Ткачиха теней

Лукас кладёт тёплую ладонь мне на плечо:
– Не волнуйся, им можно доверять. Я обещаю. Смотри.
С хитрой улыбкой на лице Дойл слезает со стула, кладёт два пальца в рот и издаёт резкий чистый звук. Секундой позже шторы вздуваются, входная дверь с грохотом распахивается, и я подпрыгиваю на месте. Лукас смеётся, а я округлившимися глазами смотрю на развернувшееся в комнате зрелище.
Мальчик вскидывает руки – и ветер кружится вокруг него вихрящейся колонной. Вместе с ним кружатся подхваченные листья и листки бумаги. Ветер сворачивается в крутящийся шар перед Дойлом, и тогда он швыряет его к входной двери. Шар вылетает на улицу, и дверь захлопывается.
Я хлопаю и смеюсь, несмотря на первоначальный испуг.
– Какой замечательный дар! – восхищаюсь я.
Теперь понятно, почему у Дойла всегда растрёпанные волосы, как будто их только что взъерошил ветер.
Дойл слегка кланяется и садится обратно на стул. Я умираю от любопытства – так интересно узнать, что ещё он умеет делать своим воздушным свистом, – но его сестра Кэри зевает с таким видом, как будто видела всё это сотни раз. Наверное, так и есть. Внезапно её глаза вспыхивают:
– Лукас, ты выучил какие-нибудь новые трюки? Или, может, твоя подруга покажет что-нибудь?
Лукас, заметив моё смущение, поднимается с места.
– Конечно.
Спокойно, без всякой суеты он начинает петь, и свет свечей в доме срывается с фитилей и плывёт к нам по воздуху. Огоньки кружатся над головой Лукаса, двигаясь всё быстрее и быстрее, пока не превращаются в золотистый нимб. Кэри улыбается и, когда Лукас заканчивает петь, хлопает в ладоши. На последней ноте он отправляет свет обратно к свечам, и они горят дальше, как будто ничего не произошло.
– Выпендривается, – бурчит Дара. – Твои тени намного изящнее.
В комнате повисает выжидательная тишина, все взгляды прикованы ко мне. Мне хочется закутаться в тени и спрятаться, но я подавляю инстинктивный порыв.
– Ты не обязана им ничего показывать, если не хочешь, дорогая, – говорит Миранда. – Магия – это очень личная вещь.
– Всё правильно, – кивает миссис Родан. – Твоя интуиция сослужит тебе хорошую службу. Разумно, что ты не демонстрируешь свой дар первому встречному. – Она бросает многозначительный взгляд на сына.
Лукас ободряюще улыбается мне, и Миранда кашляет:
– Уже поздно, и я думаю, на сегодня с нас достаточно развлечений. Детям пора идти спать. – Она поднимается с места. – Дойл, Кэри, у нас найдутся для вас запасные раскладушки. Кэри, ты будешь ночевать с Эммелиной, а Дойл останется с Лукасом.
Я тащусь вслед за ними, словно сама стала тенью, но когда Лукас оглядывается и лучисто мне улыбается, свет наполняет меня с головы до пят.

Я ложусь на свою кровать, Дара рядом со мной, в нескольких футах от Кэри. Она не болтливая, сказала только «Уверена, твоя магия куда интереснее, чем у моего брата» и «Спокойной ночи», прежде чем повернуться на другой бок и засопеть.
Сейчас то время, когда мы с Дарой обычно отправляемся на поиски очередного компонента для ритуала, но теперь, когда здесь гости – они ещё не спят и общаются в гостиной, – я не знаю, стоит ли рисковать. Пока я была дома, мне не приходилось волноваться, что родители станут меня проверять. Но что, если миссис Родан зайдёт проведать Кэри и увидит, что меня нет в комнате? Тогда мне придётся отчитываться, что я делала в лесу в такой поздний час. Я не знаю, сколько ещё раз меня будет выручать басня про то, что я лунатик.
