Ведьмино счастье

— Он его выпил, — пробормотала я.
— Ульяна, да ты с ума, по-видимому, сошла! Как можно было такое допустить?! Ты понимаешь, что влила в него силу? Так, переодеваемся и за дело, — обратилась она к сёстрам, — нежить надо нейтрализовать до рассвета, а то уйдёт. Где потом этого упыря искать! Придётся вызывать инквизицию, чтобы зачищали. А тебе, — ткнула она в меня пальчиком, — придётся долго им объяснять, как так всё получилось.
— Но я же не специально! Что мне оставалось делать, если эта гадость ввалилась в окно, — не согласилась я с её нападками.
— Постараться унести котёл с зельем! — отчеканила тётя и отвернулась. — Переоделись? — Она взмахнула рукой, мгновенно меняя ночной наряд на костюм боевой ведьмы — узкий чёрный кожаный комбинезон, который облегал тело, словно вторая кожа, не стесняя движений. Я всегда мечтала о таком. Но его позволялось носить только обладательницам десятого уровня, а мне оставалось о подобном только вздыхать. — Где твой упырь? — вопросительно посмотрела на меня тётя.
— Несколько минут назад был за дверью, а сейчас не знаю, — созналась я.
— Отойди оттуда, Ульяна. Ты очень безответственная ведьма. Очень надеюсь, что он не убежал, а то у тебя будут проблемы. Пойдёмте, сёстры, — махнула рукой она, — необходимо найти его и обезвредить.
Я попятилась, провожая тётушек завистливым взглядом и освобождая им дорогу. Такие уверенные в себе, красивые, сильные! Не успела Епифания, идущая последней, скрыться за дверью, я бросилась за ними следом посмотреть, как они будут действовать. Однако моему взгляду предстала совершенно невероятная картина. Упырь спал. Да-да. Подложив оставшуюся руку под щёку, он сладко посапывал рядом с крыльцом, словно умел дышать. Тётушки в боевых костюмах столпились вокруг него и теперь с некоторым недоумением рассматривали. Подняв глаза, тётя Фло заметила замершую в дверях меня.
— Твоя работа? — ткнула она пальцем в упыря. — И что ты с ним сделала?
— Бросила баюн-траву, — созналась я. — Простите, тётя Пифа, но я взяла её у вас. Я себе ещё ничего не успела закупить.
— От неё упырь не может так спать, — тётя Рона присела рядом с ним. — Это же ненормально, чтобы нежить спала. Они вообще не спят! Они же мёртвые, а этот дрыхнет без задних ног! Мне одной кажется, что его кто-то пытался воскресить?
— Он сказал, что ему надо отплатить ведьмаку, — вспомнила я. — Может, это он упыря поднял?
— В смысле «сказал»? — не поняла тётя. — Они не разговаривают! Ты там белладонны, случаем, не нанюхалась?
— Ничего я не нюхала! — возмутилась я. — А он болтал, и ещё угрожал мне, чтобы зелье ему отдала.
— Так, давайте его разбудим и расспросим, — предложила тётя Фло. — Может, он что-нибудь ценное расскажет про ведьмака. А то этот тип взялся командовать, запрещая мне ходить по той стороне леса, где болота, называя их своими угодьями. Видали, каков нахал? Он там, видите ли, проводит какие-то исследования, — фыркнула она, — экспериментатор!
— Я бы не советовала его поднимать, — не согласилась Андрона. — Вдруг зелье получилось, и теперь он напитался силой, а вот это его состояние — временное? Тогда упокоить его будет достаточно проблематично. Да и воздействовать сейчас на него силой для транспортировки я бы не стала. Неизвестно, что может получиться.
— Это что же, тащить его вручную? — ужаснулась Флориана. — Да он может рассыпаться по дороге на запчасти!
— Фло, зато нести будет легче, по корзинам разложим, и вперёд? — хмыкнула тётя Рона.
