Академия Весны

– Твой звездный час закончен… – шепчет Бэли, Рейв читает это по ее губам. А потом совершенно не по‐аристократически выбрасывает кулак, который прилетает Брайт прямо в висок.
Рейв чувствует этот удар на своей шкуре и дергается. Оба стонут, но Брайт вырубается, а Рейв только выпадает из реальности на пару минут. Когда открывает глаза, Бэли стоит над телом Брайт. Корней больше нет, в них отпала нужда. Брайт не убежит, не сможет. Она лежит такая слабая, с кончика носа капает кровь. Волосы, кажется, тоже пропитаны ею. А в груди ничего не отзывается, Брайт нет, и связи нет. Это пугает. Но за эти две минуты становится легче, и Рейв чувствует в себе силы говорить.
– Я убью тебя, Теран. Я сверну твою шею, я клянусь, сверну ее.
– Да ты на ногах не стоишь, Хейз… что это тебя так размотало? Выпил лишнего на балу? Ты унизил меня не меньше, чем она. Смотри, как я могу. – Она улыбается, корень ее жутких растений снова вырывается из земли, оплетает шею Брайт, и голова неестественно круто наклоняется.
– Тсс, – шипит Рейв, будто может этим успокоить гадюку Бэли. – Чего ты хочешь?
– Чего? У меня нет никаких условий. Никакой торговли не будет, Рейв… Ты пойми. Меня просто! Бесит! Брайт! Масон! И ее папаша, само собой. Он потратил наше время и ничего не придумал! Если бы он не сиганул из окна, завтра же его бы публично распяли, уверяю тебя.
– А она при чем? За убийство наказывают, знаешь? Даже если это иная. Даже если сирена. Готова испачкать руки?
– Что? Не можешь победить силой, решил убеждать?
Девчонки за спиной Теран неуверенно мнутся с ноги на ногу. Марион готова бежать, ей все это не нравится. У Айрен сомнение в глазах, она не определилась, на чьей стороне хочет быть.
– Марион, ну ты‐то куда? Неужели приревновала? – усмехается Рейв. Это странно, но силы к нему возвращаются. Не магия, нет. В пальцах по‐прежнему практически пусто, но мышцы перестают болеть и каменеть, расслабляются. Если нужно, он просто вырубит Теран. С ноги. В голову!
– Ты… был с истинной, а вспоминал иную! – хнычет Марион. – И потом больше не смотрел на меня, а я за тобой наблюдала. Ты… Ты жалкий! Жалкий любитель иных! – Она, кажется, заливается слезами, издалека не видно.
– Покалечив мою избранницу, ты ничего не изменишь. – Он возвышает Брайт над всеми, говоря это слово, и все три девчонки кривятся. Избранница – звучит гордо. Это не любовница, не девушка, не возлюбленная. Это что‐то намного более вкусное. Любить можно и со стороны, а выбрать ту самую – нужно иметь смелость и желание, выбрать – это быть с ней, защищать. – Если она пострадает… вас будут судить. В любом случае.
– А если она выживет, судить будут тебя, – закатывает глаза Бэли и медленно приближается к Рейву. Смотрит на него сверху вниз. – Ты пал ниже некуда.
Рейв распрямляется как может. В голову словно впиваются кинжалы, она кружится и пульсирует.
– Рейв Хейз, ну что за дела? – смеется Бэли. – Сирена? Избранница? Может, ты еще и сбежишь с ней?
– Лекарства не будет. А значит, не будет революции. Всё, нам нечем крыть. Страна, в которой все дети сидят на таблетках, долго не проживет. Скоро иные станут частью общества…
– Никогда! – взвизгивает Бэли. – Они слабые, гнусные, одичавшие… Что с твоими глазами? – Она замирает, стоит Рейву распрямиться окончательно. Он не подает виду, что что‐то могло измениться, пожимает плечами. – Что с твоими глазами, Рейв Хейз?
– Не знаю, – спокойно отвечает он.
– Они… почему желтые?
– Не знаю.
Бэли растерянно качает головой и оборачивается на своих подружек, потом опять на Рейва.
– Отдай мне Брайт, и я никому ничего не скажу.
– Ты что, нечистокровный?
– Бэли. Отдай мне Масон. Прошу тебя.
– А мне что с того? Дай мне лекарство и забирай!
– Чт… – Сначала он думает, что она знает про ампулу, переданную Масоном, но потом понимает, что это крик отчаяния.
– Я верну тебе Масон, заплачу сколько угодно, только пусть мне дадут лекарство! Мне надоело это существование, а тебе нет?
– Никто лекарства не даст. Его просто нет. Нет доктора Масона – нет лекарства!
– Тогда почему я должна быть хорошей, если мы все равно умрем? – вопит Бэли, и корни вырываются из земли, всюду сыплются комья грязи, облака пыли.
Тело Брайт взмывает вверх, и она слишком страшно прогибается в спине. Марион и Айрен сбивает с ног, и обе улетают в кусты, больше не появляются.
– Нет, нет, нет… стой!
Он мог не торопиться выпивать ампулу. Мог прийти сюда во всеоружии и, если что, отдать лекарство Бэли, раз оно ей так нужно.
– Отдай мне Брайт. Я найду его тебе.
– Если бы ты мог, то давно бы…
– У меня есть информация. Новая. Только отдай мне ее!
– Вы сбежите, ты за кого меня принимаешь?
– Не сбежим. Далеко не уйдем, люди отца нас поймают. Ты же знаешь.
– И что ты будешь делать дальше в таком случае?
– Я помогу тебе – ты поможешь мне. Ты хочешь жить без лекарства – я хочу жить с Брайт. Только что я выпил единственную дозу противоядия.
– Противоядия? Что ты…
– Я пока не знаю наверняка, но я все выясню. А она… – Он кивает на тело Брайт. Ее волосы развеваются на ветру, и это практически прекрасно, если бы не кровоподтеки и обмякшее тело. – Она умная. Она сможет повторить то, что сделал ее отец.
– Но…
– За это ты поможешь нам. – Рейв говорит быстро, тихо, будто уговаривает самоубийцу не прыгать. – Твой отец поможет нам. Я знаю, что он поддерживает торговые связи с Дорном. Ты поможешь нам бежать! Как хочешь, так и помогай. Устрой это… и все закончится. Ты будешь здорова.
– Ты хочешь уплыть? – Она кривится. – На торговом судне?
– Его не будут досматривать, верно? Если плыть на одном корабле с твоим отцом. Я прав?
– А остальные?.. Тебе их не жалко? – Она звучит жалобно.
– Если смогу… если все получится и у лекарства будет рецепт, я позволю тебе самой распоряжаться. Бэли. Я спасу тебя, а ты спаси ее. Пожалуйста.
Она кивает. Мелко, коротко. Корни прячутся под землю.
– Сам выдумывай, почему она в таком состоянии, – закатывает глаза Теран, разворачивается и уходит, даже не прихватив своих подружек.
Рейв мчится к телу Брайт. Силы в полной мере вернулись, лишенное магии тело стало легче, и кажется, что его проще толкать ногами к цели. Колени больно бьются о ледяную твердую землю, тут же попадают в небольшую, но пугающую своим видом лужицу крови.
– Брайт, Брайт, Брайт… – бормочет он, поднимая на руки обмякшее тело. – Тсс… сейчас все будет, все хорошо сейчас будет, да? Да… Мы будем в порядке. Тсс…