Капитан «Неуловимого»
На борту я сразу замотался в одеяло, на голову набросил полотенце, прошёл в рубку и, запустив движок, повёл катер прочь от места захвата трофеев в сторону стоянки субмарин, где у них была база. Взором я уже изучил акваторию, что где находилось в порту, и прикинул, как действовать. А что, спускать такое наглам я не собираюсь, пусть познают всю мою злость. Пожаловаться они никому не смогут, операция-то тайная. Заодно запасы пополню, тем более в Хранилище у меня есть свободное место для трофеев. Вон, те же запчасти для британской лодки и эсминца нужны, торпеды и боеприпасы, топливо особенно, да и всё, что смогу, возьму.
Я спокойно подошёл к причалу. Тут было свободное место: видимо, лодка, стоявшая тут ранее, ушла. Это, наверное, та, что на входе в охранении находится. Пристань тут невысокая, всё же для подлодок, так что я смог подняться на неё, уцепившись за лестницу. Убрал катер и направился к сходням ближайшей подлодки. Она как раз и была типа «Т». К слову, одна здесь такого типа, остальные были других моделей. А в стороне вообще стояла американская типа «Гато», которой непонятно что тут нужно было.
От бинтов на голове я избавился ещё в самолёте, а на борту катера снова надел робу британского офицера-подводника. Пусть от неё заметно несло мочой, но она была сухая. Сверху накинул куртку лётчика с меховым воротником, так теплее. На ногах были полуботинки, британские, подобрал свой размер на борту британского эсминца, который находится у меня в Хранилище.
У сходней подлодки никого не было: вахтенный матрос, как я видел Взором, укрывался с подветренной стороны рубки. Увидев меня, он тут же вскочил. Вырубив его ударом ребра ладони по шее, я положил матроса на покрытие пристани, а сам убрал эту лодку в Хранилище. Пользуясь тем, что тревогу ещё не подняли, я пробежался до «Гато», прибрав и его. Глядишь, пригодится.
Заметив банк и особенно его неплохие хранилища, я взломал вход, из пистолета с глушителем уничтожил охрану и вскрыл хранилище, просто убрав дверь сейфа в своё Хранилище, а потом достав её обратно и уронив на пол. Там я забрал все ценности и ящики с золотом, которого было на удивление много, около тридцати тонн. Почти всё в слитках, в монетах не так и много: пара небольших мешков будет, где-то около пяти тысяч золотых гиней. Я оставил в хранилище два ящика с тротилом, сто кило, плюс шесть фугасных снарядов от «Карла». Бикфордову шнуру гореть полчаса.
После этого я направился к флотским военным складам, где хранили боезапас для подлодок, включая торпеды. Именно в это время по всему городу и базам поднялась тревога, что, впрочем, не помешало мне осуществить задуманное и забрать содержимое складов. Тут и банк взорвался – полгорода сдуло. М-да, переборщил…
После этого я на велосипеде покинул город. Наглы со своей светомаскировкой как слепые, а фонарики не особо помогали. Так что я обошёл все заслоны, которые они спешно устанавливали, и остановился за пределами территории города. Тут я достал миномёт – о да! – но британский, из оснащения того батальона, который находился на борту «Либерти».
Миномёт был средним, примерно 80 миллиметров. Установив его и выпустив первые десять мин, я сильно в нём разочаровался. Он бил едва на полтора километра, дальность мизерная, я думал, хотя бы три будет. Поэтому я его убрал и установил наш советский, полковой. Вот этот доставал до порта. Мин было приготовлено достаточно, этим я у себя на квартире занимался, и теперь вот использовал.
Я расстрелял три оставшиеся подлодки, от повреждений они пошли на дно. Бил по скоплениям солдат, рассеивая их и нанося тяжёлые потери, потом по складам. Бил и по боевым кораблям, это были в основном тральщики да пара сторожевиков. Некоторые горели, некоторые тонули. Чтобы утопить даже малый тральщик, нужно было положить не менее десяти мин. Хотя один раз и двух хватило: артпогреб взорвался. Жаль, что в это время ещё три мины уже в воздухе были – зря выпустил. Склады тоже горели.
Убедившись, что вся военная инфраструктура уничтожена, включая шесть зенитных батарей и военный аэродром, где начались пожары на складе ГСМ и на стоянке самолётов, я убрал миномёт. Убрал и все пустые ящики, чтобы не оставить никаких следов использования советского вооружения. И хотя, как я отметил, две мины не взорвались, они ушли на дно вместе с теми кораблями, в которые попали: я не мазал.
Я утопил шесть сейнеров и несколько шхун, а также уничтожил три грузовых судна, находившихся в порту: два из них утонули, а один горел, команда спешно его покидала. Уничтожил бы и больше судов, но дальность миномёта не позволила: они находились за пределами его дальности. Обстрелял я и тех, что ожидали меня на пристани с санитарным «доджем». Эти знали, кого доставили на «Каталине», поэтому я постарался сделать так, чтобы они не выжили. Не особо получилось, но проредил эту команду знатно, обломки «доджа» разметало по всей пристани.
Достав мотоцикл, я покатил прочь. Тут дело сделано, но сколько ещё таких портов в Англии? Я собирался посетить их все. С Эдинбургом закончил, пора перебраться в другое место и, пользуясь темнотой, поработать там. А если повезёт, то и не в одном месте побываю. Чем больше наглы будут нести потерь в людях и технике, тем лучше.
Подставляюсь? Могут осерчать и что-то Союзу сделать? А вот я так не думаю. Не будут они это афишировать. Сами меня похитили, убив при этом наших командиров и команду (а я уверен, что те, кто был на катере, мертвы), а теперь ещё ноту протеста предъявлять? Нет, сцепят зубы и будут ловить меня изо всех сил. Тут, главное, лицо не светить, и пусть докажут, что это был я.
От города я отъехал не так и далеко, километров десять будет. Убрал свой мотоцикл-одиночку, к слову, французского производства, из немецких трофеев, и достал «шторьх» и лётчика. Это третий, я его ещё не использовал. Вообще, пока я катил по этой просёлочной дороге (на основную трассу не выезжал), не раз видел симпатичные и привлекательные цели для обстрела, но терпел. Я хотел ночью сделать рывок подальше, уйдя за зону поисков, и поработать там, где меня точно не ждут.
Летун, который был лейтенантом, сразу забрался в салон самолёта, запустил мотор и, не прогревая (тот и так горячий), сразу пошёл на взлёт. Пока летели, я за штурмана был. К тому времени я успел переодеться в гражданское, сняв форму британского моряка.
А направлялись мы к Ливерпулю. Это крупный порт, его обстрел и большие потери серьёзно ударят по наглам. Ох и взвоют они! Так сами виноваты. Летели на бреющем напрямки, тут лететь чуть меньше трёхсот километров. Уже через полтора часа мы были на месте. Посадку совершили в десяти километрах от города, сев прямо на дорогу.
Я убрал лётчика и, заправив самолёт, отправил его следом. Достал велосипед (всё же это бесшумный транспорт) и покатил поближе к городу. Нет, я помнил о верховых лошадях, на них быстрее было бы, но они как раз шумные: цокот копыт далеко разносится. А велосипед – это красота для диверсанта.
В трёх километрах от окраины я остановился, убрал велосипед, задумался на миг и, проказливо улыбнувшись, стал доставать артиллерию. Место я нашёл действительно отличное, подальше от расположения зенитных батарей. До ближайшей было около километра, пришлось мириться с соседями. Ну ничего, недолго им сидеть в тишине.