Знамена Легиона

— О, белый с языком змеи? — удивленно сказал шаман. — Отдай нам вора, и вы умрете легко. Слово Матанги.
— Уйдете отсюда — и не умрете. Слово легионера.
— Вас мало, а нас больше. Примите смерть.
— Предупреждаю последний раз...
И тут посох шамана покрылся россыпью голубых искр, по древку побежали плетения...
Режим «Паладин» включен
И я вышел на ускорение. А вот тут у шамана дела были плохи — двигался он намного медленнее меня. Я сделал зашаг вбок, минуя колющий удар концом посоха, на котором уже разгоралась искорка Ручной Молнии, дал ему провалиться мимо себя и нанес удар правым кулаком в лоб. Точнее, Марсом, надетым на безымянный палец. Перстень среагировал как надо, башка шамана лопнула, как арбуз, выбросив через трещины свое содержимое. Упс! Теперь кувырок вбок, чтобы не забрызгало в нормальном времени.
Все, ускорение кончилось. Серо-красные ошметки упали на песок, почти обезглавленное тело шамана рухнуло по инерции назад, за меня. Ну а теперь пошла боевая работа, пока ручные зверушки незадачливого магоплета не очухались. Хорошо, что перстень есть! Я, из стойки для стрельбы с колена провел рукой вдоль цепочки орков. С десяток мелких, с апельсин, файрболов попали в цель, в очередной раз вызвав вой и драп. Орки впереди дрогнули и побежали.
Я пожал плечами и начал избавлять шамана от его артефактов. Все-таки это мое, халявное. Точнее, в честной схватке заработанное.
— Лихо ты его, — покачал головой Бенидан, когда я вернулся к дому. — И орки разбежались.
— Не говори «гоп», — сказал я и сплел сканирующее плетение. Да, действительно, в радиусе мили было лишь несколько коричневых отметок, удаляющихся от дома.
— Надо быстрее собираться, пока они не вернулись, — забеспокоился Бенидан.
— Ну собирайтесь, — я пожал плечами и закинул добычу в фургон. — А у меня еще одно дело — я должен с хозяином поговорить.
— Пошли, — сказал Бенидан.
— Э, нет, — остановил я его. — Это с глазу на глаз. Дела шаманские.
— Что значит «нет»? — ледяным голосом спросил Бенидан. — Кто тут командир — ты или я?
Ну вот, разнесло его пиписьками меряться. Но в данном случае мне требовалось интимное общение с управляющим. Не в плане, конечно, полного интима, но БДСМ ему гарантировано.
— Надо, командир, надо. Один на один. Не надо напоминать, что вы сегодня живы благодаря мне?
Я подпустил плетение Убеждения. Ну конечно, тут нарушение субординации и всего прочего, но один вопрос мне покоя не давал. И главное, чтобы никто не знал на него ответ, кроме меня. Иначе, боюсь, остальные прикопают управляющего прямо здесь, а потом по возвращении на базу — нас. До кучи.
— Ладно, — сказал Бенидан. Плетение сработало. — Только быстро.
— Сейчас! — я пошел к дому, из которого выглядывали наши подопечные. — Пойдемте поговорим, господин управляющий!
Я потащил его за рукав и втолкнул в комнату, закрыв дверь.
— Да что вы себе позволяете! — заверещал крысеныш.
Бам! Я сделал хук правой ему в челюсть, отчего он оказался на полу.
— Ну что, показывай, что украл у орков! — я подпустил Угрозу. Главное, чтобы не перебрать, а то еще обосрется от страха.
— Ч-ч-что показывать? — залепетал он, держась за ушибленную челюсть.
— Что спер!
— Я ничего не...
— Слушай сюда, урод, — раздраженно сказал я. — Сейчас я выйду отсюда и скажу то, что мне сказал шаман, перед тем, как я его упокоил. Что это нападение орков организовал ты, подверг угрозе спецгруппу, пролюбил по своей глупости рудник и пытался развязать войну с орками. Может, ты и доедешь после этого до Квазумбе, но по приезду тебя сразу же сдадут Искореняющим, и никакая бумага от короля тебе не поможет. Им ты расскажешь все, когда тебя начнут медленно опускать в котел с кипящим маслом. Ну а дальше... Подумай о своих жене и дочери — близким изменника прямая дорога на улицу или в дешевый бордель. Или же ты сдаешь то, что спер, и мы расходимся, забыв о наших разногласиях. Выбирай. Или — или.
— Сейчас, — он заелозил по полу, пытаясь встать, затем так на заднице и добрался до коробок. — Вот!
Он открыл одну из шляпных картонок, вытряхнул содержимое и достал что-то, завернутое в тряпку. Я медленно развернул тряпку...
Обнаружено новое оборудование
Класс «накопитель данных»
Желаете установить соединение (да/нет)?
Передо мной на развернутой тряпке лежал красный тускло светящийся ограненный камень размером с кулак.
«Соединяйся же уже!» — проснулся Лорий.
Проводится настройка нового оборудования
Запущено обновление данных
... — И что дальше, Ярсгар?
Я стоял в каком-то до предела высокотехнологичном помещении. Стены из непонятного материала, дисплеи, перемигивающиеся огоньки пультов. И, собственно, я был не я. Не было у меня на пальце такого перстня, переливающегося Силой. Да и пальцы были не мои, такие могли принадлежать древнему старику, страдающему артритом.
— Ничего, Ардани, — я посмотрел на когда-то красивую женщину, уже увядающую. — Это будет мое наследие тому, кто придет после меня.
— Твое наследие и так огромно. Ты дал всем разумным магию. Тысячи и тысячи магов разных рас твое наследие.
— Не сказал бы, что я им доволен, — я засмеялся клекочущим старческим смехом. — Я не дал им магию, это Морелли пусть скажут спасибо. Или не скажут. Я вывел магию на новый уровень, запустил новый виток магического противостояния. Скажут мне спасибо? Думаю, что нет, не за что. Я нарушил Равновесие.
— И все равно, ты сделал много, очень много, — Ардани подошла ко мне и погладила по щеке.
— Надеюсь, что все это было не зря, — сказал я. — Я умираю, Арди, ты же знаешь. Мой век хоть и был намного дольше обычного человеческого, но и он подходит к концу. Поэтому я хочу оставить потомкам, точнее, кому-то достойному из них, то, что поможет ему продолжить мой путь.
— Ты хочешь обречь кого-то на повтор своих ошибок? — усмехнулась Ардани. — Это в твоем стиле.
— Надеюсь, он не наделает ошибок больше моих. В любом случае, когда я умру, положите это в мою гробницу. Пусть хоть что-то останется после меня. Это моя воля.
— Хорошо, Ярс, — вздохнула Ардани. — Пусть будет так...
Я опять очутился в душной комнате, держа в руках кристалл памяти. Как ощутить, что попало с него в мои импланты? Например, если посчитать дивергенцию векторного М-поля... Это что еще за зверь такой?
Тут же перед глазами поплыли математические символы, явно отличающиеся от наших, но которые я понимал автоматически.