Маг

Да уж, понятно, откуда у Алестата недоверие к женщинам: мать бросила, возлюбленная выбрала другого, а про его отношения с Леэтель я даже думать боюсь. Что он там наворотил и зачем ведьма соблазняла чародея? Бррр!
Старший мальчишка, тот самый смельчак, который первым подошёл к магу, после долгой паузы стукнул себя кулаком о колено и выдал:
– Так и знал, что от учёбы одни беды! Был нормальный рыцарь, а стало чудище какое-то.
– Э, нет, дружище! Ты сделал неправильные выводы. Дело не в учёбе, а в желании быть самым-самым всегда и во всём. Стать самым могущественным, обладать самой красивой женщиной. Это ведь рыцарь не для себя делал, – грустно усмехнулся Алес.
– А для кого же? – удивились дети. – Что, родители заставили?
– Не знаю, вряд ли. А вся эта «самость» – для других, для целого мира. Это желание доказать им всем, что ты первый. Оно не приносит ни радости, ни удовлетворения. Потому что всегда найдётся тот, кто окажется лучше, сильнее, быстрее. А даже если ты достигнешь совершенства, то на пьедестале почёта останешься один. Бессмысленно сравнивать себя с другими. Главное, не стать завтра хуже, чем вчера. И чтоб движение вперёд приносило радость, а не было слепой гонкой за результатом. Впрочем, вам рановато ещё об этом задумываться. Вы, наверное, и не поняли ничего.
– Очень даже поняли, – обиделся девятилетка. – Будешь пыжиться сильнее, чем надо, – пупок развяжется!
Мальчишка показал рассмеявшемуся волшебнику язык, и вся ребятня, как стайка воробьёв, разлетелась в разные стороны.
– А ты неплохо ладишь с детьми. Хотя гораздо правильнее было бы рассказать им сказку или легенду о Богине, к Храму которой их родители держат путь. Не думаю, что вся соль твоей истории была в… пупке.
Я присела на ствол поваленного дерева рядом с магом и протянула ему веточку аронии, на которой каким-то чудом сохранились подвяленные за зиму ягоды. Чародей потянулся было за ней, но коснувшись моих пальцев, опустил руку.
– Черноплодная рябина тоже пугает фейри? – на секунду я устыдилась собственной неосмотрительности.
– Нет, арония черноплодная вполне безобидна, – он сорвал горсть ягод и отправил их в рот.
– А обыкновенная рябина действительно так опасна?
– Скажем так, рябиновые стрелы гораздо эффективнее других. А ягоды, припрятанные в кармане, защищают от морока.
– Разве это не глупые сказки?
– Сказки не бывают глупыми! – возмутился маг.
– В отличие от рассказчиков? – Я высунула язык, дразня его, как мальчишка пару минут назад.
– Как я погляжу, это была не первая гроздь черноплодки, – обиженно протянул он, отбирая у меня ветку с остатками ягод. – У тебя весь язык синий.
– Кто бы говорил!
Может, мы и рады были бы продолжить обмен колкостями, но подбежавший глава паломников Гаард вклинился в перепалку.
– Друид, нужна твоя помощь!
– Что стряслось?
– Джунн рожает. Воды отошли.
Показывая дорогу, старейшина быстро зашагал в северную часть временного лагеря. Резко поднявшись, метнулась за ним. Шаг, другой, но из-за спины не раздалось ни звука. Обернувшись, я обожгла Алестата сердитым взглядом, собираясь отчитать за нерасторопность, но осеклась. Вся краска отлила от его лица. Бескровные губы кривились и чуть подрагивали.
– Что…
Невысказанный вопрос повис в воздухе. Я ведь совсем недавно стала невольной свидетельницей сцены в библиотеке. Таинство рождения для большинства мужчин запретная тема. А в памяти Алестата она к тому же связана с тяжёлым периодом жизни.
Мигом преодолев разделяющее нас расстояние, я схватила мага за широкий рукав одеяния и дёрнула. Он с обречённым видом поднялся и собрался было последовать за предводителем богомольцев, но я увлекла его в сторону и зашептала:
– Войдёшь к роженице первым и громко позовёшь меня. Скажешь старейшине, что повитуха – бабье ремесло, и ты хочешь, чтоб всем занялась я. Отойдёшь к двери и сделаешь вид, что следишь за моими действиями. Прикажешь принести горячую воду и чистую ткань. Если повезёт, больше от тебя ничего не потребуется. Главное, не рухни в обморок, друид!
Пропустив чародея вперёд, я продолжила украдкой наблюдать за ним. Поступь Алестата стала увереннее, но созерцая его затылок несколько лишних мгновений, я заозиралась. Слева от тропинки среди множества сорных трав покачивались на ветру тонкие стебли мяты. На ходу сорвав пару свежих листов, сунула их в рот и быстро разжевала.
Наскоро установленную палатку роженицы можно было найти и без помощи старейшины. Крики женщины были слышны издалека. Судя по коротким промежуткам затишья, она вот-вот разрешится от бремени.
Как я и сказала, Алестат зашёл к ней первым, но тут же выкрикнул: «Эль». Вопреки напускному спокойствию, в его голосе отчётливо слышался испуг.
– Врачеватель зовёт. Не беспокойтесь, он знает, что делать. Да и мне не раз уже пришлось побывать повивальщицей.
Успокоила я встревоженного Гаарда и не находящего себе места молодого мужчину, нервно вышагивающего вдоль палатки. Юркнув внутрь, едва не наткнулась на застывшего в проходе Алестата.
– Я здесь!
Маг даже не повернулся, в его отсутствующем взгляде читалась паника. Неужели он забыл о том, что должен якобы дать указания?
– Нужна помо…
Вопрос потонул в крике роженицы. Алестат затравленного глянул в её сторону и потянул руки к голове так, словно собирался зажать уши. Ухватив его за локоть, чтоб не сбежал, зашипела в самое ухо:
– Вода и чистая ткань! Хоть с этой частью роли справься как следует.
– Моя голова! – выдохнул он, покачнувшись.
Выругавшись сквозь зубы, я достала из-за пазухи обрывок ткани, в который сплюнула мятную кашицу, подхватила зелёную массу и прижала её к вискам мага. Пара движений, и его взгляд прояснился. Илдис перехватил мои пальцы, втиравшие самодельную мазь в его голову, и повёл носом.
– Мята? Ты её…
– Я её разжевала. Уж извини, времени чинно перетирать листья в ступке не было. Живи теперь с этим. И выполни наконец то, о чём я просила.
Посмотрев на меня с нескрываемым ужасом, он крикнул:
– Воды… и чистую ткань!
Судя по интонации, просил он всё это для себя.
К счастью, на эту стычку у нас ушло всего пара мгновений. Окружившим роженицу женщинам наверняка показалось, что друид лишь дал повитухе несколько советов.
Тщательно вымыв руки, я осмотрела женщину и вздохнула с облегчением. Это не первенец. Можно обойтись без спорыньи для ускорения схваток. А вот маковый отвар для обезболивания не помешал бы. Только где же его сейчас возьмёшь?
– Ну-ка, помогите-ка развернуть её поудобнее, – скомандовала я непрестанно охающим и всплёскивающим руками женщинам.