Выбор между двумя мирами
Эрин отстранился и уставился на книгу. Я протянула ее, но брат никак не отреагировал. Продолжал смотреть на томик и не двигаться.
— Такие книги появляются в нашем мире давно. В них сконцентрированы несколько обычных способностей и одна редкая. В таких книгах как раз рассказано, как с ними справляться, как лучше поступать с этим даром и чего не стоит делать, — он замолчал и перевел взгляд на меня, — чтобы достать книгу из алтаря, нужен человек с одной из написанных способностей. Если же у него другая сила, то человек просто погибает, при этом архимаги все равно книгу получат. Но никто не знает заранее, что за способности описаны в ней.
Тишина наступила резко, давая мне шанс подумать. Я посмотрела на книгу, и по телу пробежали мурашки. Что-то опасное, готовое уничтожить все и вся, сейчас у меня в руках. А главное, я не помню ничего, что произошло со мной с того момента, как я подошла к беседке или, как Эрин выразился, алтарю, и до этих минут.
— Тогда как они угадывают? — спросила я, боясь услышать ответ.
— Боюсь, что никак, — подтвердил мою догадку брат, и во мне проснулось желание выбросить это исчадие ада. Но руки сами не отпускали книгу… — Твоя магия описана здесь. — Сообщил Эрин дрожащим голосом, словно боялся чего-то. Неужели он знает, что у меня за магия? — Странно, что архимагов до сих пор нет. Они получают сигнал задолго до появления такой книги и должны уже быть тут.
— Может, забыли? — предположила я, хотя и сама понимаю, что архимаги не просто охотятся за этими книгами, толкая людей на смерть. Эти знания им необходимы. Так что просто забыть они не могли.
— Все не так просто, Эмма, — произнес Эрин таким тоном, что мне стало плохо. Сигнал не дошел? Почему их здесь нет?
9.2.
Что-то упало…. Кто-то обо что-то ударился…. Стали ругаться. Знакомые выражения! Как будто я в своем мире. Словно уснула прямо в тренировочном зале, и меня решили не будить. Но эти звуки — явно не тихий бой, и тем более не обычный. А если еще вспомнить, что я в другом мире, вообще не вяжется.
Я нехотя открыла глаз. По всему зданию доносились ругательства и шум. Никогда здесь не было так шумно. Да и хозяева обычно спят как убитые, а Эрин ходит на цыпочках, если ему не спится. Что-то явно не так.
Я выдохнула раздраженно и встала с кровати. Открыв тумбу, схватила пистолет с тремя оставшимися патронами и спрятала за пояс. Шум и крики повторились, подтверждая в очередной раз, что в доме есть кто-то, кроме нас. Быстро преодолев расстояние до двери, вышла и оглянулась. Никого, но шум продолжается и явно не хочет умолкать. Слышу чьи-то голоса, но не могу узнать, это не наши! Пойдя на шум, я увидела приоткрытую дверь.
— Говори! — рявкнул разбойник, и я пнула со всей силы дверь. Она ручкой впечаталась в стену, привлекая всеобщее внимание, как мне показалось. Незваные гости были в мантиях, что наталкивало меня на мысли, что это представители Темного клана. Их лиц я не видела, зато рассмотрела свою родню. Матушка сидела на диване, один из чужих держался позади нее. Отец лежал на полу, как и мой братец. Руки им заломили, оба под прицелом арбалета. В паре шагов от меня стоит один из Темного клана и держит сестренку, заломив ей руки. Теперь понятно, почему мужскую половину повалили. — Так, здесь еще кто-то был?! Схватить! — приказал один из них, пронзая меня взглядом.
Один громила побежал на меня в явном намерении справиться в одиночку. Стремительным движением я оказалась позади него и, ударив под коленку, тут же налетела на второго, который держал в плену Юнию. Быстро вынув шпильку, припасенную для закалывания волос еще вчера, из платья, я прижала ее к его шее. Тот инстинктивно отпустил малышку, и она быстро побежала прочь. Естественно, убежать ей не могли позволить, поэтому один из гостей рванул следом. Я же стала вжимать булавку и даже увидела кровь.
