Второй шанс. Его дочь

– Адам. В свидетельстве о рождении Анюты в графе «отец» стоит жирный прочерк. Так что отца у неё нет. По документам.
– Юля. Мы адекватно вообще-то можем поговорить?! Ты мне ничего не сказала. Это нормально, по-твоему? То есть я мог вообще о ней никогда не узнать?
– Считаешь, что девушки, которых ты бросаешь после мимолётной связи, должны порог дома тебе обивать?
– Если беременны моим ребёнком, то да. Должны. Во всяком случае, это было бы честно.
– Честно было бы вдвоём разгребать последствия. И сразу озвучивать…
Что для него все несерьёзно…
Я, наверное, так жалко выгляжу в своём возмущении… хотя… какая уже разница.
Но от правды не убежишь. И он ее знает.
– Тебя пять лет не было. И без тебя жилось замечательно. К нам с дочкой можешь и не приближаться, ты нам вообще никто. Если собрался поиграть в новоиспеченного папочку… что ж. Тебе это слишком дорого обойдётся.
– Я найму адвоката, – резко подаётся вперёд. Кажется, кто-то в бешенстве. Вон слова цедит. – И обяжу тебя допустить меня к дочери.
– Адам. Это все долго и мучительно. Ты подумай: оно того стоит? Если хочешь биться головой о стену – пожалуйста. Хоть до сотрясения. Выбор за тобой. Но я тебе не облегчу ни единого шага. Только палки вставлять в колёса буду.
– Я тебя засужу.
– Попробуй. Как будешь доказывать, что теоретически Аня может быть твоей? Я всегда могу сказать, что вообще тебя не помню. И мы и вместе-то никогда не были.
– Это ложь! Ты прекрасно это знаешь!!! – он уже вышел из себя, и на наш столик начинают коситься посетители. Спасибо тебе, Адам, за очередной цирк. – И не надо заливать про другого мужика! У тебя до меня не было-то никого! – переходит на несдержанный шепот.
– А ты докажи.
– Я хочу с ней познакомиться! – сбивает новой волной негатива. – Это такая проблема?
– Да. В качестве кого я тебя представлю? Деда Мороза?!
– Да мне плевать! Я хочу с ней хотя бы поговорить!
– Я уже сказала. Это будет тебе дорого стоить. Без официальной бумажки, что ты имеешь на это право, можешь даже не приближаться к Ане.
– Ты совсем, что ли?!
– Разговор вышел очень содержательным. Надеюсь, больше не увидимся, – поднимаюсь на ноги.
Меня всю трясёт. От него. От его злости. От его угроз. От собственных эмоций. Какого лешего он появился?! Пусть молча скроется с горизонта, и все.
– Юля. Ты зря это делаешь, – тоже подскакивает с места и пилит гневным взглядом. – Я предупреждаю.
– Это я предупреждаю. Ты для неё чужой дядя. Хочешь с ней общаться – пожалуйста. Но только по решению суда.
 
Глава 8
 
АДАМ
– Ты… ты даже не представляешь, какая она! – через стол машу ладонью перед лицом брата. У меня в голове сейчас слов больше, чем я способен произнести. И я говорю сбивчиво. – Она такая красивая! Такая взрослая уже! У неё волосы, как у Юльки. Вот точно такого же цвета! – на эмоциях продолжаю дальше трясти ладонью.
– Да лаааадно. Серьезно?! – испытываю едва преодолимое желание двинуть ему в морду, пока он ржет надо мной.
– Не! Я ему реально рассказываю, а он ржет!
Брат тянется вилкой к нарезке из копченого мяса. После – цепляет оливку и отправляет в рот. Пережёвывая, он тщательно пытается скрыть следы веселья на лице. Но я-то его лицо знаю, как своё. Каждый день такое же в отражении вижу.
– Так, – подначивает. – И?
– Она ещё смотрит так хитро на всех, будто что-то задумала. А ещё у неё такой носик маленький, она все время его смешно задирает и хмыкает. И брови ещё так сводит, хмурится, – пальцем рисую невидимую линию, соединяющую мои брови, – как будто возмущается! Она такая…. Я просто в шоке! Захотелось отвести ее в детский магазин и купить ей все, что она захочет. За каждый день ее жизни, что я о ней не знал.
– Ну теперь знаешь и что делать будешь?
– Да я ещё сам не разобрался, – складываю руки перед собой. – Я вообще с детьми так-то не лажу. И не задумывался особо.
– Вообще-то ты только недавно развёлся. Как это не задумывался? Брак сам по себе наличие детей предполагает.
 
