Библиотекарь 2

— А ты клеить меня начала, — улыбнулся в ответ профессор, — причём очень агрессивно. Прикидывалась пьяной, болтала без умолку.
— Я так делала?! — с улыбкой удивилась женщина. — Что, правда? И как, тебе понравилось?
— Было неплохо, — хмыкнул профессор, — но повтора что-то не хочется. Я увидел, что Тиаретайра что-то заметил у тебя на затылке, немного подыграл, ты отвлеклась и Ти отключил от тебя три канала.
— Три канала, значит, — с женщины медленно спала улыбка, она перевела взгляд на меня. — Спасибо.
— Не за что, — смутился я под внимательным взглядом, — их было совсем не видно, но если прищуриться, то у них проявлялись контуры.
— Прищуриться, говоришь? — Ксения Ивановна продолжала задумчиво изучать меня.
— Ксюш, — подал голос Сергей Петрович, — не сейчас, у тебя голова разболится. Побереги силы, не проверяй его. Прямо сейчас важнее нанести визит к королю.
— Лучше сначала переговорить с главным советником, — женщина наконец-то расслабилась и переключилась на профессора. — И с Ромашкиной. Если подключили меня, то вполне могли уже подключить кого-то из советников и работников.
— Это маловероятно, — помотал головой профессор, — Люди Ромашкиной услышали, как она сказала, что её хватило только на одну. Думаю, она говорила о тебе. Кроме того, Ирлисса больше из своей комнаты не выходила. Или ты знаешь, как менталист может подключить человека без личного контакта?
— Я не знаю, — помрачнела психолог, — а вот Ирлисса вполне могла найти способ. Она была очень одарённым менталистом, когда я была при дворе императора. А с тех пор прошло уже больше тридцати лет… Нужно проверить каждого нашего советника и обеспечить всем ментальную защиту. Теперь понятно, почему эльфийцы дали неполный реестр имён, в том списке её имени не было, я бы точно запомнила. Серёж, поможешь встать?
— Ты куда собралась? — строго спросил профессор. — От медпомощника отказалась, куда-то на ночь глядя пойти решила. Сиди давай. А ещё лучше ложись.
— Да в порядке я, — женщина попыталась встать, её лицо тут же побелело, она закусила губу и медленно села.
— Болит? — участливо спросил профессор, с его ладони взлетел пузатый шар и медленно начал кружиться в воздухе.
— Спасибо, — Ксения Ивановна медленно легла на диван и с благодарностью посмотрела на мужчину. — Сразу лучше становится. Я сейчас попробую вызвать Полину Евгеньевну, надо пригласить её сюда.
— Говорю же, не вызывай, — строго одёрнул женщину профессор, — или хочешь сознание потерять от боли? А вдруг её по пути подключат? И как ты её хочешь вызвать? Она тебе даже ответить не сможет.
— Ей нужно просто передать информацию, не собираюсь я с ней болтать. И я скажу ей, чтобы она с собой взяла ментальную защиту.
— Всё равно не зови, я сейчас дойду до неё.
— Ты знаешь, где она сейчас? Быстрее будет вызвать. Давай, ещё пять минут и я позову её…
Сергей Петрович обеспокоенно продолжал убеждать профессора Березину, что использовать в её состоянии ментальную силу будет опасно для здоровья, но, судя по настрою женщины, она была готова идти на такой риск. Бледность всё не сходила с её лица, губы были светло синими, а под глазами появились какие-то тени.
Может, мне позвать Полину Евгеньевну?
Такая простая и такая правильная мысль пришла вдруг мне в голову. Ну а почему бы и нет? Я закрыл глаза, представил перед собой образ главной советницы и обратился к ней. Ничего.
Я сильнее зажмурился и с усилием отправил сигнал: “Полина Евгеньевна!”. Образ никак не отреагировал на мои действия. Может быть, она всё ещё сидела у короля в его кабинете? Сергей Петрович говорил, что комната была защищена, наверное поэтому и не проходит сигнал.
А что, если попробовать усилить сигнал с энергией порядка?
Я открыл глаза, два профессора были полностью заняты неспешным препирательством. Я быстро набрал нужную руну усиления, активировал, вновь почувствовал безбрежное спокойствие, логичность и уверенность от источника, закрыл глаза, представил перед собой образ главной советницы и с усилием, яростно бросил клич: “ПОЛИНА ЕВГЕНЬЕВНА!”
Я открыл глаза, пространство вокруг было залито молочно-белым светом, пропало всё — комната, столики, два профессора. Белый туман клубился по полу, облизывая мои колени.
— Тиаретайра? — послышался сзади знакомый голос главной советницы. Я обернулся и увидел в нескольких метрах советницу. — А где мы?
— Я точно не знаю, — я в два шага подошёл к советнице, — но это временное место и мы скоро вернёмся к себе. Мне нужно передать вам, что вы очень нужны в королевском кафе. На профессора Березину напали, её подключили. Мы с профессором Немоловым смогли её отключить, но Ксения Ивановна очень слаба и сама не может прийти к вам.
— Напали на Березину? — лицо Полины Евгеньевны вытянулось. — Это невозможно! Она в кафе? Я буду. Давай, вытаскивай нас уже назад.
— Возьмите с собой ментальную защиту, — эти слова я уже произнёс в адрес двух профессоров. Я вернулся в кафе.
— Слышал парня? — к лицу Ксении Ивановны вернулся лёгкий румянец, медицинский помощник продолжал жужжать над ней. — Дело говорит. А у тебя наверняка ничего нет с собой, так что сиди здесь и жди. Я согласна, пойдёшь ты, но сначала я немного приду в себя и накину на тебя пару блоков.
— Какая же ты вредная, — поморщился профессор Немолов. — На блоки я согласен, но сначала восстановись, я не хочу уходить с бессознательным телом за спиной. Ти, хватай помощника и заряжай, твоя очередь. Энергию жизни лей и чуть-чуть энергию воды.
— А сколько чуть-чуть? — я успел схватить замедляющийся шарик до того, как он упал, и положил его к себе на ладонь.
— Просто лей энергию, у шара по поверхности прописано, сколько и чего ему нужно. Лишнего он не возьмёт.
И действительно, когда я начал лить два потока в одинаковой пропорции, энергия жизни впитывалась полностью, а вода практически вся проливалась мимо пальцев.
— А какую ещё энергию шар может впитать? — я зачарованно наблюдал, как завихрения стекали с пальцев и медленно впитывались в шар. От костюма начали приходить лёгкие приятные волны бодрости.
— Это к медикам, — пожал плечами профессор Немолов. — Я с этим инструментом только как пользователь работаю. И стараюсь использовать его пореже, потому что если где-то жужжит медпомощник, значит, кому-то очень, очень плохо.
— Ну не так уж мне и плохо, — проворчала Ксения Ивановна. — Да, голова болит, но если лежать, то вполне терпимо. Меня больше волнует этот провал в памяти. Я вообще ничего не помню после коридора. Это ж с какой злостью нужно было вогнать в меня крюк, что моё сознание полностью отключилось?
— Так я ж говорю, — усмехнулся профессор, — перед тем, как ты увидела Ирлиссу в коридоре, её обчистил Тиаретайра. Все ниточки, что она столько лет так старательно плела и в нужный момент использовала, оборвал вот этот парень.