Дара растекается у меня по подушке:
– Если они так и будут дальше болтать, нам придётся ждать, пока они уедут. Кровавое полнолуние скоро наступит, и мы не можем медлить, но сегодня, когда все не спят, выходить будет слишком рискованно.
– Я не знаю, на сколько они приехали, – шепчу я.
– Надеюсь, что ненадолго, – резко отвечает Дара.
Я сворачиваюсь клубком:
– Не расстраивайся. Они мне нравятся, но ты мой лучший друг. Никто не может занять твоё место.
Она ёрзает:
– Прости. Я терпеть не могу вот так сидеть взаперти. Я хочу играть во тьме.
– Скоро, – обещаю я и ложусь на спину, но как бы ни пыталась, не могу заснуть. Тихие голоса взрослых доносятся из коридора. Злая мысль приходит мне на ум. – Дара, а ты бы не хотела повеселиться прямо сейчас?
Она оживляется и клубится:
– Я вся внимание.
Я свешиваю ноги с кровати, и мои голые ступни касаются холодного пола. Слова миссис Родан о том, что моя интуиция сослужит мне хорошую службу, только подстёгивают меня.
– Я хочу знать, о чём они говорят. Возможно, они здесь не случайно, не просто так приехали погостить.
Дара становится темнее, её нетерпение почти физически ощутимо.
Я как можно быстрее созываю свои тени, чтобы не разбудить Кэри. Она лежит неподвижно, и к тому времени, когда тени скрывают меня, храбрость возвращается ко мне. Я приоткрываю дверь, голоса взрослых становятся громче. Смеха как будто не слышно, не то что в первые часы после их приезда. Должно быть, обсуждают что-то серьёзное.
Любопытство щекочет мне руки, я прижимаю тени к себе и крадусь по коридору. Никто не увидит меня – если только я сама этого не захочу.
На цыпочках я подхожу к гостиной, но остаюсь в тени.
– Я скучала по этому, – шепчет Дара, и я не могу с ней не согласиться. У меня всегда захватывало дух, когда мы подслушивали чьи-то разговоры: моих родителей, редких гостей, поваров. Так я чувствовала себя ближе к ним, как будто я по-настоящему их знаю. Хотя сегодня это чувство окрашено ноткой вины.
– Оставайтесь сколько сочтёте нужным, – говорит Миранда.
– Спасибо, но на этот раз мы погостим у вас недолго, – отвечает миссис Родан. – День, максимум два.
– Наверное, так безопаснее всего. Если леди Эшлинг догадывается, что вы скрывались в Парилле, то лучше всего будет как можно быстрее переехать в Аббачо, – говорит Альфред.
Я коченею. Тейт и его компаньон тоже говорили о леди Эшлинг. Тейт работал на неё.
– Всё это не к добру, – говорит Дара, её голос дрожит.
Тогда я осмеливаюсь заглянуть за угол, чтобы посмотреть на них. Взрослые сидят напротив друг друга на диване, а отец Лукаса наполняет стаканы светлой искрящейся жидкостью.
Миранда необычно тиха и смотрит на свой стакан, где переливается питьё. Альфред кладёт руку ей на плечо:
– Не волнуйся, у неё нет причин заглядывать в эти края. Про наш дом вообще никто не знает.
Миссис Родан вздыхает:
– Нам стоило последовать вашему примеру и каждые два года переезжать на новое место в лесу. Это было мудро с вашей стороны. И глупо с нашей – ранее не воспользоваться помощью Сети. – Она понижает голос и ставит нетронутый стакан на стол, словно больше не может держать слова в себе. – Вы слышали о дочери Хэмлинов? Несколько недель назад леди Эшлинг сцапала её. Её солдаты с тех пор прочёсывают деревни на границе Циннии и Париллы в поисках одарённых детей и постепенно продвигаются в глубь страны. Их наступление как-то связано с тем договором, по которому циннийцы предложили подчинить три провинции одному закону.