Библиотекарь 2
— Приношу свои извинения, уважаемый Антониу ди Ноли, обстоятельства вынуждают меня сдвигать все планы, но я обязательно приеду к вам с долгосрочным визитом. Уверен, встреча будет крайне плодотворной.
Молчаливая пожилая служанка сдвинула рядом два кресла и подтолкнула их поближе к кровати. На постели с закрытыми глазами лежала красивая женщина, чёрные кудрявые волосы разметались по подушке, а на лице читалась какая-то обеспокоенность, словно женщине снился неприятный сон.
— Пришлось дать успокоительные, — президент пожал плечами, словно извиняясь за своё решение, — Рудо даже меня уже практически не узнаёт, всё просится домой, к маме. Бросаться вещами начала. Каким-то чудом одну Зэмбу слушается.
— Я с ней с самого детства, — ворчливо произнесла служанка и слегка поправила одеяло, спящая женщина недовольно заворочалась. — Вот она меня и помнит.
Отлично, я узнал имя женщины — Рудо. Сел поудобней в кресле, удостоверился, что никуда не выпаду, и сосредоточился на энергии порядка. Через мгновение я снова оказался на туманном бескрайнем поле и первым делом вытащил из кармана фигурку кролика. Она всё также была обёрнута в молочную полупрозрачную ткань. Я положил фигурку назад в карман, сосредоточился, представил лицо той спящей женщины и позвал её: “Рудо”.
Передо мной, слегка мерцая, проявилась фигура сидящей женщины. Я непроизвольно отшатнулся, у фигуры уже не было одной руки, вторая растворилась до локтя, а часть головы с правым глазом была скрыта серым клубящимся туманом.
— Рудо! — позвал я женщину ещё раз. Она никак не отреагировала и продолжала молча сидеть с закрытым левым глазом. Нужно скорее прикрепить к ней якорь! Я вынул фигурку из кармана, в два шага сократил расстояние между нами и только вблизи заметил, что туман в голове скрывал огромную дыру, словно часть черепа была чем-то выжжена. Я потянул нить от кролика и попытался прикрепить его к груди женщины, но моя рука прошла сквозь тело. Нужно позвать её сильнее!
Я сосредоточился, обратился к источнику порядка и снова позвал:
— Рудо! Вы слышите меня? РУДО!
Сидящая женщина стала чуть ярче, она слегка приоткрыла глаз и посмотрела на меня так, словно только проснулась после долгого сна. Вокруг головы женщины возник и закружился зелёный светлячок, за ним через мгновение — второй. Видимо, врачи уже пришли и запустили медпомощников. Пора и мне начать работать! Я вытянул нить из кролика и прикрепил к солнечному сплетению женщины, полип прикрепился и слегка напрягся.
— Всё будет хорошо, — зачем-то сказал я женщине. — Скоро вам станет лучше. Я надеюсь, что станет. Вы обязательно поправитесь!
И словно в подтверждение моих слов, распад замедлился! Серая пыль прекратила падать с тела женщины, а в глазах Рудо появилась осмысленность. Но почему она злится?
— Нет! — крикнула женщина, махнула культёй и полип с лёгким щелчком оторвался. Сразу же глаза Рудо снова заволокло пеленой, а пыль начала осыпаться с удвоенным усердием. Что случилось? Почему так произошло?
Я вынырнул назад, в комнату, голова слегка кружилась. В комнате стоял крик, за спинами медиков, обступивших кровать, бесновалась Рудо. Она что-то кричала, раскидывала одеяло, подушки, отбрасывала летающие шарики в сторону, дралась с врачами, позади громко ругался президент, обещая все кары небесные на голову лекарей-недоучек, вокруг суетливо бегала служанка и что-то постоянно напевала на высоких нотах. Профессор Немолов молча сидел в кресле, сильно сжимая подлокотники пальцами. Бледная Полина Евгеньевна беспокойно переводила взгляд от одного к другому.
— Сергей Петрович, — я наклонился к профессору, в голове всё ещё слегка шумело и очень хотелось пить, — я не знаю, что делать. Она отказалась.
— Что она отказалась? — Сергей Петрович мельком посмотрел на меня и снова перевёл внимательный взгляд в сторону шатающейся кровати.
— Она не захотела подключаться к якорю, — я показал профессору фигурку кролика.
— Ксюш, — профессор обернулся назад, — почему пациент может отказываться от лечения?
За спинками наших кресел стояла Ксения Ивановна, она всё ещё была бледной, но круги под глазами уже исчезли.
— Я могу задать уточняющие вопросы, Серёж? — психолог перевела взгляд на профессора Немолова.
— Это ты у Тиаретайры спрашивай, — кивнул мужчина в мою сторону. — Ти, в каком состоянии сейчас женщина?
— …больше ноги нашей не будет в вашем драном королевстве! Недоучки! Чему вас только учат! И это лучшие врачи?! Сегодня же выдвинемся прочь отсюда…
— У неё нет части головы, одна рука испарилась до локтя, вторая полностью, плюс из тела постоянно сыпется какой-то серый песок. Когда она отказалась от лечения, то разрушение началось быстрее.
— Значит, времени нет, — быстро кивнула Ксения Ивановна. — Ти, мне ужасно хочется узнать, что это за место такое, где ты так хорошо видишь нашу ментальную часть, но всё потом. А отказалась она по одной причине — что-то ей не даёт остаться. Какое-то событие или переживание. Ей должен помочь кто-то из близких.
— Может, служанка? — мимо нас пронеслась старая женщина, отдавив мне пальцы на ногах, я зашипел и спрятал ноги под кресло.
— Нет, не думаю, — задумчиво покачала головой психолог. — Нужна чистая эмоция. Любовь, преданность. В идеале подойдёт ребёнок, но если его нет, то супруг.
— …быстро приводите мою жену в порядок, вы, живодёры! Она же сейчас себе синяков наставит о ваши деревянные головы! Решил, называется, поехать во Фрэлис, лучшие врачи, лучшие лекарства. Всё это враньё!..
— У четы нет детей, — подключилась к разговору Полина Евгеньевна. — Если верить той информации, что я недавно получила, жена полгода назад наконец-то забеременела, через месяц подцепила паразита и одновременно с уничтожением клеща у неё произошёл выкидыш.
Президент продолжал изрыгать проклятья на головы медиков, в его сторону отлетел один из помощников, мужчина замолчал, поднял шарик с пола, молча передал его врачу, секунду помолчал и продолжил проклинать всех в комнате. Служанка без остановки кружилась по комнате, напевая свою непонятную песенку. Я закрыл глаза, поморщился от неприятной сухости в горле, сосредоточился и снова оказался в белой комнате.
Первой я позвал жену президента. Половина лица всё также клубилась дымом, приоткрытый глаз бессознательно смотрел куда-то в пол, часть груди уже полностью испарилось, вторая рука осыпалась практически до подмышки. Огоньки медпомощников то появлялись, то исчезали. Я сосредоточился, представил перед собой президента и позвал его.
— Антониу ди Ноли.
— …и ноги моей больше не будет на ваших землях, — фигура мужчины резко проявилась, слегка разогнав туман. Мужчина вскрикнул, обернулся, увидел фигуру своей жены, вскрикнул громче и отпрыгнул назад.
— Где я? Что это за место? Кто ты, чудище?
Мужчина замер, слегка наклонился, пристально посмотрел на фигуру женщины и несмело произнёс: