Пристанище ведьм

Он повел меня вверх по главной лестнице и дальше по извилистым коридорам с головами оленей на стенах и чучелами кабанов, мечами на постаментах и даже, если глаза меня не обманывали, заспиртованной человеческой рукой в банке. Электрические бра жужжали, разгоняя тьму, но помимо них коридоры заполняли еще и сотни белых свечей, капавших воском на все плоские поверхности.
Каждая мышца в моем теле напряглась от растущей тревоги. Платье стесняло движения, шпильки впивались в голову, тепло Финна забиралось под кожу, волнуя сердце. Я пыталась сосредоточиться на собственном дыхании, каждом вдохе и выдохе, на текущем моменте. Нельзя было отвлекаться.
Нас окружала пугающая пустота. В коридоре не встретилось ни одного человека. Хотя слышно было, как внизу хлопает дверь и веселый хохот проникает с холодной улицы в здание.
Мы остановились перед резными дверьми из красного дерева – такими высокими, что они дотягивались до потолка.
– Готова, Ватсон? – пошутил Финн, и в уголках его глаз собрались морщинки, но в них читалась не только улыбка, но и тревога.
Я кивнула.
– По твоей команде, Ватсон.
Сердце у меня отчаянно колотилось. Наверное, даже Финн его слышал.
– Ты взломаешь замок, а я обыщу кабинет, – сказал он. – Стой на стреме. Если кого увидишь – хлопни дверью, чтобы дать мне знак, и постарайся его отвлечь. Если спросит, зачем ты здесь, скажи, что ищешь судью Кэллахана.
Отца Оливера?
– Откуда ты его знаешь?
– Нет времени объяснять, – сказал Финн, кивая на медную ручку. – Мне эту дверь не открыть. Ты намного лучше умеешь манипулировать объектами. У тебя точно получится. Даже не сомневаюсь.
Он смотрел на меня с такой непоколебимой уверенностью, что я ощутила прилив гордости. Уильям относился ко мне с тем же безоговорочным доверием.
Я сосредоточила взгляд на двери и закрыла глаза.
– Скажи díghlasáil, пожалуйста, – тихо попросил Финн, и голос его звучал так, будто он далеко-далеко.
Я послушалась. В моих устах слово прозвучало не особо изящно, но я тут же ощутила магические колебания, и дверь отворилась с приятным щелчком.
– Молодец, – сказал Финн, и я просияла от его похвалы.
Мне искренне хотелось в самом деле быть такой же сильной, какой он меня представлял.
Финн повернул ручку, приоткрыл дверь и юркнул внутрь. Я осталась одна в холодном коридоре.
Особенно тяжело прошли первые несколько минут. Я вздрагивала всякий раз, когда внизу хлопала дверь. И от нервов искусала ноготь аж до крови.
– Все в порядке? – прошипела я.
– Да, секундочку, – приглушенно отозвался Финн.
Я оставила большой палец в покое и принялась считать до двадцати, потом до шестидесяти, ста, двухсот… В коридоре раздались шаги. Не слишком близко, чтобы сильно меня встревожить, но и недостаточно далеко.
В кабинете стояла тишина.
– Поспеши, пожалуйста, – прошептала я.
Наверное, слишком тихо для того, чтобы Финн меня услышал.
Теперь шаги сопровождали еще и голоса – мужские, разумеется. Низкие, гремучие. Разобрать слов было пока невозможно.
– Финн, – пролепетала я едва слышно, будто молитву.
– Почти все, – ответил он.
За дверью слышался треск бумаги, скрип ящиков, стук ботинок с гладкой подошвой, приглушаемый дорогим ковром.
Шаги в коридоре звучали все ближе. Слишком близко.
Меня охватила паника.
– Dorrstanga, – прошипела я себе под нос, призывая свою магию.
Заклинание было довольно простое, и мы выучили его на практическом применении еще несколько недель назад.
Дальше по коридору, ближе к лестнице, дверь распахнулась и захлопнулась с таким шумом, что в здании поменьше от него сотрясся бы целый этаж.
Шаги ускорились, но теперь они двигались в обратную сторону.
Мое облегчение длилось недолго.
Внезапно из-за угла появился мужчина средних лет, и он явно был далеко не так удивлен нашей встрече, как я.
На нем была одежда, в которой я представила бы австро-венгерского дипломата: в насыщенных синих и красных тонах, с золотыми запонками. По жилету тянулась цепочка от карманных часов. Фигура у него походила на бочку, а подбородок был задран. Такой явно не привык тесниться в углу.
И улыбался он страшной улыбкой человека, который ощущает полную власть.
– Любезно с вашей стороны к нам присоединиться, – сказал он.
Слова застряли у меня в горле. Я огляделась, ища спасения.
– Я ненадолго, – наконец пробормотала я. – Просто ищу судью Кэллахана. И, кажется, потерялась.
На его лице возникло выражение преувеличенного разочарования.
– И никому не хватило приличия вас сопроводить? Поверьте, дорогая моя, завтра я разберусь с этими грубиянами. А пока позвольте самому показать вам дорогу.
Он шагнул ко мне, вытянув руку.
Я отшатнулась и покосилась на громадные настенные часы.
– Вы очень любезны, сэр, но я уже сильно задержалась, и моя семья наверняка меня хватилась. Простите, если создала неудобства. Попробую обратиться к судье завтра.
Все это я произнесла на одном дыхании. Налепила на лицо улыбку и постаралась выглядеть как можно милее и безобиднее.
– Бросьте, не зря же вы приходили! Можете провести у нас весь вечер, – предложил он, хлопнув в ладоши, и снова шагнул ближе.
Я прижалась спиной к стене, и рейка врезалась мне в позвоночник. Ощущение того, что надо мной нависает высокий крупный мужчина, вызывало тошнотворные воспоминания.
Черт побери, Финн! Где же ты?!
В эту минуту он выскочил в коридор, словно призванный моими мыслями.
– Финн! – приветливо обратился к нему здоровяк. – А ты что здесь делаешь? Мы вот-вот начнем праздновать.
– Конечно, сэр. Мы просто искали судью, – объяснил Финн и взял меня за руку, чтобы увести в сторону, но мужчина в костюме дипломата положил ладонь ему на плечо и хищно ухмыльнулся.
– Сомневаюсь, что он нашелся бы в моем кабинете.
– Вы правы, сэр. Его там не было. Я провожу Фрэнсис до выхода и сразу вернусь.
Рука у меня вспотела, и Финн крепко ее сжимал, чтобы она не дрожала.
– Ах, молодые вечно спешат! – воскликнул «дипломат». – В мои времена гостей умели принимать как должно. Скажи, дорогая моя, как тебя зовут?
Я подумывала над тем, чтобы солгать, но Финн не дал мне шанса:
– Это Фрэнсис Хеллоуэл.
– Родственница нашего покойного Уильяма? – спросил «дипломат».