Пристанище ведьм
Теперь в моей груди словно образовалась такая же яма. Стоило мне подумать, что я наконец избавилась хотя бы от части своей боли, как приходила новая волна из бездонного океана горечи. После смерти Уильяма я надеялась, что смогу заполнить эту пустоту внутри, если найду убийцу. А благодаря Финну у меня наконец мог появиться на это шанс.
Завтрак я пропустила, но к началу уроков успела. Миссис Робертс выдала мне жесткую щетку: сегодня был день волшебного мытья посуды.
Я уже намылила тарелку, когда Лена подвинула ко мне свою тетрадь и с намеком кивнула на нее.
Внутри нашелся аккуратно сложенный квадратик бумаги. Я сунула его в карман фартука, и там он лежал до самого позднего вечера, не покидая мои мысли ни на секунду. В «Колдостане» везде есть глаза. Поэтому я ушла с ужина пораньше и прочла записку у себя в комнате, в полном одиночестве. Она была от Максин, набросанная мелким, угловатым почерком: «Четверг, десять вечера. Встречаемся в моей комнате. МКД».
Толстая полосатая кошка, лежавшая на кровати Лены, покосилась на меня, и я шепнула ей:
– Тсс, никому ни слова!
А затем поднесла записку к огоньку газовой лампы на тумбочке, и от горящей бумаги поднялся черный, буйный дым, подобный моему нетерпеливому ожиданию.
Глава 13Следующие несколько дней я так волновалась, что совсем не могла сосредоточиться на уроках. С трудом поднимала иголку в классе миссис Робертс. Миссис Ли была настолько недовольна моим скромным вкладом в наши дискуссии, что мне пришлось солгать, будто я тщетно пытаюсь вспомнить лицо отца – просто для того, чтобы она перестала глядеть на меня исподлобья.
Лишь после захода солнца в четверг я задумалась над тем, правильно ли поступаю. Выбор был сложный, но я прислушалась к своему сердцу, которое жаждало ответов и возможности вновь увидеть брата.
Мы с Леной сидели на ее кровати и ждали, пока часы пробьют десять. Она ловко накладывала изящные узоры из зеленого бисера на отрез кожи, а я вышивала черные розы на бледно-розовом хлопке – хотя не так проворно, как Лена. Заклинания из класса миссис Робертс сильно упростили бы нам жизнь, но сейчас меня странным образом успокаивало знакомое покалывание в пальцах.
Мы отложили вышивку, когда стукнуло без четверти десять, и набросили пальто поверх сорочек.
Максин ждала нас у себя в комнате, как и обещала. Она закуталась в плащ с капюшоном и спрятала книгу под него. С толстой серебристой косой, переброшенной через плечо, она выглядела как образцовая ведьма – чего, наверное, и добивалась.
Ночью «Колдостан» выглядел особенно жутко: пустые коридоры, мрачные и безлюдные, походили на камеры застывшего сердца.
Ступая как можно тише, мы добрались до невзрачной деревянной двери. Максин трижды по ней постучала. После мучительной паузы дверь отворилась, и на темный пол коридора упала полоса света.
На пороге стояла темнокожая женщина средних лет в белом муслиновом платье. Я видела ее впервые. Тугие кудри были собраны в пучок и закреплены перламутровым гребнем. Глаза лучились добротой, но она строго произнесла, поджав губы:
– Быстрее, пожалуйста.
Мы вошли в теплое чрево кухни, и Максин поспешила дальше, проводя пальцем по деревянным столешницам, надраенным до блеска.
– Спасибо еще раз за помощь, Флоренс.
– Все-таки зря вы это, девочки, – высказалась Флоренс, вскинув брови.
Максин пожала плечами.
– Ну, раз вы так считаете – тем более спасибо. – Тут она повернулась к нам с Леной. – Флоренс заправляет кухней. А за черным ходом из кухни особо не следят.
– А ей точно можно доверять? – спросила Лена.
– Эта девочка мне уже нравится, – с улыбкой заметила Флоренс.
Максин рассмеялась.
– Можно, потому что я ей доверяю.
Мне этого было достаточно.
Мы тихо шагали по теплому кирпичному полу. В дубовой двери, ведущей на улицу, было вырезано круглое окошко, затянутое чернотой ночи.
– Сегодня дежурит Хелен. Я угостила ее бренди после ужина. Будем надеяться, оно слегка притупит ее бдительность. Но вы все равно поосторожнее, девочки. Обещаете? – попросила Флоренс.
Максин взяла ее за руки с такой нежностью, какой я ни разу в ней не замечала.
– Обещаю, мисс Фло.
С этими словами она отворила дверь, и мы вышли на холодный воздух – влажный, тяжелый, но все равно приятно освежающий после долгих дней в помещении.
Максин отперла ворота, и мы оказались в парке.
– Спасибо, что помогла нам сегодня, – сказала я. – Знаю, ты тоже сильно рискуешь.
Она пожала плечами.
– Нам повезло, что Флоренс на нашей стороне.
Лена кивнула.
– Приятно нарушать правила академии, которую я всем сердцем ненавижу. Настоящий катарсис, если можно так выразиться.
В тишине мы приблизились к лесной чаще в парке и остановились на восточной опушке. Я взяла подруг за руки и прошептала:
– Чтобы не потеряться.
Максин прыснула.
– Можешь честно сказать, что просто хочешь подержать меня за руку.
Я толкнула ее плечом, но не отпустила.
Атмосфера парка давила на нас со всех сторон. Даже забавно, как много времени я проводила в месте, которое вызывало у меня неясную тревогу.
В тополиной роще мелькнул свет фонаря, и мы быстро нашли по нему Финна.
– О, Фрэнсис! Знал, что ты придешь, – начал было он и осекся, увидев со мной подруг.
Мы смерили его вызывающим взглядом.
– Я думал, ты придешь одна, – сказал Финн после напряженной паузы и сощурился, словно что-то подсчитывая у себя в голове. – Ну что ж, чем больше – тем веселее, – наконец смирился он. – Позвольте представиться, леди. Я Финн Д’Арси, друг покойного брата Фрэнсис.
– Максин Дюпре, и вовсе не леди.
– Лена Джемисон.
Финн кивнул.
– И можно узнать, зачем вы последовали за нашей доброй Фрэнсис в темный лес?
Казалось, ответ был очевиден. Мы все горели желанием учиться магии.
– Не могли же мы отпустить ее на встречу с каким-то неизвестным парнем, – отозвалась Максин с усмешкой.
Поднялся ветер и взметнул кудри Финна.
– А, понимаю, – сказал он. – Уильям был бы очень счастлив, что у его сестры такие заботливые друзья.
Звук любимого имени наполнил меня теплом. Я ощущала иллюзорную близость Уильяма, когда о нем упоминали другие, и от этого становилось чуть легче. Он наверняка увидел бы в этой вылазке увлекательное приключение. Даже закуски с собой захватил бы.
– Тут довольно холодно, так что вы наверняка предпочли бы сразу перейти к делу, – сказал Финн.