Крылья

– Нет, у него ни краников и шторок, и кормить солнце не надо – оно само светит. Сразу всем и светит.
Про дождик, я еще как то понять смог. Но вот то, что не нужно солнце кормить. Тут у меня совсем в голове сломалось все. Нужно было спать. Спать, а то голова совсем работать перестанет. А куда нам обоим без головы? Совсем никак.
Стена, пропустившая нас за Крышу, стояла упругим козырьком, словно специально для нас создав небольшой уютный грот внутри которого смогли бы укрыться двое.
– Крылья бы, нам… – Качнула Вера головой. – Пока оно – чудо – успеть бы, посмотреть все. – Вдруг зевнула широко. Взяла меня за руку и потащила к гроту.
– А, мы сейчас такие тупые, что даже с Крыльями никуда не улетим. Упадем сразу, и все тут.
Я с удивлением смотрел на свои руки и грудь.
Тонкие серебристые нити тянулись от Веры ко мне. Колыхались в свете солнца, отсвечивая золотом.
Я поднес свою руку ближе к глазам. Кожа на ладонях стала жесткой, сухой, в рубцах и изломах. Из узких трещин просачивалась прозрачная жидкость, моментально застывающая во влажном воздухе.
Рукав уже поседел от выделений и превратился в корку, которую можно было согнуть, только приложив усилие.
Открыл, было рот для того, чтобы окликнуть Веру, но усталость навалилась вдруг, словно серая бетонная плита, пригибая к земле. Вера уже добралась до сухого пятака в углублении в стене, и теперь медленно ворочалась, устраиваясь удобнее.
Я не стал говорить ничего. Ноги едва держали ослабевшее тело. Качнувшись с пятки на носок, едва не падая, пошел к гроту.
Присел рядом со своей подругой, и упал на бок, закинув ей руку на плечо.
– Вот и все… – Услышал я шепоток Веры, плотнее прижимающейся ко мне спиной.
– Вот и все… – Ответил я беззвучно, и провалился во тьму.
# # # 
Ладнгрувер сидел не шевелясь, смаргивая затянутыми пленкой – фильтром глазами, изредка сокращая мышцы, для того, чтобы сохранять их в тонусе.
Он не ошибся. Звук осыпавшихся камешков был не чем иным как сигналом того, что его ищут и того, что его нашли.
Он не сожалел о том, что пошел в старые штольни. Выбора особенного не было.
Важно было выполнить поставленную задачу. Настроиться на Самсона и Веру и довести их до Крыши.
Только здесь в каменном мешке, в котором было много вещей, к которым прикасался Самсон и Вера, он мог выделить их ментальные сигналы из общего шума Города.
Он сделал все, что мог сделать и теперь ожидал своих преследователей. Готовился к схватке.
Мысль о том, что он мог остаться в живых, сдавшись врагу, ему даже не пришла в голову.
Храмовник не может быть пленником!
Не важно, какого цвета тогу он носит. Только наставник имеет право ограничивать свободу служителя Храма. Только Династ имеет прав приказывать служителю Храма.
– Как же они шумят – Поморщился Ландгрувер. Солдаты уже не пытались себя маскировать. Знали наверняка, что тонкий слух и особенное зрение Храмовника дали ему возможность их обнаружить.
Ландгрувер встал, сделал несколько длинных тягучих плавных движений, разминая мышцы. Сосредоточился, наращивая складки на коже. Насколько мог, ограничил кровоток в подкожном слое.
– Они будут атаковать, пытаясь меня пленить, придется принять бой…
– Ах-ха! – Заорал высокий Солдат. Они пробрались в мешок, и теперь стоя плечом к плечу перегораживали выход.
Большой пузырь со Светляками, прикрученный к голове «высокого», ярко освещал коридор и неподвижно стоящего Ландгрувера.
– Ах-ха!!! – Повторил радостный вопль тот, что пониже. – Мы нашли тебя, щенок. – Вот сейчас мы тебя упакуем и потом составим длинную беседу с твоим папочкой.
– Уж он нам не откажет. Правда?! – Они двинулись навстречу, быстро перейдя в полную боевую трансформацию.
Гребни легли на затылки и шеи. Броня с тихим шелестом переместилась на грудь. Клыки вылезли из челюстей на целый палец и теперь едва не утыкались в утопленные в череп глаза. Они туго натянули сетчатое полотнище, приближаясь к Храмовнику.
– Вряд ли у вас это получится – Шутливо поклонился Ландгрувер. – Вам придется меня убить. – Он улыбнулся, собрав на щеках складки. – Попробовать убить.
Высокий, нервно клацнул крюком на правой руке, демонстративно уронив на притоптанную землю тягучую каплю зеленого яда.
– Ты же еще маленький, с двумя Солдатами тебе не справится.
– Вы можете это проверить. – Ответил молодой Храмовник, и чуть-чуть присел, готовя тело к активным движениям.
– Ты Светляков назад переложил бы. – Задумчиво проговорил тот, что повыше. Пузырь разобьем – ослепнем. А он в темноте нас на куски порвет.
Он выразительно щелкнул челюстью и тряхнув сетью, сделал шаг вперед.
Низкорослый снял с головы пузырь со Светляками, положил перед собой и аккуратно качнул его назад, себе за спину.
Тени переползли вперед. Теперь Солдаты видели Ландгрувера очень хорошо, а он видел лишь силуэты нападающих.
Улыбка сползла с лица младшего Храмовника.
Высокий Солдат был действительно умен. Он сумел предугадать его ход и принял соответствующие меры.
Ладнгрувер выпрямился, сменил позу и теперь стоял к Солдатам лицом, чуть склонив голову вниз, округлив руки и плечи, чуть свернув стопы и колени внутрь, выставив правую ногу чуть вперед.
Тайное учение Храма предоставляло своим служителям многочисленные тактики ведения боя.
Была в арсенале Храма и та, которая могла максимально защитить служителя, не причиняя нападающим особых увечий. Разумеется, до того момента, пока ее можно будет изменить.
Мягкие, стремительные движения, быстрое вращение вокруг собственного центра тяжести, захваты и отводящие удары превращали в стремительный вихрь, того кто защищался. В некоторых случаях, это могло спасти Храмовника, даже от арбалетных стрел, разумеется, если их было не слишком много.
– Нет, ты посмотри – «Гыкнул» высокий – Что – то умеет.
Он взял, под ногой камень, и, с усилием, бросил его в Храмовника. Камень, отбитый легким ударом открытой ладони Ландгрувера, отлетел в сторону. Гулко заскакал по плотному полу штольни.
– Пошли. Против сети – он не сделает ничего. Посох у него только. Да и то, вон он валяется. Видимо – не надо ему.
Храмовники не имели при себе оружия, и это было частью их веры. Руки служителя Храма должны быть чисты. Лишь посох, являющийся символом служения, позволялось Храмовнику всегда иметь при себе. Против противника с ловчей сетью – посох был бесполезен.
Ландгрувер сильно толкнулся ногами, раскинул тогу, превращая ее в небольшие Крылья. Взлетел над головами Солдат, в расчете на то, что он сможет вырваться из западни.