Охота за полимерами

— И разницы в званиях нет, — задумчиво протянула Света. — Красноармеец и есть красноармеец.
— Именно. Один запер, второй открыл.
— Это всё замечательно, Жора, но…
— Мопс, в озвученных вводных вероятность успешной операции по нейтрализации психически нездорового офицера, с выживанием меня? — обратился я у БВМ.
И честно, скажет, что меньше пятидесяти процентов — сам откажусь. Умирать неохота. А вот если больше…
— В случае абсолютной надёжности модифицированного Ловчего, уверенности в том, что тело товарища Жоры выдержит соответствующие нагрузки, то вероятность нейтрализации недееспособного офицера, пользующегося полномочиями, 86 %. Вероятность выживания товарища Жоры в процессе выполнения — 71 %. Анализ произведён на основе имеющихся данных и приведённых непроверенных сведений!
— Это я в курсе, Мопс. И что скажешь, Света?
— Что ты — долбаный псих, Жора. Не лучше этого старикашки, только по-другому! И ты же всё равно сделаешь по-своему!
— Не так, Света. Я жду аргументы, а не эмоции. Я вот сам, блин, протупил с этим щитом так, что до сих пор стыдно. Надо мной даже БАППХ смеялся…
— Серьёзно?!
— Угу.
— Аргументы, — хмыкнула Светка. — Аргумент подождать-подготовиться, сменить место и время ты отверг. Тогда их нет. Давай пробовать, Жора, — вздохнула она. — Умрёшь — в Вездетанк не пущу!
— Значит — на нём поеду, — нашёл хитрый выход я.
В общем, занялся я, для начала, Ловчим. И сматывающейся бобиной. Сосногорск — не только малоэтажная застройка, не высотки, но восемь и больше этажей до черта. И улицы относительно широкие. Так что вещь эта, притягивающий Ловчий, архинужная. Иначе никак.
И за час справился. Можно было “проводить испытания”, но лишнее: Ловчий не раз испробован, сыт. Бобина на атомной батарее… ну если я с ней накосячил так, что заклинит и не сработает, то ТАКОМУ криворукому технику жить и вправду не стоит.
И стал возиться с бронёй. Нужна прочность, это само собой. Но и вес критически важен. Но это ещё полчаса.
А вот дальше критический момент: высадка, причём, желательно — незаметная. И тут был определённый риск, но приемлемый. Не больше всего остального. В общем, я занял место в тамбуре Вездетанка, а Светка, совершенно без мата, но ОЧЕНЬ обидно ругала старого пердуна в эфире. И, потихоньку подавала скорость. А Бейго печально подвывал. Сам понимал, что со сломанной лапой мне ничем не поможет, но тосковал, собакен. Ну, что уж поделать. А я стоял и ждал.
Раздались гудения рельс — это первая пристрелка, и тут же стали слышны приводы башен и отдалённые хлопки. Это по нам отминились, безуспешно. Гудение и выстрелы продолжались несколько минут, после чего Светка очень серьёзно сказала по внутренней связи:
— Минута. Не одумался?
— Нет.
— Удачи, Жора.
После чего Вездетанк взревел турбиной и, подпрыгивая на колдобинах, гудя от попаданий, рванул вперёд. А через минуту начала открываться дверь.
Боевой форсаж активирован!
И в ещё открывающуюся дверь я выстрелил Ловчим, в крышу восьмиэтажки, точнее, в её край. И врубил бобину.
Последовал рывок, как морковку из грядки выдернувший меня из Вездетанка. В режиме форсажа я бегло осмотрелся и в полёте подстрелил из рельсы летящего в вышине кривокрылого Кречета.
Вездетанк, окутанный впивающимися в роботов лазерными лучами, с разрывами от малокалиберной артиллерии на обшивке, отъезжал. В общем-то, это и было опасностью: попасть под осколки. Но — небольшой, и пронесло. А бобина тем временем перекинула меня через край крыши.
Боевой форсаж деактивирован!
Надпись появилась ещё до того, как я приземлился на крышу: чую, пригодится ещё. Приземлился, бегло осмотрелся, наметил маршрут. И втопил изо всех сил.
На крышу следующей восьмиэтажки я просто перепрыгнул — дури хватило, даже не гасил перекатом удар, просто пригнулся, и побежал дальше. Вниз даже не смотрел — фиксировал небо. И не зря: точка кречета мелькнула в зените, получила попадание из короткой очереди рельсой.
Сам факт падения я отметил уже в прыжке. И пролетев с пять метров, выстрелил ловчим: до шестиэтажки-цели я бы не долетел. А на крыше восьмиэтажки одновременно с моим приземлением раздался взрыв.
— Ну натуральные сволочи же! — возмутился я, меня боезапас на ходу.
И поскакал дальше. Двух Кречетов я ссадил, один раз сбил мину рельсой, один раз сдёрнул себя из-под взрыва Ловчим. Но жив, цел, немного подустал, но почти на месте, умеренно порадовался я, прыгая на крышу четырёхэтажки перед пятиэтажным Райкомом.
И чуть не помер, успев упасть на крышу и откатившись к краю, за козырёк.
— Мдя уж, — оценил я прожжённую полосу на грудной броне от лазерной турели. — Понаставил, паразит такой! — недовольно осудил я злостного старикашку. — Ладно, Жору так просто не возьмёшь!
И несколько гранат не зря взял, порадовался я, кидая две дымопылевухи. Одну в центр площади перед райкомом, вторую — в козырёк фактически перед собой.
Боевой форсаж активирован!
И, одновременно с этой надписью, я рванул в расползающееся облако и с крыши. В полёте разрядил в одну из турелей Ловчего, всадив в две другие по три снаряда рельсы, для надёжности. Многовато, дюжина… Хотя уже девять!
Погасил падение перекатом и мечась, как заяц, стал выводить из строя турели, стараясь приблизиться к райкому. Восемь, семь, шесть, пять… Не понял!
Я перезаряжаюсь, скачу козлом, а они не стреляют! Я только частью прикрыт — а не стреляют! Ловушка?
Попрыгал немного — не стреляют. Даже не ведут, ТОЧНО!
Боевой форсаж деактивирован!
— Электричество, что ли, кончилось? — озадаченно протянул я. — Так, отключу-ка я их, от греха!
И стал, с помощью Ловчего, скакать к замершим турелям. Не обесточены, блин! Но мне спокойнее, отключил я всю пятёрку. Спустился на площадь, посмотрел на расползающееся облако. Фон — высокий. Смертельный. Но двери райкома перекрывала плита ворот высшей защиты. Ну, убежище из райкома сделали, в принципе — тоже вариант. И тут на площадь… Выезжает Вездетанк! Целый, лихо так около меня притормаживает. И аппарель открывается!
— Ты уже всё, Жора? — деловито спрашивает Светка в броне.
— Шопля? — немного удивился я почти без мата. — Свет, вы что, всех роботов перебили? — пытался понять я.
— Погоди, так ты этого пердуна не того?!
— Да я тут с турелями возился…
— Ничего не понимаю! Роботы перестали стрелять, ответили по связи на запрос Мопса…
— А турели перестали стрелять. Ничего не понимаю…
— Так. Это — райком, — деловито заключила Светка, тыкая в здание. — Пойдём разбираться.