– Не. Ну мы с Софкой обсуждали, конечно. В далёком будущем. А сначала решили для себя пожить. Родить-то всегда успели бы. А тут… она такая уже большая! Я красивее ребёнка в жизни не видел!
– А тебя не смущает, что она уже взрослая? И принять тебя, возможно, не согласится?
– Ты о чем сейчас? – прищуриваюсь воинственно.
– Ну как же, – Аскар отправляет в рот ещё одну оливку. Я не понял. Он их в жизни не ел… – Ребенок подросший. Привык, что тебя не существует. Свое мнение, все дела. А тут ты нарисовался. Кстати. А как с Юлей дела обстоят? Она, кажется, настроена к тебе была негативно.
Тяжело вздыхаю.
– Негативно? Это ещё слабо сказано.
– А чего это она на тебя всех собак готова спустить? Обидел девочку?
– Давай не будем, – настроение падает. Да я вроде как действительно же ничего не обещал, в любви не клялся. Юля могла бы и сказать, что забеременела. Или хотя бы когда родила уже.
Вновь вздыхаю.
– Какие мысли? – Аскар откидывается на спинку кресла и насмешливо на меня смотрит. Конечно, ему хорошо говорить. У него с Олей все зашибись. Вон скоро долгожданный первенец родится. А мой первенец уже подрос.
Я реально о детях никогда не задумывался, всегда принимал меры. Даже с женой мы были аккуратны в этом вопросе, потому как не хотели торопиться. Как так могло получиться. Я уж не вспомню, конечно…
В общем… полнейший ступор.
Аню как увидел, взгляд не мог оторвать. Заворожила меня. Как маленькая колдунья. Глаза у неё волшебные. Доверчивые, но хитрые. Юлька в своё время тоже меня обворожила. Потом развеялось как-то… да и она была молода для меня. Категорична моментами. Слишком многого ждала, слишком сильно привязалась.
Я хотел ей сказать, что не планировал серьёзных отношений, хоть она и красивая, хорошая девчонка была, но не по мне оказалась. Как-то все пошло не туда. Мне хотелось легких встреч, а она постоянно завязана была на родителях. Туда нельзя, сюда не шагни. Здесь папа не отпустит. Как-то намекнула: мол, может, ты отпросишь, скажешь, что я с тобой…. Не-не-не, не для меня это было. Мне ещё папаш не хватало для полного счастья. Да в общем, как оказалось, не мое, интерес угас очень быстро.
Я как-то запулил в клуб с пацанами – хорошо тогда оторвались, редко я, на самом деле, по ним шарахаюсь, в отличие от жены бывшей, – там ко мне ещё такая блондиночка приклеилась, грех было не уделить ей время. Утром, когда я спросонья был, Юлька позвонила с наездом, я даже и не понял ничего сначала. Она сразу начала с претензий. Я разозлился, сказал, позже перезвоню и приеду пообщаться. Как-то меня такие наезды вообще не радовали. Короче, Юлька потом и сказала, что видела меня с той блонди, ну надеюсь, уж не в подсобке… и да, я, кажется, чтобы с пацанами забуриться, Юльке что-то про протекающее масло наплёл… ну а что? Это проще, чем ей объяснять, почему я хочу пойти без неё. Тем более что ее опять отпрашивать надо…
Так и разошлись. Она в слезах. Я с облегчением.
Я ж не знал, что…
– Ну в общем, дочь у тебя есть, по словам девушки. А дальше-то что?
– Сам не знаю.
– Ну ты ж не хотел детей…
– Да я и сейчас-то не хочу так-то. Но… ты ж просто Аню не видел. Она такая… блин! Ей хочется дать все, что она желает! Не могу я просто глаза закрыть. А Юлька меня удавить готова!
– Может, есть за что?
– Может, и есть. Ты мне скажи лучше, – переключаю тему: сейчас мне нечего ответить моему очень проницательному братцу. – Ты чего все мои оливки сожрал?! Ты их не ел никогда! Последняя, блин, банка!
– А. Оля приучила. Она салат с ними всегда делает. Я и вошёл в раж.
– Ну спасибо Оле, че, – отодвигаю от себя пустое блюдце. А мыслями возвращаюсь ко вчерашней встрече.
*****
Внимательно смотрю за удаляющейся парой: моложавая женщина средних лет придерживает за руку девочку. Иду за ними, не отрывая взгляда от девчушки. Гляжу ей вслед, как заворожённый. Это. Моя. Дочь. И ей уже четыре года…