Бояръ-Аниме. Одаренный: кадет

Он и в самом деле готов был всадить мне в голову свинца — я видел это в его безумных глазах.
Спохватилась охрана, но в их глазах, в отличие от Дантеса, было смятение. Они не знали что делать — отбирать оружие у гостя или не лезть. Браун махнул им не вмешиваться. Сказал:
— Дантес, возьми себя в руки.
— Эрнст, ты не представляешь какой хитрый этот засранец. Его надо убить, прямо сейчас. Иначе он оставит тебя и меня без штанов — ты и моргнуть не успеешь.
«Это уж точно! — подумал я. — Уже оставил!»
— Дантес, я тут решаю, кому и что делать, кому жить, а кому умереть. Так что положи оружие!
Дантес глянул на Брауна. Безумие вновь захлестнуло его и он уже едва ли что-то соображал.
— Эрнст, он ведь обыграл нас. Неужели ты не понял? Он сейчас обыграл нас! Всех нас!
— Ты желаешь поспешные выводы, — холодно ответил Браун. — Или ты уже видел мои карты?
— Ну так покажите их наконец, — подлил масла в огонь я.
— Я его убью! — взвизгнул Дантес и повернулся ко мне.
И за мгновение до того, как ситуация накалилась, закипела и Данте начал палить во все стороны без разбора, невидимая рука схватила меня и в самое ухо мне кто-то произнес:
— Кажется, нам пора валить отсюда!
    
Глава 12 
 Посол
За мгновение до того, как пуля прошла у моей головы, меня кто-то дернул, и я завалился на пол.
— Дантес! Успокойся! — закричал Браун.
— Убью, подонка!
Оживилась охрана, выхватила пистолеты.
— Призрак, ты? — шепнул я.
— А кто же еще? — ответил знакомый голос.
И вновь прикоснулся ко мне. Я тут же исчез.
— Возьми себя в руки! — рявкнул Браун, подскакивая с места и отвешивая Дантесу звонкую пощечину.
Тот пришел в себя, успокоился, начал тяжело дышать, словно пробежал кросс. Потом глянул в мою сторону и вдруг вытянулся в лице.
— Где… он?
Остальные тоже перевели взгляды. На полу валялся только стул.
— Куда он делся?! — закричал Браун, обращаясь к охране.
Но та лишь пожала плечами. Они отвлеклись на беснующегося Дантеса и не углядели моего мгновенного исчезновения. А я в это время уже стоял с Призраком у дверей. Открывать их сейчас было ни в коем случае нельзя — сдадим себя. Выждать.
— Что за черт? — выдохнул Боров, тоже хлопая глазами и ничего не понимая. — Тут же только был!
Был — да сплыл!
— Где Пушкин? — зарычал Браун, подскочив к одному из охранников и схватив того за грудки. — Куда пропал?
— Тут он… был… — растеряно ответил тот.
Присутствовавшие принялись двигать стульями, заглядывать под стол.
— Долго не выдержу, — прошептал Призрак. — Тяжело держать.
— Терпи! — одними губами прошептал я. — Иначе крышка нам!
Самого Призрака я не видел, но чувствовал, как дрожат от напряжения его руки. Мне хотелось ему задать множество вопросов и один из них — как он нашел меня? Но это конечно же потом? Сейчас — предельная сосредоточенность и молчание.
— Я тебе глаза выколю за то, что проворонил Пушкина! — прорычал Браун в самое лицо охраннику.
Тот побледнел — знал, что это не простые угрозы.
— Эрнст, не горячись, — произнес Ворон, вставая со стула.
Браун посмотрел на него так, что тот вновь сел на место.
— Тяжело! — прошептал Призрак.
Я с ужасом увидел, как мои руки на мгновение проявились, хоть и пятнами, но стали видны! Если бы не полумрак, царивший возле двери, то нас бы точно обнаружили. Хорошо, что Призрак вновь напрягся и мы вновь стали невидимыми.
— Держись! — просипел я.
Призрак ничего не ответил.
По моей спине потекли струйки холодного пота. Я понимал, что если сейчас мы проявимся и обнаружим себя, то убьют не только меня, но и Призрака — свидетели им тут ни к чему.
— Какой у него Дар? — обернулся Браун к Дантесу. — Он может исчезать?
— Нет, — покачал головой тот. — Нет у него такой способности.
— Тогда куда он делся?
— Может, окно? — спросил Индюк, поглядывая на маленький квадрат, расположенный почти под самым потолком.
Окно было маленьким, но теоретически я мог в него пролезть.
Браун тряхнул головой. Он явно не понимал, как мне удалось проскочить туда не замеченным.
— Накурено, — продолжил размышлять Индюк, осматриваясь. — А паренек юркий, бойкий. Подпрыгнул — и линять.
Это объяснение устроило Брауна. Он рявкнул:
— Быстро, на улицу!
И первый бросился на выход.
Дверь распахнулась и трое охранников выскочили наружу. А следом за ними и мы.
Бежали мы так быстро, как не бегали никогда. Я хотел предложить Призраку затеряться среди толпы, но он лишь отмахнулся.
Мы выскочили на улицу, где нас уже ждала машина.
— Внутрь! — из последних сил выдохнул Призрак.
Едва мы заскочили в машину, как мой спаситель тут же вновь стал видимым. Вид у него был не важный — применение Дара высосало из него все силы и он едва не падал в обморок.
— Жми! — крикнул я, еще не видя кто был за рулем.
Колеса машины взвизгнули и мы рванули прочь. Выехав на соседнюю улицу и пристроившись в поток машин, я наконец смог спокойно выдохнуть и успокоиться. Выбрались из переделки.
— Пушкин, опять ты в какие-то неприятности сунулся? — проворчала Катя.
Перегородка между водительским креслом и салоном опустилась, и я увидел подругу.
— Катя! — радостно воскликнул я. — Как вы нашли меня?
— Скажи спасибо Иосифу. Он увидел, как ты выходишь на улицу с двумя какими-то… сомнительными девушками и пошел следом за тобой. Увидел, как тебя посадили в машину и сразу сказал нам. Ну мы и рванули в погоню. Если бы не пробка на Тверской, то не смогли бы мы тебя нагнать. А так, пока твои похитители объезжали ее, мы смогли упасть им на хвост.
— Катя, постой, — я присмотрелся к девушке. — Ты что, пьяная?
— А какой мне быть если я в клубе была? И отрывалась бы дальше, если бы не опять ты! Если сейчас перевернемся, разобьёмся и умрем — я тебя убью!
Мы еще долго колесили по городу, стараясь не заезжать на большие улицы. Потом, убедившись, что погони нет, решили ехать домой. Катя подбросила Призрака (тот к концу поезди уже пришел в себя, хоть и был еще слаб) до его дома, повезла меня.
Мы остановились возле дома. Я вышел, подошел к водительской двери.