Пристанище ведьм

– У одного моего близкого друга пропал брат. Ушел на работу и не вернулся. Начальник цеха сказал, что там он вовсе не появлялся. Честно говоря, самого парнишку я мало знал, но он производил на меня хорошее впечатление. И мой друг полностью раздавлен.
Видно было, как сильно его это тревожит, и у меня просто сердце разбивалось.
– Мне очень жаль, Финн.
Я подавила воспоминания о первых днях после исчезновения Уильяма. Как рыдала, лежа на полу кухни. Как орала на полицию, чтобы искали тщательнее. Тогда я потеряла брата, а Финн – друга. Нельзя забывать о том, что и его наверняка до сих пор терзает боль потери.
– Спасибо. Со мной-то все будет в порядке. Мне еще хочется верить, что все это одно большое недопонимание и через пару дней его найдут. Может, он вовсе сбежал с цирком.
– Будем надеяться на цирк, – сказала Максин.
Я вытянула руку, чтобы положить ему на плечо, но отдернула в последний момент. Казалось как-то неправильно сейчас его трогать.
Финн печально кивнул и сделал глубокий вдох, словно затягивая все тяжелые эмоции внутрь.
– Правильно. Ну, хватит о моих горестях. Давайте начинать.
Он открыл «Элементальную магию» на одной из последних страниц. На ней не было ни рисунков, ни схем – только стена текста. Буквы наезжали друг на друга, и разобрать их было практически невозможно.
Сегодня Финн выглядел как персонаж готического романа. Фиолетовые круги под глазами, кудри мягко развеваются на осеннем ветру, воротник черного шерстяного пальто накрахмален и закрывает шею.
– У меня уже есть идея, что сегодня опробовать, – сказал он, поднимая взгляд от книги.
– Я хочу опробовать «Воскрешение», – напомнила я. – Неизвестно, сколько времени у нас осталось.
– Если освоим это заклинание, нам будет проще справиться с более сложными вроде «Воскрешения», – пообещал Финн.
– Как?
– Ты мне доверяешь? Попробуй пошевелить моей рукой, Фрэнсис.
– Твоей? – растерялась я. – Зачем…
– Нам говорили, управлять другими людьми опасно и вообще запрещено, – вмешалась Максин, строго глядя на Финна.
Он покачал головой.
– В вашей академии без правил никуда, а? Но это не совсем то. Да и человеческая душа не подчиняется законам. Предлагаю все равно попробовать.
– Там есть слова заклинания? – уточнила Лена.
– Нет, достаточно сосредоточиться на своей душе и представить, как она выходит за пределы телесной формы.
Я не совсем поняла, что это значит, но послушно уставилась на его изящные пальцы с белыми полумесяцами ногтей и смотрела на них до рези в глазах. Ничего не происходило.
– Не очень понимаю, что от меня требуется, – призналась я.
Финн отложил книгу на бревно и подошел ко мне – так близко, что мы оказались буквально нос к носу.
Лена с Максин наблюдали за нами, недоверчиво щурясь.
– Пошевели моей рукой, – прошептал Финн.
– Не могу, – шепнула я в ответ.
Как по мне, это было совершенно бесполезное занятие и Уильяму никак не помогало.
Финн мучительно медленно поднял руку и убрал прядь волос, упавшую мне на лоб. Это легкое прикосновение отдалось жаром в моем теле.
– Попробуй, – сказал Финн, поглаживая мой висок.
Я помотала головой. Сердце бешено колотилось в груди, и было очень неловко, что Лена с Максин на нас смотрят.
Его пальцы скользнули к моим губам. Я дрожала и с трудом удерживала взгляд на лице Финна. Большой палец коснулся нижней губы.
Он сощурил карие глаза, и во мне что-то перевернулось.
Нет. Не сейчас.
Вдруг Финн отдернул руку и отшатнулся. Листья хрустнули у него под ногами.
Он расплылся в волчьей улыбке.
– Молодец.
– Это из-за меня? – ахнула я, хотя и сама чувствовала прилив магии.
– Да.
Лена повернулась к Финну.
– Ты удивлен?
– Да. Всего раз видел, чтобы такое делали. У самого никогда не получалось. А наша дорогая Фрэнсис справилась меньше чем за пятнадцать минут.
«Вот и прошло время глупых заклинаний о любви», – подумала я.
Лена с Максин заговорили одновременно:
– Как?
– Можно я попробую?
С ними Финн не стал использовать ту же хитрость, что со мной. Может, понимал, что они и не позволят близко к ним подойти или что с ними такой подход не сработает, в отличие от меня. Они медитировали около часа и сжимали оникс – черный камень, который Финн захватил с собой.
– Твой мизинец пошевелился! – крикнула Максин.
– Ничего подобного! – ответила Лена.
Максин улыбнулась.
– Не ври!
– Может, я просто дрожу от лютого холода, – пожаловалась Лена.
– Эх, если бы только какой-нибудь добрый самаритянин связал для тебя митенки, – с наигранной грустью проговорил Финн.
Было немного странно думать о том, как он вливается в нашу маленькую женскую компанию.
– Мне холодно. Завтра на учебу. Я сдаюсь, – объявила Максин, вскакивая с земли и отряхивая пальто.
Максин с Леной отошли к краю поляны, в сторону академии, а Финн наклонился за своей сумкой.
– Ты поедешь в город на поезде?
– Ага. До станции отсюда недалеко.
– Спасибо, что пришел, – сказала я, сама не зная почему. Не то чтобы это я его просила мне помогать.
– Ерунда.
– Думаешь, есть причина, почему мне эта магия управления дается лучше, чем другим? – тихо спросила я.
Для меня это была новая сторона магии, и я затруднялась сказать, хотелось мне узнать о ней больше или нет.
Финн пожал плечами.
– Способности у всех разные. Кто-то сильнее, кто-то слабее. Наш мир вообще странная штука, Фрэнсис Хеллоуэл.
– Фрэнсис, идем! – позвала Максин.
Я попрощалась с Финном и поспешила за подругами, терзаясь мучительной головной болью и страхом перед теми новыми силами, что открыла в себе самой.

Неделю спустя мы снова выскользнули на поляну в лесу. Финн выглядел даже хуже, чем в прошлую нашу встречу. Волосы совсем растрепанные, глаза опухшие, одежда мятая. За эти дни он ни разу не являлся мне во сне, поэтому я сильно за него волновалась. И, видимо, не зря.
Максин тоже это заметила.
– Господи, что с тобой?
– Тоже рад тебя видеть, – ответил ей Финн, но улыбка у него вышла кривая.
– Все в порядке? – спросила я.