Я выглянул. Грязная саблезубая тварь стояла рядом, скаля на меня клыки. Ее хозяин держал в руках тонкий и плоский предмет, наставляя это на моего двуногого, отчего тот вжался в стенку. Кажется, пора подразмяться, капрал я звездного флота или хлипкая девчонка?
Резко отдернул шторку и шагнул вперед. Без ног отказалось очень неудобно это делать. Получилось только вывалиться, шмякнувшись носом в лужу. Ну, ничего, овладею искусством борьбы на хвостах по ходу драки.
– Что это за тварь? – завопило лохматое чудовище, а его приспешник с огромными клыками зарычал еще сильнее.
Я поднял голову, откинул мокрые, слипшиеся волосы и встал на руках, оказавшись нос к носу с лохматым зверем. Зверь показал мне клыки, издал грудной рык, но с места не сдвинулся. Единственное, что я мог – это сесть, но и этого мне было достаточно, чтобы схватить зверюгу за шкирку и закинуть в ближайший бак. Лохматый двуногий округлил глаза, но, быстро сориентировавшись, замахнулся на меня ногой.
– Изыди в ад! – крикнул он, но легким движением хвоста я отправил его в бак к его зверюге.
– Бежим! – Марвин схватил меня за хвост и попытался втянуть обратно в тележку.
Лезть вниз мне совсем не хотелось, поэтому я подтянулся и запрыгнул наверх.
– Погнали! – протянул я руку как заправский капитан морского флота.
– Прямо так? – Марвин засуетился, пытаясь прикрыть мой хвост свисающими шторками.
– Подождем, когда этот выберется? – кивнул я на бак, который сотрясался от ворочащихся в нем двух лохматых тварей.
Марвин лишь взглянул, куда я указывал, схватился за тележку и бегом припустил по щербатым улочкам. Я только сильнее схватился за столик, чтобы на очередной кочке не улететь в лужу, которых по пути было предостаточно. Пробежав несколько дворов, мы остановились около четырехэтажного пошарпанного дома. Такие остаются после атаки кваггов, которые не жалеют мирных жителей и бомбят дома что есть мочи.
– Только не говори, что ты здесь живешь? – осмотрел я здание снизу доверху, не найдя ни двери, лишь тонкую пошатывающуюся на ветру лестницу, ведущую от одного ржавого балкона к другому.
– Ты никогда не видела жилых домов? – он поправил очки и подкатил тележку ближе к лестнице, схватил ее рукой и подтянул до самого низа. – Хотя да, ты же русалка, ты привыкла жить в свободном океане.
– Пфф, – почти сдержался я. Примитивные люди, думают, что, если у тебя есть чешуя, значит тебе прямиком нужно жить в луже. Вот именно из-за такой политики Империи квагги и взбунтовались. Когда ты живешь в равноправном мире, запрещать посещать разные части галактики только потому, что у тебя на морде чешуя, а не кожа, считается верхом неприличия.
– Держись, – Марвин подхватил меня на руки, перекинул через плечо и уцепился руками за качающуюся лестницу.
– Я туда не полезу, – пискнул я, удивляясь, откуда во мне столько страха, и схватился за рубашку Марвина.
– Ты и не лезешь, – с трудом выговаривая слова, Марвин карабкался вверх. Мне оставалось только болтаться на его плече, прикидывая, как лучше сгруппироваться, когда полечу вниз.
– Далеко? – без особой надежды спросил я.
– Четвертый.
Я смотрел, как увеличивалось расстояние от земли, как качалась от непривычного для нее груза лестница.
– Ты каждый день так домой попадаешь?
– Нет, – выдохнул Марвин, вставая на твердый и крепкий балкон, – но с тобой меня вряд ли пропустят.
Он повернул ручку двери и вошел в комнату. Застоявшийся запах дневной жары ударил мне в нос. Фу, как же противно пахнут мужские квартиры. Я зажал нос, но тут же отдернул руку. Надо переставать реагировать на все по-женски, а то скоро пойду новую шляпку выбирать. Марвин кинул меня на кровать и провел рукавом по лбу.
– Располагайся.
Я попрыгал на кровати. Мягко и удобно. Надеюсь, он предложит леди кровать, а не отправит меня спать в ванну с водой. В дверь постучали.
– Пап, – раздался тоненький голосок, – я знаю, что ты здесь, я тебя слышу. Я уже полчаса у тебя под дверью сижу.
Марвин заметался по комнате, схватил плед и кинул мне на колени, замотав хвост. Открыл дверь, и в комнату влетела темноволосая девчушка.
– Ой, – остановилась она, уставившись на меня, – я не знала, что ты не один.
– Знакомься, это Линн, – представил меня Марвин, а я широко улыбнулся, показывая всю свою доброжелательность. Но детей, видимо, так просто не провести.
– Кто это? – с вызовом проговорила она, складывая руки на груди и застыв в центре комнаты.
– Это, – замялся Марвин, – это мой новый ассистент. Для конкурса шеф-поваров. Я же тебе рассказывал, что мне может достаться должность. Мне нужен помощник, который поможет разработать новое меню.
– Почему не Валери? – девчонка сверлила меня глазами. Одним ударом хвоста я смогу отшвырнуть ее в стену, ей хватит, чтобы размозжить голову. Я улыбнулся еще шире.
– Валери не может быть моим ассистентом, она администратор зала. Аннет, что ты вообще здесь делаешь в такое время? – Марвин развернул ее к себе. Я с радостью убрал улыбку с лица. – Мама будет волноваться.
– Ты слышал, что мама хочет забрать меня? Что она хочет сделать моим папой этого тупого Клауса?!
– Аннет, не прилично так говорить о людях!
– О людях неприлично, а о Клаусе можно! Он же полное чудовище, гора мышц без грамма мозга!
– Мама знает, где ты?
– Да что ты все о маме, какая разница, знает она или нет? Ей наплевать на меня! Как и тебе!
Девочка бросилась к двери, я уже успел обрадоваться, что эта маленькая истеричка уберется из нашей с Марвиным комнаты, но этот двуногий бросился ее догонять.
– Подожди, – он схватил девчонку и прижал к себе, – мне не плевать, и ты это прекрасно знаешь. Да, я не лучший отец в мире, но я люблю тебя.
Сейчас расплачусь. Терпеть не могу сантименты, слезы, сопли и признания в любви. Надо бы убрать мелкую, чтобы не мешала мне внедряться.
– Уже поздно, – томно проговорил я, демонстративно зевнув во весь рот.
Девчонка отстранилась от отца и посмотрела на меня с вызовом.
– Она и ночевать у тебя будет?
Марвин опешил, переводил взгляд с меня на нее.
– Видимо, – неуверенно проговорил он и громко сглотнул. – Аннет, я сейчас вызову тебе такси и позвоню маме, чтобы не волновалась.
Он выскочила за дверь с невероятной скоростью. Слабак. Смотреть в глаза женщине, когда она застает в твоей постели другую, может далеко не каждый. Я стойко выдерживал взгляд девчонки.
– Кто ты такая?
Вот опять эти сложенные руки на груди и прищуренный взгляд. Эта не из тех, кто устраивает истерики, но своей прямолинейностью в гроб загонит кого угодно.