— Отпустите их! — злобно произнесла, смотря на того, кто повалил Эрина. Никто не двигался. Но в лестничном проеме послышался смех. Зловещий какой-то, будто тот, кто смеется, точно знает, что выиграет.
Я не отводила взгляда с проема и увидела приближающего человека. Когда на него упал свет, мое сердце остановилось. Руки вмиг обмякли, и булавка упала. Мужчина перекинул меня через себя и, крутанув в воздухе, впечатал в пол, заломив руки. Я вскрикнула от боли и закашлялась. В ушах зазвенело, но даже так я слышала, как Эрин ругается.
Чуть приподняла голову и стала смотреть, как мое проклятие приближается ко мне. Зачем он тут? Отомстить мне? Избавиться? За что мне это?
— Вот мы и встретились, Эмма, — произнес Григорий, и меня приподняли. Пришлось сесть на колени, чтобы не сломали позвоночник. Теперь я увидела его коварную улыбку во всей красе. Он сидел на корточках и внимательно смотрел на меня. Я непроизвольно затряслась от страха, сердце не унималось, а дыхание давно уже сбилось. Мужчина схватил меня за волосы и поднял голову выше, так, что мне было сложно дышать.
— Отпусти ее! — крикнул мой названный брат и попробовал вырваться, но все бесполезно.
Григорий наклонился и поднял шпильку, не сводя с меня взгляда. Он покрутил ее у себя в руках и рассмотрел. Вторая рука все так же сжимала мои волосы. Мне стало плохо, в глазах начало темнеть. Мафиози резким движением наклонил мою голову, оголяя шею, и поспешил вонзить шпильку в нее. Я зажмурилась, приготовившись к удару. Вдох… Выдох… Боли я так и не почувствовала. Услышала только его смех.
— Ты думаешь, я тебе дам так легко умереть теперь? Наивная! — Григорий рассмеялся еще громче. Отпустил мои волосы, и я наконец смогла нормально вздохнуть. Поддалась вперед, чтобы хотя бы укусить. Но он махнул рукой, и меня кинули в стену. Взвизгнув, больно упала на пол и опять закашляла. Ощутила боль в легких и привкус крови. Еще один такой удар — и точно кровь пойдет, — ты будешь страдать! — произнес он и замолчал.
Я открыла глаза и увидела, как Григорий подошел к Эрину, поставил ногу на его голову. Мое сердце замерло, и я, чуть привстав, потянула к нему руку, уже приготовившись встать и напасть, но крик брата заставил меня остановиться.
— Самое интересное, что ты пойдешь с нами добровольно и не сбежишь, если хочешь, чтобы эта семья выжила!
Глаза наполнились слезами. Сердце колотилось, намекая, что я жива, что сейчас от меня зависит жизнь кого-то родного. Еще удар — и все как будто замедлилось, звуки вмиг исчезли, а спину закололо. Но я взяла себя в руки и смахнула слезы. Никто и ничто не сможет сейчас спасти эту семью. Вдох — и я взглянула на Эрина.
Его глаза молили наплевать на все и бежать — далеко и надолго. Оставить их и больше никогда не вспоминать. В голове сразу возник образ отца в тот знаковый день…
Он не счел нужным опускаться на колено, чтобы погладить меня по макушке. Чуть наклонился и растрепал и до того растрепанные волосы. Я их уже давно не расчесывала из-за болезни, которая не хотела отпускать меня. Возможно, я бы справилась с ней быстрее, если бы за мной ухаживали и давали какие-нибудь лекарства. Но я никогда не злилась на родителей, они и так много времени проводили на работе, зарабатывали на еду и содержание дома. Хотя я сейчас прекрасно понимаю, что мать не работала, а гуляла по мужикам. А отец… Отец убивал людей, как и я после того, как выросла. «Убеги из этого места и больше никогда не возвращайся. Это место никогда не было и не будет твоим домом. А мы никогда не будем семьей», — голос отца вспоминался, как в тумане, тихий с хрипотцой, я же не понимала ничего из его слов и не хотела понимать. Отец протянул мне черную диковинку и улыбнулся. Лишь губами произнес одно слово: «Храни». А затем ушел, а я ждала. Ждала и верила, что ничего из того, что он сказал, не произойдет на самом деле. Но отец оказался прав.