Шаг навстречу вопреки…
– Я обещаю отец, что больше не подведу тебя! – положил ладонь на руку отца, – Собрание через пять дней, что мне делать?
– К тому времени, надеюсь, что нибудь прояснится! Я ещё думаю! Пока ничего не делай! – настоятельно произнёс отец.
Стук в дверь прервал наш разговор. Обернувшись я увидел в проёме палаты Савина Вадима, собственной персоной. В деловом сером костюме и туфлях, на которые небрежно накинут халат и бахилы.
– Здравствуйте! – произнёс он и застыл на пороге, встретились взглядом со мной.
Все слова, которые я говорил отцу до этого, хотелось забрать обратно и начистить ему морду прямо здесь и сейчас. Но я пообещал отцу, да и скандалы в палате не нужны. Меня начала бить нервная дрожь. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Я встал со стула, обошёл кровать и отошел к окну, увеличив расстояние между нами и повернувшись спиной. Ради здоровья отца я справлюсь с собой. Чего бы мне, это не стоило. Тем более отец предупреждал, что написал ему приглашение на собрание акционеров, но увидеть его в палате моего отца, после всего, я не ожидал.
– Здравствуй Вадим! Чего застыл? Проходи! – отец ответил на приветствие.
Голос его был спокойный и радушный, я же наоборот держался, чтоб не плюнуть в его наглую рожу.
– Как ваше здоровье Игорь Викторович? – спросил Вадим, присаживаясь на стул.
Я негромко хмыкнул, не поворачиваясь в их сторону.
– Уже хорошо. Немного отдохну и опять в строю! – улыбнувшись произнёс отец, – Ты давно прилетел? Как твоё здоровье?
– Какая милая беседа! – съязвил я, не сдержавшись.
– Марк! – предупреждающе отозвался отец.
– Прилетел вчера. Узнал о ваших письмах, извините, ранее не знал о них! Так же узнал, что вы заболели, вот пришёл навестить! – произнёс Вадим.
– Сама любезность! – прорычал я, развернувшись.
– Марк прекращай! – голос отца стал твёрже.
– Я хотел поговорить с вами о делах фирмы, если вы сейчас можете? Просто я многое пропустил и пытаюсь разобраться! А накануне собрание акционеров, на которое вы меня пригласили и хотелось бы владеть ситуацией, – проговорил Савин, как ни в чем не бывало.
– Разобраться в чем? В том, что ты с твоим отцом пытаешься нас потопить! Ах, да ещё твой будущий тесть, Константин Доротин, будь он неладен, помогает вам в этом! – рычал я ему в ответ.
– Заткнись Марк! Все не так! И с Катей у меня ничего нет! Она в Питер улетела к сестре! А насчёт дел фирмы, я вообще не в курсе был, что происходит! – прорычал в ответ Вадим.
– Но твой отец в курсе! – огрызнулся я, – Ты ведь теперь представляешь интересы его фирмы.
– Да, потому что, я его единственный сын! И он был со мной в трудный момент моей жизни! Был рядом! – произнёс Савин с вызовом глядя на меня.
– Ну я и придурок, нахрена я тебя спасал! – отвернулся к окну, иначе просто не сдержусь и разнесу ему все его красивое личико. Тварь такая.
– Марк, съезди проведай Марго лучше, а мы поговорим! – произнёс отец, видя нарастающее напряжение.
– Ты меня гонишь? – удивлённо спросил у отца.
– Ты ведь больше не акционер фирмы, насколько мне известно, дай нам поговорить наедине! – съязвил Вадим.
– Ах ты ублюдок! – я развернулся и в один шаг оказался возле стула, где сидел Савин.
– Да ты нам всю жизнь сломал! Плевать на меня! Марго ты за что предал??? – прорычал ему в ответ.
– Я ничего не делал! Катя меня никогда не интересовала! – произнёс он спокойно.
– А Марго бросил, да ещё и бер…, – но договорить, отец мне не дал.
– Марк, уйди! – заткнул он мне рот, на интересном месте. Я понял, что чуть не сболтнул лишнего. Хотя я был уверен, что Савины уже знали о беременности сестры, хоть мы и скрывали сей факт.
– Я никогда не мешаю личное и деловое! Мы будем говорить о делах фирмы, не более! А ты выйди! – продолжил отец, сверкнув глазами.
– Насколько мне известно, твоя сестра не сидит в одиночестве. Она ж не одна, – услышал я уже в дверях, голос Вадима.
– Ты знаешь? – удивлённо спросил я, поворачиваясь на него.
– Конечно знаю! Это её жизнь! Её выбор! Я ей желаю счастья! – произнёс он и улыбнулся.
– Ну ты и козёл! – я хлопнул дверью палаты.
Он знает, что Марго носит его ребёнка и он ей желает счастья! Это её выбор! Вот скотина, сволочь. Главное, чтоб Марго с ним не встретилась! Услышав такое, она опять сломается! Я не допущу.
Вадим
Внутри все жгло от сказанных мною слов. Но я пересилил себя и смог даже улыбнуться Марку в лицо, хоть и было трудно. Но я не покажу, как меня задевает наличие у Марго, кого то! Я сидел на стуле у кровати Игоря Борисова, опустив голову. Говорить больше не хотелось, от слова совсем, не то, что о делах. Но я понимал, что надо все обсудить с отцом семейства Борисовых.
– Вадим, сынок, я никогда не лез в ваши отношения, всегда говорил вам, чтоб думали своей головой! – начал Игорь Викторович, – Но мне кажется ты запутался, либо многое не понимаешь!
– Давайте о деле! Я ни хочу говорить, на другие темы, – подняв голову, посмотрел на него.
– Мои дети никому не причинили никогда зла, да, они импульсивны и эмоциональны, потому что они живые они чувствуют, любят, ненавидят, плачут, но делают все это искренне, – говорил Борисов старший, – Я вижу как тяжело тебе дались слова, которые ты сказал Марку о Марго. Будь собой парень. Иди к своим целям, а не к тем, куда тебя направляют.
– Я же обидел ваших детей, почему вы со мной нормально разговариваете? – непонимающе я смотрел на человека, который оставался спокоен, не смотря ни на что!
– Я всегда тебя уважал как человека. Ваши отношения, это ваше все. Конечно, за детей мне обидно, но боюсь ты и сам не осознаешь всей ситуации. Поговори с отцом, обо всем, что тебе непонятно. Возможно он даст тебе ответы, на твои сомнения, – вздохнув, ответил он мне.
– Хорошо, спасибо за совет, – произнёс я, понимая, что ответы и прям на все происходящее в последнее время, может дать лишь мой отец, – Перейдём к делу?
– Да давай обсудим! На следующей неделе совещание, на котором будут акционеры и в зависимости от наличия контрольного пакета, будет ясно, останется ли фирма за моей семьёй, или перейдёт в чьи то другие руки! Марк ошибся, но его ошибки ждали, ведь это не случайность! Поэтому сорок процентов акций теперь неизвестно у кого, что это за человек неизвестно, – рассуждал вслух Игорь Борисов, – я не прошу от тебя ничего, только присутствие. В дальнейшем сам решай, как поступать и чью сторону принимать.
Мы ещё какое то время поговорили о сорвавшихся контрактах, о продаже многих помещений в связи с кризисный ситуацией, но ни в одном моменте, я не услышал упрёка от Борисова старшего, в свой адрес, хотя мой отец уверял, что меня винят в начале краха фирмы.