— Не надо никого носить. Предлагаю привлечь грызунов, — вставила своё тётя Пифа. — Немного тумана в их мозги — и они решат, что это булка, а его могила — нора. Пусть утащат его на место постоянного жительства, — хихикнула она, — а я навею на него полное забвение. Если даже он очнётся, то у него ничего не останется, даже звериное чутьё пропадёт. И тогда упокоить его будет проще.
Через полчаса наш гость был отправлен, а мы наконец разошлись по комнатам. Чтобы поспать, времени почти не осталось. На горизонте уже появилась светлая полоса, оповещающая о скором рассвете.
Утро не принесло ничего радостного. После ночного бдения настроения не было, а тут ещё во время завтрака тётушка Рона при взгляде на меня взялась сурово поджимать губы и качать головой, словно это я сама привела упыря к нам в гости. Тётя Фло, выпив кружку травяного настоя, заявила, что у неё болит голова, и ушла к себе.
— Сегодня идёшь на кладбище, — неожиданно выдала старшая родственница. — Надо будет проследить за тем, чтобы упырь больше не поднимался.
— Так его вроде как упокоили, — попробовала отказаться от радужной перспективы опять бодрствовать всю ночь. — Хотелось бы хоть сегодня поспать, всё-таки я всю ночь простояла у котла.
— А кто вместо тебя огрехи твои исправлять будет? Я? Или Епифания? — указала она вилкой на медленно жующую тётушку.
— Рона! — тётя Пифа судорожно сглотнула. — Ну что ты к ней привязалась! Пусть девочка отдохнёт.
— Тогда ты и иди вместо неё, — пожала плечами тётя Андрона.
— Я сегодня не могу, — тут же отказалась моя заступница, — сегодня третья ночь полнолуния, а мне в одно место надо срочно.
— Опять пропадёшь на неделю? — недовольно поджала губы Андрона. — И когда уже набегаешься!
— Это не обсуждается, — Епифания вздёрнула аккуратный носик и вызывающе посмотрела на сестру, — вернусь, когда посчитаю нужным. Может быть, уже к утру, а возможно, и через месяц. Тебе что, завидно?
— Вертихвостка, — процедила сквозь зубы старшая ведьма.
— Если я скажу, что ты старая дева, ты сильно обидишься? — парировала Пифа.
— А ты что, свечку рядом со мной держала? Если я не выставляю напоказ свои отношения, это ещё ничего не значит.
— Как можно выставлять то, чего нет! — младшая сестра не собиралась уступать. Я поняла, что эти двое сейчас сцепятся, а потому резко встала.
— Я, пожалуй, пойду прогуляюсь, — сообщила своим тётушкам, которые уже не обращали на меня никакого внимания, пытаясь зацепить друг дружку посильнее. Я забежала в комнату, схватила сумку со своей книгой, подхватила спящего на моей подушке Биба и бросилась к входным дверям.
— Ульяна! — крикнула мне вслед тётушка Рона, на миг оторвавшись от перебранки. — Не забудь, что ночью тебе идти на кладбище. Так на чём мы остановились? — уже забыв про меня, снова обратилась к сестре.
— Забудешь тут! — пробурчала я, сбегая по ступенькам и устремляясь к лесу. — Захочешь, не получится.
Лес встретил утренней прохладой и весёлым чириканьем птах, скачущих с ветки на ветку. Я с завистью посмотрела на них. Вот кому везёт, летают себе беззаботно, песни поют, никаких у них бдений на кладбищах и ночных визитов к родственницам, чтобы поднять резерв. Забравшись подальше в чащу, присела под деревом и прикрыла глаза. Воздух прогревался, наполняясь дыханием леса: чуть слышно пахла прелая листва, ветерок из чащи приносил едва уловимые нотки хвои, смолы и даже грибов. Хорёк растянулся на моих коленках и всеми силами игнорировал меня. Он ещё не простил мне свой хвост, а потому делал вид, что крепко спит.